Мы дружно хлопнули за мое здоровье, мягко обойдя вопрос о том, сколько мне исполнилось лет. Я была благодарна своим гостям за деликатность. Хотя как говорят в английском суде: «Мадам, назовите свой возраст, а теперь клянитесь говорить правду, только правду и ничего, кроме правды».
... если бы кто-нибудь из собравшихся умел угадывать мысли, то в мыслях Владимира Ильича им удалось бы прочесть одну нехитрую сентенцию: «Кем бы она ни была, какой бы ни оказалась, я ее люблю. И отступать не собираюсь». Эта мысль делала честь молодому человеку.
А Нике делали честь ее прямота и бесстрашие.
Они уставились друг на друга, как виг на тори*. Я ощущала себя законопроектом в британском парламенте.
... доверять нельзя никому, можно только робко надеяться.
— Я предупреждал, — прошелестел старый Шу, смешно задирая голову, чтобы увидеть глаза любимого ученика, — я говорил, что великое Дао оставит тебя, когда женщина поселится в твоем глупом сердце. Володька... набрал полную грудь воздуха и выдохнул:
— Она должна жить. Все остальное сейчас не имеет значения.
Старик внезапно повеселел:
— Такая целеустремленность радует меня. В конце концов, великое Дао — во всем. Кто сказал, что оно не может стать женщиной? Говори, чем я могу помочь тебе.
Огромный черный пес зажмурился и закряхтел от восторга, колотя хвостом по полу. Он был очень счастлив.
Не так часто ему удавалось лицезреть обожаемого хозяина дома, не суетящегося и торопящегося, а тихого и задумчивого, да еще и на собственном коврике под батареей. Хозяин говорил и говорил — советовался. А Зевс любил, когда хозяин советовался с ним. Тогда он ставил торчком острые уши и внимательно разглядывал своего единственного и любимого человека. А еще — наклонял голову то вправо, то влево. Он наверняка знал: его человек понимает, что таким способом Зевс демонстрирует солидарность и глубокое сопереживание.
Даос открыл папку и… натолкнулся на взгляд зеленых кошачьих глаз.
С фотографии ему счастливо улыбалась его Ника.
И Даос усмотрел в этом свою страшную логику: Судьба распорядилась верно — лучшую женщину в мире мог убить только лучший наемный убийца.
Впрочем, именно на иностранного резидента мой случайный знакомый как раз и походил. Эдакий Джеймс Бонд, исполненный решимости вытянуть из меня все тайны любимой отчизны.
Тайн у отчизны имелось много. Скажем, согласно какому стратегическому замыслу мусорные баки должны располагаться прямо напротив парадного и почему их не вывозят вот уже третьи сутки?
Знаете, что такое ирония судьбы?
Это когда мокрое как курица, встрепанное рыжее чучело в серо-буро-пошкарябанном плаще, собирающееся обрести всего-навсего стограммовую баночку кофе средней паршивости, становится в очередь и упирается носом в… мужчину своей мечты: красавца двух с лишним метров роста, как принято говорить — косая сажень в плечах, с немодной, но буйной шевелюрой, и ярко-синими глазами, и тонким аристократическим лицом. Короче, Ахилл, что еще скажешь? Правда, судьба все-таки преподнесла мне небольшую пилюлю.
Блондин моей мечты оказался… брюнетом.
На ручки к маме хочется всегда, даже когда ты выросла и сама уже мама…
Работаю я программистом в довольно солидной фирме, которой нужен результат, а не зрелище девиц на рабочем месте от звонка и до звонка. Иногда они даже платят зарплату...
Что же касается личной жизни, каковая всегда интересует знакомых больше, чем даже самая активная общественная, признаюсь по секрету, что я вот уже много лет жду блондина своей мечты.
... гибкая психика с большим запасом прочности, это великое преимущество в нашей жизни!
... хорошему юристу не нужен автомат или гранатомёт, он сам по себе опаснее.
Если юрист хочет создать проблему, он её из воздуха сделает!
По правде говоря, это единственное, что по-настоящему важно. Не причинять боли близким, не ранить, не предавать.
Мы всегда берем с собой себя, куда бы ни поехали, и где бы ни были. Если плохо внутри – от этого не спасет ни золотой песок с пальмами, ни прозрачный океан, ни вид из окна на Эйфелеву башню.
А когда внутри ощущение счастья – там нет места тоске и депрессии и человек будет делится счастьем, радостью жизни, которой хватит на всех, ближних и дальних...
Мы все одарены богами, но все по разному и в разных вещах. Надо лишь найти в себе этот дар и развивать именно его. И даже если ваш дар — быть просто хорошим человеком, поверьте, это уже немало.
В глобальном смысле слова свет — это не хорошо, а тьма — это не плохо. Это просто два полюса одной силы и в разумных объемах она несет благо. А в избытке вредны обе крайности.
На свою жену он обращал мало внимания, разве что только в тех случаях, когда ее невежество и глупость давали ему повод весело над ней посмеяться. Мужчины обычно хотят совсем не такого семейного счастья, но там, где нет возможностей для приятного времяпрепровождения, настоящий философ удовлетворится и имеющимися в его распоряжении.
Ранее ей и в голову не приходило, что когда-то она полюбит, поэтому ее чувство несло в себе всю ту страсть, которая является присущей первой любви, а в силу возраста и характера оно было длительным и прочным, как это часто бывает, когда человек любит впервые.
бывают такие люди,... которые боятся показать свою нежность, чуткость, ранимость и просто человечность, считая это слабостью. В итоге могут быть чрезмерно грубы в общении, но их поступки говорят сами за себя.
те, кто позволяет себе запретное, оправдываясь мнимой безопасностью и бескровностью метода, со временем оправдывают и остальное. Куда более запретное и кровавое.
Какие же они все непосредственные в своих желаниях. Поесть, поспать, поиграть. Если все три условия выполнены — ребенок счастлив. Конечно, эти условия дополнялись множеством других — чтобы рядом были любящие родители, бабушки с дедушками, чтобы постелька была мягкой и чистой, а еда вкусной. Чтобы конфеты были часто, а наказания за шалости редко. Чтобы зубки не болели, чтобы комариные укусы не чесались. Чтобы по вечерам мама рассказывала сказки, а головизор показывал бесконечные мультики.
— Так что я говорила? Семья — это здорово.
— Согласен. Семья — это бесценно!
Мне было уже абсолютно все равно, в какой из клиник планеты я буду находиться, потому что рядом будет он. Мой муж. Мой любимый охотник, сумевший оторвать голову моему врагу.
Это ли не чудесно?