Цитаты
288641
Универсализация знаний о природе привлекала философов во все времена. Досократики задавались вопросом о первоначале всего – воде, огне, воздухе и т. д. Их идеи кажутся сегодня наивными, но в них заключена та же мотивация, которая движет многими исследователями в наши дни, – построение универсальной модели мира, где всё имеет объяснение.
Перед вами книга в жанре интеллектуальной исповеди. Автор, опираясь на значимые исторические труды и современные публикации в области философии сознания, стремится объяснить себе и читателю тему ментальной казуальности, онтологии сознания и онтологии в целом. В начале книги автор выступает материалистом и монистом, но постепенно меняет свои убеждения, находя новую онтологию – нейтральный дуализм.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Нейрон по своей сути представляет собой «машину» для установления закономерностей внешней среды, в которой он существует. Поэтому мыслить законами для человека более чем естественно.
Перед вами книга в жанре интеллектуальной исповеди. Автор, опираясь на значимые исторические труды и современные публикации в области философии сознания, стремится объяснить себе и читателю тему ментальной казуальности, онтологии сознания и онтологии в целом. В начале книги автор выступает материалистом и монистом, но постепенно меняет свои убеждения, находя новую онтологию – нейтральный дуализм.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Именно определение правил своей игры принятия решений делают человека тем, кто он есть, а вовсе не совершаемый в результате выбор. Правила данной игры – это и есть глобальная стратегия поведения, приводящая человека к его текущему положению. Именно эти правила и есть то, что он по-настоящему выбирает в жизни.
Перед вами книга в жанре интеллектуальной исповеди. Автор, опираясь на значимые исторические труды и современные публикации в области философии сознания, стремится объяснить себе и читателю тему ментальной казуальности, онтологии сознания и онтологии в целом. В начале книги автор выступает материалистом и монистом, но постепенно меняет свои убеждения, находя новую онтологию – нейтральный дуализм.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Молитва в её первобытном проявлении, как обращение к внутреннему собеседнику, или, как пишут феноменологи религии, интенциональный акт, непосредственно предшествует осознанию некоей потребности и, следовательно, возможности её реализовать, и делает молящегося субъекта чуть более осознанным. То есть молитва – это акт сознания.
Перед вами книга в жанре интеллектуальной исповеди. Автор, опираясь на значимые исторические труды и современные публикации в области философии сознания, стремится объяснить себе и читателю тему ментальной казуальности, онтологии сознания и онтологии в целом. В начале книги автор выступает материалистом и монистом, но постепенно меняет свои убеждения, находя новую онтологию – нейтральный дуализм.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Если счастьем можно поделиться, то я бы хотела раздать его по крупице каждому. Ведь от этого счастья становится только больше.
Что делать юной выпускнице, если она не желает возвращаться на родину, где всем женщинам блокируют магию? Как оказалось, ответ знает мой опекун, лорд Фабиан Калвер, завидный холостяк столицы: мне нужно выйти замуж всего за три дня! И он даже готов мне в этом помочь, вот и брачные браслеты купил… Главное в этой затее сохранить трезвый разум, собственное сердце и достопримечательности столицы!.. «– Ты не можешь оставаться в Пармиине после достижения двадцати одного года. Едва ты выйдешь из-под...
״В начале и в конце V века от Рождества Христова, кульминацией которого стала «битва народов» под Каталауном во «главе угла» мировой (т. е., по тогдашним понятиям — римской) истории стояли не гунны, а готы. …Незабвенный гуннский «Батюшка-царь», прозванный римлянами «Бич Божий», ухитрившийся стравить восточных готов с западными, был лишь героем интермедии, разыгранной между уходом с исторической арены царя вестготов Алариха, взявшего «Вечный Город» … и выходом на нее царя остготов Теодориха — «регенератора» Западной Римской империи.״
Во второй половине IV века начались вторжения в Римскую империю германского племени готов, поставивших «вечный Рим» на край гибели. Однако со временем готам, принявшим христианство, удалось не только интегрироваться в угасающий античный греко-римский мир, но и стать одним из решающих факторов его выживания. Постепенно они превратились в хранителей античной цивилизации и подготовили Экумену к переходу от рабовладельческого строя к феодальному. Об удивительной судьбе готов и готского наследия...
