– Все мы чего-то боимся, но от страха не спрячешься, с ним нужно бороться.
"Здесь покоится прах дона Ригоберто, полюбившего желчный пузырь своей жены так же сильно, как ее лоно или язык", – пробормотал он и подумал, что лучшей эпитафии для его надгробного камня не найти. А если она и солжет, то совсем чуть-чуть.
Нет смысла переписывать жизнь собственных родителей. Трудно даже записать ее, как она была; не говоря уже о моей собственной жизни.
- Я чувствую себя одиноким, как собака, брат, - признался он. - Ты не представляешь, до чего я рад тебя видеть. вдруг понял, что, хотя у меня здесь миллион знакомых гринго, ты единственный друг. Настоящий друг, по перуанскому счету. Такая дружба - она часть тебя, вот что я хочу сказать. А здешняя дружба - очень поверхностная, честно. у англичан нет времени на дружбу.
Е с т ь л ю д и, д в и г а ю щ и е с я в ч е р н о м к о л ь ц е г у б и т е л ь н ы х с о в п а д е н и й. П р и с у т с т в и е и х т о с к л и в о; и х р е ч и з в у ч а т п р е д ч у в с т в и я м и; и х б л и з о с т ь н а в л е к а е т н е с ч а с т ь я. Есть такие выражения, обиходные между нами, но определяющие другой, светлый разряд душ. «Л е г к и й человек», «л е г к а я рука» – слышим мы. Однако не будем делать поспешных выводов или рассуждать о достоверности собственных своих догадок. Факт тот, что в обществе л е г к и х людей проще и ясней настроение; что они изумительно поворачивают ход личных наших событий пустым каким-нибудь замечанием, жестом или намеком, что их почин в нашем деле действительно тащит удачу за волосы. Иногда эти люди рассеянны и беспечны, но чаще оживленно-серьезны. Одна есть верная их примета: простой смех – смех потому, что смешно и ничего более; смех, не выражающий отношения к присутствующим.
Что же, ведь ложь и часто бывает правдоподобнее правды. Почти всегда. Правда же, конечно, не правдоподобна.
"Луна-парк" - это рай для дураков: всё сделано для того, чтобы дураку было весело.
– Уверена? Он, что, издевается? Конечно, нет! Я ведь девушка, а значит, понятия не имею, чего хочу.
Он знал, что когда речь идет о пердеже, каждый превращается в консервативного присяжного: на мужчину подозрение падает прежде, чем на женщину, а на пролетария - прежде, чем на чиновника. Таковы правила игры.
Перебравшись на живот, почувствовал : жива. Даже в подушку начала бурчать. Что-то из разряда : "За что мне это?". И с одной стороны так и подмывало сказать : "за многочисленные грехи", а с другой - обидно. Я награда, а не наказание. Просто у тебя нет вкуса.
Вся беда в том, что вы, господа, не понимаете, как это выгодно – покупать чужие мозги. А я понимаю. Это моя специальность. И я буду на этом зарабатывать деньги...
- Какая забавная игрушка у Ведионов! Будет интересно. - И в стороне похабно заржали.
- Лион не позволит чужим играть своей игрушкой, - буркнула Вика, не поднимая глаз.
Не купи двора, а купи соседа
Обратная связь много слабее, ты ничего особенного не почувствуешь. Тебя это почти не коснётся
Хорошие люди, но не скучные — очень странно.
Когда бежишь по кругу, всегда есть шанс рассчитаться за прошлые встречи...
Одна є людська доброта і одне є людське зло, хоч люди мають різний колір шкіри. А всі люди однакові.
Богатство дурно нажитое, редко тратится достойным образом.
... скромная по своему виду релятивизация собственной точки зрения есть видимая форма ее полной противоположности, привилегированной позиции высказывания.
видя, что вся эта природа находится в движении, и полагая, что относительно изменяющегося нет ничего истинного, они стали утверждать, что по крайней мере о том, что изменяется во всех отношениях, невозможно говорить правильно. Именно на основе этого предположения возникло крайнее из упомянутых мнений – мнение тех, кто считал себя последователями Гераклита и коего держался Кратил, который под конец полагал, что не следует ничего говорить, и только двигал пальцем и упрекал Гераклита за его слова, что нельзя войти в ту же реку дважды, ибо сам он полагал, что этого нельзя сделать и единожды.
Мифология есть психология, ошибочно прочитанная как биография, история и космология. Современный психолог может восстановить её подлинные денотации, как бы вернувшись к языку оригинала, и таким образом спасти и сохранить для современного мира богатый и выразительный документ о глубинных силах человеческого характера.
Судить душевные порывы и стремления может лишь Господь Бог. Мы просто люди и оценивать можем лишь реальные дела и их последствия, и то в меру своих способностей.
Нас часто не так понимают, не так ли?
...однажды поздним зимним вечером с густым снегопадом, сидя за письменным столом, я тихо опущу голову и навсегда закрою глаза. Я хочу, чтобы таким было мое последнее мгновение на этой земле. Я смахнула все образы смерти, которые ощущаю кончиками пальцев всякий раз в момент окончания уборки на столе.
Иногда вдруг отчетливо понимаешь, что жизнь проходит. И довольно быстро. Люди смешны. Вот если я потерял два рубля – я огорчусь. А каждую секунду мы теряем секунду жизни.
И ничего, не замечаем.