— И кто меня остановит? Ты?
— Наш сын, — внутри меня всё холодеет.
— Если ты выйдешь замуж, то я заберу сына. Звони жениху.
— Подождём тебя там, ты не против?
— Я мечтаю поскорее смыться из этого ресторана.
— Я её мать, — коротко отвечает Марина.
— Удивлён, признаюсь.
— От меня‑то вам что нужно? — интересуюсь я
— Да с чего ты решил, что я вообще буду тебя слушать? — взрываюсь.
— Только твои деньги, папаша.
— Закрой свой рот и проваливай! — произношу в ярости.
— Какой из вас врач? Вы что, думаете, для ветеринара главное — быть добреньким и убогих жалеть? Врач должен быть разумным, ответственным, уметь принимать решения.
Нет, помечтать, конечно, можно. Говорят, мечтать не вредно. Хотя, на мой взгляд, очень даже вредно. Из-за глупых мечтаний обычно и делаются разные дурацкие поступки.
Интересно, где у нас в стране вырабатывают это чёртово пальмовое масло, чтоб им замещать нормальное сливочное? Всю кондитерку невозможно в рот взять. Вот попробуй финское печенье с шоколадом. Совсем другое дело. Ты не знаешь, почему за что наши ни возьмутся, у них постоянно какое-то непотребство получается?
«Отныне жизнь принадлежит тебе, и не будет для тебя ничего невозможного, если ты действительно этого захочешь!»
«Ревновать — значит отказывать другому в доверии. Если совсем не ревнуешь, значит, ты не очень влюблён».
«Никакие года не стирают страниц, исписанных вместе».
«Неужели надо обязательно отдалиться от человека, чтобы осознать, какое место он занимает в твоей жизни?»
«Мы все одиноки, Антуан, — будь то здесь, в Париже, или ещё где‑то. Пытайся сколько угодно убежать от одиночества, переезжай, встречайся с людьми… это ничего не меняет. В конце дня каждый возвращается к себе».
«Те, у кого есть пара, не осознают, как им повезло. Они забыли о вечерах наедине с тарелкой, тоску наступающих уик‑эндов, воскресные дни в ожидании, чтобы хоть кто‑нибудь позвонил. Нас таких миллионы во всех столицах мира. Единственное утешение — что ты не один такой».
«Когда люди видят нас ежедневно, они с каждым разом всё меньше обращают на нас внимание… а через некоторое время и вовсе перестают замечать».
«Впустить кого‑то в свою жизнь — значит разрушить стены, которые ты возвёл для собственной защиты, а не ждать, пока другой эти стены проломит!»
«В семейной жизни, старина, солнце светит не каждый день!»
«Сколько встреч ты упустил за последние три года, потому что твоя любовь одной ногой стояла в сегодняшнем дне, а другой — во вчерашнем?»
«— Что, по‑твоему, мне делать в Лондоне? — Быть счастливым!»
«Она уходила, а Матиасу хотелось, чтобы время остановилось. На этом пустынном тротуаре, сам не зная почему, он уже скучал по ней. Когда он окликнул её, она успела сделать двенадцать шагов — и никогда не признается, что считала каждый шаг».
«— Почему ты улыбаешься? — Просто так, — ответила Валентина. — Я люблю, когда ты улыбаешься, как сейчас, просто так».
«В моей вечности ты пребудешь тем, ради чего я жил на земле».
«Одри убеждала себя, что лучше, наверно, вообще больше никогда не любить. Всё стереть из памяти, забыть обещания, выплюнуть яд со вкусом предательства…»