She had become a cosmetics huckster’s dream, a younger man’s nightmare, and an object of derision for attractive younger women.
We can sleep as much as we want after we’re dead.
Праведность - не щит. Смерть за добрые дела может наступить быстрее, чем смерть за злые.
Удивительное совпадение, вы не находите? Этот кинжал, ваш дворецкий и ваш гость — все они одной национальности.
Насчет возможности свихнуться. Могу вас заверить, что я легко становлюсь мрачной, как русский роман. Ах, ради Бога, не будем говорить о русских!
Он узнал, что Лондонское отделение братства действовало уже несколько лет. Сама организация появилась в глубокой древности и вошла в силу во времена царствования Петра Великого, когда были приняты различные ужасные и непристойные обряды, что-то вроде вывернутого наизнанку монашества.— Один из их излюбленных обычаев — запираться в каком-нибудь доме, доводить себя до отвратительного религиозного исступления, а потом сжигать себя вместе с домом. К сожалению, не все это делали, так что братство выжило, превратилось в политическую организацию и признало советскую власть. Было ли оно само официально признано, я не смог выяснить, хотя, по предложению Аллейна, стал его членом и прошел кое-какие ритуалы.
— А он не рассердится? Он очень… э… отчужденный. — И вследствие этого он выше гнева. Он или сделает для вас одолжение, или церемонно откажет. Когда имеешь дело с русским, никогда не знаешь, действительно ли он всерьез обсуждает предмет разговора или просто выдает абстрактную последовательность мыслей. Попробуйте.
— Вы, конечно, читали, — начал он наконец, — о тайных братствах в России. В моей стране, несчастной многие века, они были всегда. Зачастую очень странные, с эротическими обрядами или членовредительством… ничего хорошего, знаете ли. Авторы дешевых английских романов часто пишут об этом всякий вздор. И журналисты тоже.
Англичане всегда изрядно смущаются, когда иностранец начинает у них на глазах валять дурака. Однако доктор Токарев ничего не знал об этой истинно британской застенчивости.
Каждому сыщику надо бы иметь рядом дилетанта, чтобы чувствовать себя умнее.
Детектив не может позволить себе что-то воображать. Он оценивает вероятность того или иного события.
- В местную тюрьму, мисс. — Прямо сразу в тюрьму? — прошептала Анджела. — Разумеется. Ведь доктор Токарев арестован. — За убийство? — А за что же ещё? — Но ведь он все время пел «Смерть Бориса»? — Видимо, плохо пел.
Вы пробуждаете во мне тёмные страсти. Это дурно с вашей стороны.
Война - слишком дорогое дело, чтобы доверять его военным.
дар подобен мышцам в теле. Если его неустанно тренировать, то он развивается, а если игнорировать — зачахнет.
... материнское сердце и мужская логика - вещи полярніе по своей природе: материнскому сердцу чужда рациональность, а в мужской логике совсем нет места чувствам.
Для этого мы и продаем сны. Чтобы помогать людям. А дальше все уже зависит от них самих.
У всех начальников есть родня, не планирующая работать, но при этом желающая получать зарплату.
хочешь жить — умей подстраиваться.
«Самые лучшие повороты сюжета - это те, которые мы должны были предвидеть, но не предвидели.»
у детства есть определенные недостатки
не так уж и безумно размышлять об обществе, в котором демонстративное потребления дефицитного товара обеспечивает более высокий статус
нынешней уже тридцать три сезона, та еще старуха
—Моя задача—использовать любой шанс в этой войне. Некоторые мои планы падают в пустоту, другие оборачиваются против меня же, третьи складываются удачно. Оттого я и должен постоянно пытаться, стараясь не упускать ни одной детали.
— Тебе еще...не надоело это все?—внезапно спрашивает Кален.
— Надоело...—задумчиво бормочет Велес.—Если бы Мара исчезла, исчезла навсегда... И ты бы не смог найти ее ни в мире живых, ни в Царстве мертвых... Как быстро бы тебе надоело наказывать того, кто повинен в этом?
- Какую большую сеть ты соткал, - вздохнула Улла. - Сколько жизней разрушил. И ради чего это всё?
- А ради чего ты служишь мне, - спросил бог, - хотя разорвала бы, будь твоя воля?
- Из-за минутной слабости моего мужа столетья назад, - горько прошептала Улла.
- У всех нас бывали минуты слабости, - хмыкнул Велес. - Длиною в столетия.