Время, собранное, сжатое, точно японский бумажный цветок. Одно прикосновение памяти — и все раскроется, обернется прозрачной росой мысли, вешним ветерком, чудесными цветами — огромными, каких не бывает в жизни.
Всякий чердак — это Машина времени, в ней тупоумные старики, вроде меня, могут отправиться на сорок лет назад, в блаженную пору, когда круглый год безоблачное лето и детишки объедаются мороженым. Помнишь, какое вкусное было мороженое?
...пустая телега всегда громче тарахтит!
Раз родители не воспитали как должно, уже не переломишь; что выросло, то выросло…
- Ты станешь моей женой? - держал меня за руку Ральгон, пока я технично ломала ему пальцы от боли, которую испытывала.
- Нет!
- Ты станешь моей женой? - не отставал этот прохиндей, прямо как драконы.
- Не-е-е-е-ет!!! - кричала я, молясь всем богам, чтобы все уже поскорее закончилось. -Ведьма не может стать королевой магов!
- Я отменил этот закон. - коварно заметил мужчина. - Ты станешь моей женой?
- А-а-а-а-а-а-а! - заголосила я в последний раз.
- Да! Она сказала: да! Вы все - свидетели! Объявляйте нас мужем и женой.
- Да Элинсия еще по дороге скончается в муках, потому что ее укачает.
- А я разве не порталом пройду? - озадаченно спросило дитятко.
- И ее вы собираетесь отдать страшному, огромному, злому дракону. Пожалейте ваш цветочек. Пусть его кто-нибудь другой опыляет.
— Я говорил! Я подсказывал! Только не левую! Левая соломинка — зло! — бушевал несущийся рядом драколич.
— Ну прости… я затупила…
Слова давались тяжело: дыхание сбивалось, внутренности леденели от жуткого воя и смеха с ноткой безумия, бьющих в спину, мышцы сводило от сдерживаемой телом магии.
— Я даже морду вот так наклонил и хитро подмигнул, — продолжал разоряться Спайк. — Подумать только! Я снизошел до плебейского подмигивания, и все ради чего? Ради непутевой курицы, которая все равно вытащила короткую соломинку!
Сама жизнь с ее физиологическими законами часто берет на себя роль сводни.
Дела, отличная альтернатива, глупым мыслям и чувствам.
Ты предлагаешь мне торговать мордой?! Мне – торговать мордой?! Никогда! – кричала она мне в лицо. – Это ты, моя сестра, говоришь такое?! Как ты могла?! О, как ты могла?! Приличные люди могут торговать другими местами, но мордой – никогда!
Время точит видение нашей изначальной боли и притупляет её остатки в настоящем.
Пока ты думаешь о том, что «может быть» и чего «может не быть», ты упускаешь то, что «есть сейчас». Вероятность — это вообще опасная штука. Она всегда есть. Больше нуля, но меньше единицы. Так зачем думать о какой-то там туманной вероятности, когда здесь и сейчас ты можешь наслаждаться лучшим, что тебе дано в этой жизни…
Пока ты думаешь о том, что «может быть» и чего «может не быть», ты упускаешь то, что «есть сейчас». Вероятность — это вообще опасная штука. Она всегда есть. Больше нуля, но меньше единицы. Так зачем думать о какой-то там туманной вероятности, когда здесь и сейчас ты можешь наслаждаться лучшим, что тебе дано в этой жизни…
Пока ты думаешь о том, что «может быть» и чего «может не быть», ты упускаешь то, что «есть сейчас». Вероятность — это вообще опасная штука. Она всегда есть. Больше нуля, но меньше единицы. Так зачем думать о какой-то там туманной вероятности, когда здесь и сейчас ты можешь наслаждаться лучшим, что тебе дано в этой жизни…
Вероятность - это вообще опасная штука. Она всегда есть. Больше нуля, но меньше единицы. Так зачем думать о какой-то там туманной вероятности , когда здесь и сейчас мы можем наслаждаться лучшим, что тебе дано в этой жизни...
,, - Тебе стоит съездить к нему на могилу. Станет легче. -Тебе легче? -Нет. -Тогда почему должно стать легче мне? -Если что-то не помогат мне, это не значит, что это не поможет тебе. - Когда-нибудь нам определённо станет легче. -Да, но даже притупившаяся боль остаётся болью. Просто нужно научиться с ней жить. "
Он научил меня плавать, а я научила его мечтать без шанса на исполнение мечты- неравноценный обмен, не находишь?
,, - У меня с Роналдом нет ничего общего, кроме боли. Этого недостаточно, чтобы понять друг друга. - Да, но обоюдной боли достаточно для того, чтобы поддержать друг друга, а поддержка - это то, с чего начинается нечто большее, чем взаимовыгода. Например - понимание. Понимаешь, малыш? Ведь именно своей поддержкой, ты породил свою боль. "
Иногда ради того, чтобы обрести храбрость не нужно покупать зелье, достаточно купить новое платье.
— Если что-то приносит радость, на это не жалко денег, —
"<...> количество глупостей, которое способна сотворить энергичная женщина при наличии свободного времени, неиссякаемо."
Молодым везде у нас дорога, старикам везде у нас почет. ... Это все цирк, иллюзия, обман… Нет никакого почета. Зачем мне звание народной актрисы, если у меня не будет ролей? Народная актриса без ролей, это все равно что жопа без дырки! Одна видимость и никакой пользы.
Ипподром – жизнь в миниатюре. Одни бегают по кругу, другие надеются на удачу, а заканчивается все для всех одинаково неинтересно.
– Субботник – квинтэссенция коммунизма! – говорит сестра [Ф. Раневская]. – Работаешь бесплатно и с песнями.
Как известно, крепкое словцо и подзатыльник иногда успешно заменяют сутки уговоров