״Нередко изделия древних ювелиров столь миниатюрны, что укрываются от жадных взоров и цепких рук кладоискателей. Как легкий и простой в перевозке товар, их находят вдоль всех древних торговых путей. Можно сказать, что именно украшения ведут нас по Древнему миру, как световые сигналы.״
Во второй половине IV века начались вторжения в Римскую империю германского племени готов, поставивших «вечный Рим» на край гибели. Однако со временем готам, принявшим христианство, удалось не только интегрироваться в угасающий античный греко-римский мир, но и стать одним из решающих факторов его выживания. Постепенно они превратились в хранителей античной цивилизации и подготовили Экумену к переходу от рабовладельческого строя к феодальному. Об удивительной судьбе готов и готского наследия...
״Наряду с янтарем, основными товарами, вывозимыми в Римскую «мировую» державу из «варварской» Германии, были пчелиный мед, воск, меха, кожи, рабы, а также…белокурые косы германских женщин и девушек для париков богатых римских модниц (к описываемому времени — преимущественно брюнеток). Среди высших сословий древнеримской державы царил форменный культ «нордической» внешности…״
Во второй половине IV века начались вторжения в Римскую империю германского племени готов, поставивших «вечный Рим» на край гибели. Однако со временем готам, принявшим христианство, удалось не только интегрироваться в угасающий античный греко-римский мир, но и стать одним из решающих факторов его выживания. Постепенно они превратились в хранителей античной цивилизации и подготовили Экумену к переходу от рабовладельческого строя к феодальному. Об удивительной судьбе готов и готского наследия...
״очень скоро настанет время, когда окрепшая церковь будет защищаться от нападок не с помощью «виртуозов пера» духовного звания и приводимых ими аргументов, а с помощью костров, пыточных застенков и отлучений.״
Во второй половине IV века начались вторжения в Римскую империю германского племени готов, поставивших «вечный Рим» на край гибели. Однако со временем готам, принявшим христианство, удалось не только интегрироваться в угасающий античный греко-римский мир, но и стать одним из решающих факторов его выживания. Постепенно они превратились в хранителей античной цивилизации и подготовили Экумену к переходу от рабовладельческого строя к феодальному. Об удивительной судьбе готов и готского наследия...
״Но черты прежней метрополии Первый Рим стал вновь обретать лишь при папе Мартине V из рода Колонна (1368–1431). А до того меланхоличные крестьяне пасли своих коров на Форуме, среди полуразрушенных остатков римского величия. Которое было и быльем поросло…״
Во второй половине IV века начались вторжения в Римскую империю германского племени готов, поставивших «вечный Рим» на край гибели. Однако со временем готам, принявшим христианство, удалось не только интегрироваться в угасающий античный греко-римский мир, но и стать одним из решающих факторов его выживания. Постепенно они превратились в хранителей античной цивилизации и подготовили Экумену к переходу от рабовладельческого строя к феодальному. Об удивительной судьбе готов и готского наследия...
״В былые времена Нарзес бы удостоился за это славы триумфатора. Теперь же все победные лавры получал вечный триумфатор — «император романорум» (или же, «по-новоримски» — «василевс ромеон»). Как бы далеко он не находился от поля битвы, выигранной его верноподданными…״
Во второй половине IV века начались вторжения в Римскую империю германского племени готов, поставивших «вечный Рим» на край гибели. Однако со временем готам, принявшим христианство, удалось не только интегрироваться в угасающий античный греко-римский мир, но и стать одним из решающих факторов его выживания. Постепенно они превратились в хранителей античной цивилизации и подготовили Экумену к переходу от рабовладельческого строя к феодальному. Об удивительной судьбе готов и готского наследия...
״Ведь до нас, живущих в столь значительном временном удалении, доходят лишь запечатленные на писчем материале голоса тех, кто тогда имел право голоса и пользовался этим правом. Именно эти люди во все времена решали, что должно войти в историю, чему следует верить. И раздавали похвалы и порицания в зависимости от того, что приносило большую или меньшую пользу церкви. ״
Во второй половине IV века начались вторжения в Римскую империю германского племени готов, поставивших «вечный Рим» на край гибели. Однако со временем готам, принявшим христианство, удалось не только интегрироваться в угасающий античный греко-римский мир, но и стать одним из решающих факторов его выживания. Постепенно они превратились в хранителей античной цивилизации и подготовили Экумену к переходу от рабовладельческого строя к феодальному. Об удивительной судьбе готов и готского наследия...
