Что было - видели, что будет - посмотрим.
Я не знал, что можно увидеть незнакомую девчонку и… пропасть. Думать только о ней дни и ночи напролёт. Искать её повсюду. И наконец найти. Мне без разницы, что она — гордячка и с такими, как я, не желает иметь ничего общего. Мне без разницы, что про неё болтают другие. Мне даже без разницы, что её отец посадил моего отца. Мне нужна только она. Алиса.
Теперь, с высоты прожитых лет и опыта я, пожалуй, могла сказать, что самое главное — говорить друг с другом. И знать, что за любой засухой придет дождь. А иногда — целый потоп.
Если я что и поняла за эти годы, так это то, что выбирать всегда стоит себя. Несмотря ни на какой внешний шум.
— Почему ты не подвластна моей магии, ведьма? — безжизненным голосом спросил Рута.
— Повторяю: договор. Вы сами его подписали.
— Да как какая-то бумажка может быть сильнее магии!!
— Не какая-то, а нотариально заверенная
Богиней меня пару раз называли, конечно, но это ещё в университете было, когда я единственная в группе сопромат на «отлично» сдала.
Все поднятые умертвия не ведали иного смысла существования, кроме как служить своему господину отныне и навечно. В расписание же Октябрины Леонидовны даже смерть не смогла вмешаться, поэтому тягу к служению она, конечно, тоже испытывала, но недолгую. Как раз укладывалась в полтора часа между поликлиникой и любимой телепередачей. «А что вы хотели, босс, — пожимала плечами Зараза. — Советская закалка. Крепче бы не было в мире гвоздей… Скажите спасибо, что вообще служит. Пусть и на четверть ставки».
— Только о деньгах и думаешь!
— Ну, извините, босс: реалии капиталистической формации. С идейными слугами у нас туго. Это в том мире вам служили за страх, а я — за хорошо оплачиваемую совесть.
...слабой женщине нужен сильный мужчина рядом, и не твоя вина, что глупое сердце выбрало не того.
Это ведь не декальте, а смотровая площадка.
У вас масса талантов, но доводить до белого каления- самый выдающийся.
Следующее сообщение было от Алисы Олеговны:
«Это правда, что ты заставил Элен грести снег вокруг санатория?!»
Я хмыкнул и написал ответ:
«Это только начало ее лечения. У меня по проекту нужно выкопать котлован под трансформаторную подстанцию. Так что спасибо тебе за Элен. Если есть еще подруги — присылай. Мне еще котельную расчистить надо».
«Когда обманываем других, мы теряем самое ценное — доверие».
Как говорит муж: таких руководителей карать и карать!
Каждый человек такой, каким хочет быть.
– Мама… Мамочка. Что должно случиться, чтобы ты его позвала? Что папа должен сказать?
– Слов уже недостаточно. – Мама покачала головой. – Он должен что-нибудь сделать. Что – не знаю.
Можно жить с мамой и папой. Можно жить с одной мамой. А вот с папой жить не хочется.
Почему? Папа на него сердится. Не просто сердится, а смеется над ним. Даже не наказывает.
Но тех, над кем смеются, наказывать не надо. Они уже наказанные.
«Просто поговорим о жизни. Я расскажу тебе, что это такое»
«Сегодня – дети, завтра – народ»
Сергей Михалков
Между милостыней и милостью богов огромная разница. Хотя, если разобраться, похожи не только слова, но и сам процесс.
— Это… это как ядерная смесь всех чувств на свете — любовь, забота, страх, нежность, иногда раздражение, даже злость — и снова любовь. Причем любовь особенная. Говорят, человеческий мозг не может осознать бесконечность вселенной, просто не понимает, как это. Вот так же и с любовью к детям. Она такая огромная и бесконечная, что невозможно ее постичь. И в ней миллионы, миллиарды разных чувств, как во вселенной миллиарды разных планет и звезд.
Иногда лучше переплатить , но быть живой, чем пожадничать и стать мертвой.
В детстве очень важны положительные эмоции, они откладывают отпечаток на всю дальнейшую жизнь.
Если женщина отправляется в храм в повседневном платье, это явно не первый её брак. Первый раз все хотят выглядеть как можно лучше, лишь потом приходит понимание, что всё внешнее — пыль и мишура. Главное — человек, с которым они связывают свою жизнь.
Семья там , где душа, а не стены.
- Если долго смотреть на девушку, то можно увидеть, как она выходит замуж за кого-то другого.
Любой нормальный солдат предпочитает ездить на кобыле, ну а в самом крайнем случае — на мерине. От жеребцов с их вздорным характером и драчливым нравом постоянно ждешь какой-нибудь пакости. Мой гнедой по вздорности и злобности заткнет за хвост любого, зато в бою заменит двух рыцарей и добрый десяток кнехтов!