Кто жалеет себя, тот всегда одинок, потому что места другому в его сердце нет.
– Ты – вечный огонь, который нельзя погасить.
Но постепенно поцелуй становился жарче, и этот жар безудержным потоком растекался по телу. Начиная задыхаться, я вдруг стала легкой и упала на спинку кресла. В то время как резко обмякшее тело по-прежнему оставалось в руках Джаяра.
– Инира? – удивился арэйн, переводя взгляд с меня бессознательной на меня эфирную, ту, в которой теперь и находилось ошеломленное сознание.
Похоже, от переизбытка эмоций я невольно использовала магию арэйнов Эфира!
В этот момент в дверь постучали.
О нет, если меня здесь увидят, это будет катастрофа! Перепугавшись, я рванула к телу, но почему-то пролетела мимо него и врезалась в Джаяра. В панике я вновь попыталась вернуться, однако опять безуспешно. На этот раз я пролетела сквозь кресло, ощутив сопротивление его эфирной основы, отчего-то меня не остановившей, и рухнула на пол. К счастью, на первый этаж не провалилась.
– Джая-а-ар, – протянула я громким шепотом. – Спрячь мое тело, быстро!
От всего произошедшего арэйн опешил, не зная, то ли поддерживать оставшееся без сознания тело, то ли аккуратно где-нибудь его положить, то ли бежать меня полупрозрачную поднимать. Просьба помогла Джаяру определиться, однако теперь перед ним встала другая проблема – вопрос, куда деть мое тело, отчетливо читался в его взгляде.
– Может, в шкаф запихать попробуешь? – Если б меня не выкинуло из тела, сама бы залезла туда и устроилась стоя. А так... разве что пополам сложить?
... горе не может длиться целую вечность.
Нет, конечно, можно было пожелать хозяину доброе утро. Но мы это делать не будем. Мы ссым.
Коррупция полицейских - это та ржавчина, которая разъедает все изнутри.
Никто никогда не догадывался ни о чём, что было для неё по-настоящему важно.
Я очень люблю глупых людей, они такие потешные.
Опытные адвокаты никогда не задают прямых вопросов, на которые требуются столь же незамысловатые ответы. Наоборот, они стараются задать побольше на первый взгляд не относящихся к делу вопросов, чтобы заставить людей рассказать подробнее о себе и обнаружить свои истинные чувства.
"Люди не выносят неведения, поэтому они создают знания. Они придумывают мифы, придумывают богов, одного бога, придумывают науки. Боги сменяются, чередуются, умирают, космологические модели тоже, и вечно одно лишь стремление - всё объяснить."
Irina Kovzan:
Если вы уже регулярно ходите в спортзал, то можете в течение этих 30 минут выполнять привычные и любимые упражнения. Если же вплоть до настоящего момента физической активности в вашей жизни не было места, то начните с 30 минут ходьбы быстрым шагом. Можно даже медленным, если на большее у вас не хватает сил. Те же, кто выдыхается уже через пять минут, могут начать с пяти минут два раза в день и с каждой неделей повышать продолжительность и интенсивность тренировок. Ходить пешком – это простое занятие, доступное практически каждому человеку.
КОГДА ДЕТИ НЕ МОГУТ РЕШИТЬ ПРОБЛЕМУ САМОСТОЯТЕЛЬНО
1. Соберитесь все вместе. Объясните смысл встречи и определите основные правила.
2. Запишите чувства и мысли каждого из детей. Прочтите записи вслух.
3. Дайте время всем высказаться.
4. Дайте возможность каждому предложить решение. Запишите все идеи, не оценивая их.
5. Определите, какие из них вам подходят.
6. Выполняйте принятые решения
-Давай, выкладывай свои грязные секреты...
Просьба прозвучала весело, даже несерьезно. Однако Маронг напрягся, словно национал-экологическая партия обвинила его в бесчеловечных опытах над рыбками.
Иногда нужно высказаться, пусть твои слова и предназначаются только ветру.
Сильная женщина дорогого стоит.
Ты можешь спрятать голову в песок,но жизнь такова,что она всегда отомстит тебе,причем в тот момент,когда ты меньше всего к этому готов.