- Меня пугает ваш взгляд, - вдруг сбил меня с мысли мужской голос. - Вы задумали сбежать? Скажу сразу, ничего не выйдет.
- Что? - моргнула я. - Сбежать? Зачем?
- Откуда же я знаю? Мало ли, что у вас, взрослых детей, в голове.
- Не-е-ет! - протянула я. - Нет! Я никуда не сбегу, уверяю вас.
У талантливого модного скульптора и керамиста Лу́иса Тейлза нет времени на личную и светскую жизнь. Но если королева настаивает, он, конечно же, примет участие в судьбе знатной сиротки из пансиона. Станет ее опекуном и проконтролирует до совершеннолетия. Почему бы не помочь маленькой девочке? То, что девочка не маленькая, а восемнадцатилетняя магичка с полной неспособностью управлять своим дивным даром… Ну, бывает, вышло недопонимание. Придется лорду Тейлзу опекать не девочку, но девушку Ю́на...
В карете мы с опекуном сидели друг напротив друга и украдкой изучали того, с кем предстоит теперь жить, дружить и смириться.
Лорд Луис страдал. На его лице были нарисованы мука и боль. Навязанная "девочка" его не радовала.
У талантливого модного скульптора и керамиста Лу́иса Тейлза нет времени на личную и светскую жизнь. Но если королева настаивает, он, конечно же, примет участие в судьбе знатной сиротки из пансиона. Станет ее опекуном и проконтролирует до совершеннолетия. Почему бы не помочь маленькой девочке? То, что девочка не маленькая, а восемнадцатилетняя магичка с полной неспособностью управлять своим дивным даром… Ну, бывает, вышло недопонимание. Придется лорду Тейлзу опекать не девочку, но девушку Ю́на...
В холл вывалился, переступая нижними углами, розовый ковёр с рисунком радуги. "Осмотревшись", он затянул хриплым, прокуренным голосом, словно пьяный матрос :
- Говорят мне, я - старик, только мне не верится.
Посмотрите на меня у меня шевелится...
У талантливого модного скульптора и керамиста Лу́иса Тейлза нет времени на личную и светскую жизнь. Но если королева настаивает, он, конечно же, примет участие в судьбе знатной сиротки из пансиона. Станет ее опекуном и проконтролирует до совершеннолетия. Почему бы не помочь маленькой девочке? То, что девочка не маленькая, а восемнадцатилетняя магичка с полной неспособностью управлять своим дивным даром… Ну, бывает, вышло недопонимание. Придется лорду Тейлзу опекать не девочку, но девушку Ю́на...
Напиток, который пьют, когда хочется состояния "было весело, вспоминать стыдно, рассказывать детям нельзя".
У талантливого модного скульптора и керамиста Лу́иса Тейлза нет времени на личную и светскую жизнь. Но если королева настаивает, он, конечно же, примет участие в судьбе знатной сиротки из пансиона. Станет ее опекуном и проконтролирует до совершеннолетия. Почему бы не помочь маленькой девочке? То, что девочка не маленькая, а восемнадцатилетняя магичка с полной неспособностью управлять своим дивным даром… Ну, бывает, вышло недопонимание. Придется лорду Тейлзу опекать не девочку, но девушку Ю́на...
Ликёр "Мандраж" вызвал мандраж. Это я помню. А дальше темнота.
У талантливого модного скульптора и керамиста Лу́иса Тейлза нет времени на личную и светскую жизнь. Но если королева настаивает, он, конечно же, примет участие в судьбе знатной сиротки из пансиона. Станет ее опекуном и проконтролирует до совершеннолетия. Почему бы не помочь маленькой девочке? То, что девочка не маленькая, а восемнадцатилетняя магичка с полной неспособностью управлять своим дивным даром… Ну, бывает, вышло недопонимание. Придется лорду Тейлзу опекать не девочку, но девушку Ю́на...
"Они в молчании ползли по тромбированным сосудам дорог. Серафима аккуратно лавировала в потоке. Городской пейзаж, пропущенный через серый фильтр непогоды, дышал меланхолией."
Думала ли Серафима, выходя на прогулку с любимой собакой, что этот вечер станет последним в ее обычной жизни и первым из многих в жизни необычной. А начнется все, как в сказках, со случайной встречи. Разумеется с таинственным незнакомцем. Непременно голубых кровей. В буквальном смысле.
Из опыта работы финансовым консультантом он вынес кое-что ценное. Выяснилось, что большая часть его деятельности заключалась в том, чтобы симулировать абсолютную уверенность в вопросах, где уверенности не может быть в принципе.
Даниэль Канеман – лауреат Нобелевской премии по экономике, автор книги «Думай медленно… решай быстро». Амос Тверски – лауреат премии Американской психологической ассоциации, стипендиат Фонда Макартуров. Их сотрудничество началось в 1960-х годах в Израиле, когда оба преподавали в Еврейском университете. Однако мало кто верил в их союз – такими они были разными. Канеман – довольно замкнутый и самокритичный. Тверски же любил оказываться в центре внимания и был способен общаться на равных с учеными...
он не станет отыгрываться на мне. Это низко. Ведь я просто неразумная женщина.
История вбоквел к "Годичным кольцам нашего мира". Совршенно самостоятельная. Я — Олив. Благородня леди, дочь придворного, прекрасна, умна и образована. Всю свою жизнь я делаю только то, что пойдет на благо семьи, хотя что именно определяется этим словом, мне никто не потрудился объяснить. Теперь же "благо" требует моего брака с главнокомандующим вражеской армии, но, кажется, чаша моего терпения несколько переполнена, и вот-вот содержимое, что копилось в ней годами, выплестнется наружу, залив...
В моей голове отец слишком умен, чтобы так глупо не учитывать людских слабостей, но из всего, что он говорил в тронном зале, даже из его присутствия здесь, следовало только это. Барон, обличенный властью большей, чем иные герцоги, не знает собственной дочери.
История вбоквел к "Годичным кольцам нашего мира". Совршенно самостоятельная. Я — Олив. Благородня леди, дочь придворного, прекрасна, умна и образована. Всю свою жизнь я делаю только то, что пойдет на благо семьи, хотя что именно определяется этим словом, мне никто не потрудился объяснить. Теперь же "благо" требует моего брака с главнокомандующим вражеской армии, но, кажется, чаша моего терпения несколько переполнена, и вот-вот содержимое, что копилось в ней годами, выплестнется наружу, залив...
— Кажется, вы рыдаете о том, чего не может случиться в будущем.... Рыдайте, моя принцесса. Рыдайте. Иногда будущее достойно того, чтобы его оплакали.
История вбоквел к "Годичным кольцам нашего мира". Совршенно самостоятельная. Я — Олив. Благородня леди, дочь придворного, прекрасна, умна и образована. Всю свою жизнь я делаю только то, что пойдет на благо семьи, хотя что именно определяется этим словом, мне никто не потрудился объяснить. Теперь же "благо" требует моего брака с главнокомандующим вражеской армии, но, кажется, чаша моего терпения несколько переполнена, и вот-вот содержимое, что копилось в ней годами, выплестнется наружу, залив...
— Иногда грубость и жестокость бывает проще пережить, чем ласку, — покачала головой старая ведьма.
История вбоквел к "Годичным кольцам нашего мира". Совршенно самостоятельная. Я — Олив. Благородня леди, дочь придворного, прекрасна, умна и образована. Всю свою жизнь я делаю только то, что пойдет на благо семьи, хотя что именно определяется этим словом, мне никто не потрудился объяснить. Теперь же "благо" требует моего брака с главнокомандующим вражеской армии, но, кажется, чаша моего терпения несколько переполнена, и вот-вот содержимое, что копилось в ней годами, выплестнется наружу, залив...
голод и зависть — два колеса, на которых можно уехать очень далеко, если знать, как запрягать и куда править.
История вбоквел к "Годичным кольцам нашего мира". Совршенно самостоятельная. Я — Олив. Благородня леди, дочь придворного, прекрасна, умна и образована. Всю свою жизнь я делаю только то, что пойдет на благо семьи, хотя что именно определяется этим словом, мне никто не потрудился объяснить. Теперь же "благо" требует моего брака с главнокомандующим вражеской армии, но, кажется, чаша моего терпения несколько переполнена, и вот-вот содержимое, что копилось в ней годами, выплестнется наружу, залив...
...достигнув пика, все сущее приходит в упадок.
Размеренное посмертие Агнии закончилось в тот день, когда в Паранормальное Бюро Расследований приняли императора демонов. Ах, тот ушел в отставку и встал на путь исправления? Чушь какая!