Дар или есть, или его нет. Если у вас есть дар, вы за него несёте ответственность. И это уже труд.
Мы с тревогой смотрим на будущее, а будущее с тревогой смотрит на нас.
Ось, скажімо, вся ця ситуація з братом. Вона мені нагадує мої уроки німецької. Мені показують якусь картинку і просять розповісти, що я на ній бачу. А я, Оль, не люблю розповідати про те, чого не знаю. І всі ці картинки я не люблю. І не люблю, коли мене притискають до стіни, вимагаючи грати за чужими правилами. Тому що правила мають сенс до того часу, доки ти їх дотримуєшся. А щойно ти забуваєш про них, як виявляється, що ти нікому нічого не винен, і не зобов'язаний вигадувати різні дурниці про те, чого не знаєш, і що тобі, за великим рахунком, не потрібне. І тоді виявляється, що ти цілком можеш обходитись без усіх цих вигаданих речей, і що немає жодних правил. І взагалі нічого з того, що тобі показують, немає, а отже, й розповідати немає про що. І все це лише спроби тебе використати. На цілком законних підставах. Майже як у школі. Річ у тім, що ми давно повиростали, а до нас і далі ставляться як до дітей, себто як до недалекої, брехливої, нерозумної наволочі, яку потрібно постійно пресувати, вибиваючи з неї необхідні відповіді.
— Темные искусства, — говорил Снегг, — многочисленны, разнообразны, изменчивы и вечны. Бороться с ними — все равно что сражаться с многоголовым чудовищем. Отрубишь одну голову — на ее месте тут же вырастает новая, еще более свирепая и коварная, чем прежде. Это битва с противником, непостоянным, неуловимым, вечно меняющим обличья, и уничтожить его невозможно.
«Лучше горгулья под седлом, чем дракон в небе, который и вовсе может оказаться фигурным облаком»
— Евгения, куда вы? — Тонкие пальцы Альхара Эбенитовича, обхватили мою ладошку.
— Домой. Сегодня пятница, если вы не забыли, мой рабочий день завершился еще два часа назад, и, вы не поверите, но я так устала…
— Да день был долгий, — согласился он, но мою руку не отпустил. — Понимаю…
— Ошибаетесь. Я устала от невозможности вас ударить и безумного желания побить!
— Мен-ня? — Вайзер удивленно вскинул бровь и незамедлительно нахмурился, напомнив: — Кажется, сегодня с утра вы уже имели возможность меня… ошпарить и ударить.
И мне бы промолчать, но с языка уже срывается:
— А мне кажется, этого было недостаточно!
— Но я же извинился… — Вот тут мое негодование вспыхнуло с новой силой, и уже не важна первоначальная тема, главное высказаться по старой.
— Вы — нет! Вы решили воспользоваться природным вампирским магнетизмом, а никак не нормальным человеческим обращением.
— Нормальным человеческим, Мисс Питт? — переспросил босс зло и крепко сжал мою руку. — Я вампир, мне подобное не свойственно.
Невежда так же в ослепленье
Бранит науки и ученье,
И все ученые труды,
Не чувствуя, что он вкушает их плоды."Свинья под Дубом"
О гомосексуализме:
"Нельзя же в пять минут разрушить предубеждения, вошедшие в нашу плоть и кровь за многие века. Лично я не возражаю, пусть эти люди делают, что хотят. В конце концов они ведь не грабят и не убивают. Но я бы им советовал помалкивать, а не строить из себя мучеников и не лезть в герои"
Существуют три причины, или оправдания, которые позволяют нам жить и дальше. Во-первых, мы можем свидетельствовать, а во-вторых, отомстить – безжалостно. Свидетельствовать я готов, однако волшебное зеркало не показывает во мне убийцу. Пока.
Третья причина, и самая важная, в том, что мы спасаем (или продлеваем) жизни – по одной на транспорт. Иногда ни одной, иногда две – в среднем одну. А 0,01 процента – это не 0,00. И спасенными всегда оказываются молодые мужчины.
Делать это следует, когда они сходят с поезда; после построения на селекцию становится уже поздно.