Цитаты
285210
— Я смею все, юноша. И буду сметь. Мне не нужно ничьей милости — ни от Создателя, ни от людей, если предположить, что люди на нее способны. И от меня милости не ждите.
— Я... и не жддду...
— Правильно, вы ее лопаете нежданной.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
Честь должна стоить дорого, иначе ее никто не купит.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
Золото — славный слуга, но мерзейший господин.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
Смертные всегда и всюду просят небожителей о милости, не зная, что боги погибли, а те, кто принял их ношу, не имеют ни сил, ни возможности снисходить к человеческим просьбам.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
Редкая тварь без шерсти и перьев выглядит пристойно.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
Отсутствие совести и сострадания так легко спутать со смелостью.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
Прошлое имеет над нами слишком большую власть. Те, кто держит на плечах небо, должны быть свободны от былых привязанностей и долгов.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
Благородство предков не извиняет подлости потомков.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
— Только дурак продолжает игру, когда фортуна повернулась крупом и лягается.
— Дурак и продолжает.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
– Хотите упасть с лестницы? – любезно осведомился маршал.
– Создатель! Разумеется, нет! Но, Рокэ, мне казалось, вы не считаете меня своим врагом.
– Не считаю, – согласился Ворон, – потому и спросил. В противном случае вы бы уже летели.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
Трудно любить то, что всегда было и всегда будет, зато осознание того, что «это в последний раз», оживляет притупившиеся чувства, и ты замечаешь вещи, которые раньше не замечал, и сердце твое разрывается от любви и боли.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
Главное, не уйти, а вернуться.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
Только мы решаем, подлость совершили или подвиг, только мы и никто иной! Молва может приговорить героя или вознести мерзавца, такое есть, было и будет, но осудить может только совесть.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
Лучший способ сохранить тайну — не придавать ей значения.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
Нет ничего глупее смерти в семнадцать лет из-за дурацких фанаберий. Жизнь одна, юноша, и её нужно прожить до конца.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
Неожиданность, Ваше Преосвященство, бывает двух видов. Когда вас ещё не ждут, и когда вас уже не ждут.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
Воевать следует не с комарами, а с болотом.
По преданию, Кэртиана держится на четырех столпах — четырех Великих Домах, чьи потомки составляют ее мощь и славу. Однако приход к власти узурпатора-бастарда сделал лучших людей Золотой Империи непримиримыми врагами. И вот уже четыреста лет над одними вороном реет тень предательства, лица других овевают ветра изгнания, третьих судьба проверяет на крепость, как море скалы, а четвертым молнии несчастий испепеляют сердца. По преданию, Четверым суждено соединиться. Но только случится это на...
Во сне я могу прыгать, летать, я вижу свет и слышу зрителей. И чувствую запах мяты с клубникой. И хоть я не вижу в толпе зрителей Алекса – я вообще не вижу трибуны, вместо них – непроглядная тьма – я чувствую его присутствие. На соревнованиях оно дарит уверенность, а на шоу – страх. Главный страх влюбленной дурочки: не понравиться тому, кому нравиться очень хочется.
Тренер для спортсмена – бог. Я не замечала никого, кроме Алекса Крестовского. Жила его одобрением. Лишние граммы снились в кошмарах, а каждая секунда существования была подчинена спорту. Прыжки, вращения, десятки программ на льду…
А потом он меня предал - и вот я в темноте. У него новые звездочки, новые чемпионки, а я теперь летаю только во сне. Когда-то я молила мироздание о том, чтобы никогда больше не слышать имя Алекса Крестовского. Но оно так и не откликнулось на эту просьбу...
- Что вы делаете?!
- Поддержку.
- Вы же не парник! И вообще хоккеист! Я не клюшка, поставьте меня на лед!
Тренер для спортсмена – бог. Я не замечала никого, кроме Алекса Крестовского. Жила его одобрением. Лишние граммы снились в кошмарах, а каждая секунда существования была подчинена спорту. Прыжки, вращения, десятки программ на льду…
А потом он меня предал - и вот я в темноте. У него новые звездочки, новые чемпионки, а я теперь летаю только во сне. Когда-то я молила мироздание о том, чтобы никогда больше не слышать имя Алекса Крестовского. Но оно так и не откликнулось на эту просьбу...
Нормальный мужик и ты - несовместимые понятия.
Тренер для спортсмена – бог. Я не замечала никого, кроме Алекса Крестовского. Жила его одобрением. Лишние граммы снились в кошмарах, а каждая секунда существования была подчинена спорту. Прыжки, вращения, десятки программ на льду…
А потом он меня предал - и вот я в темноте. У него новые звездочки, новые чемпионки, а я теперь летаю только во сне. Когда-то я молила мироздание о том, чтобы никогда больше не слышать имя Алекса Крестовского. Но оно так и не откликнулось на эту просьбу...
- Представляешь? - фыркает Ксюша. - Я ною, что достали дожди и серость Лондона, мечтаю о солнышке, а вместо Мальдив получаю среднюю полосу России!
Тренер для спортсмена – бог. Я не замечала никого, кроме Алекса Крестовского. Жила его одобрением. Лишние граммы снились в кошмарах, а каждая секунда существования была подчинена спорту. Прыжки, вращения, десятки программ на льду…
А потом он меня предал - и вот я в темноте. У него новые звездочки, новые чемпионки, а я теперь летаю только во сне. Когда-то я молила мироздание о том, чтобы никогда больше не слышать имя Алекса Крестовского. Но оно так и не откликнулось на эту просьбу...
- Не мамкай. Все, взяли папу - и понесли к машине.
Тренер для спортсмена – бог. Я не замечала никого, кроме Алекса Крестовского. Жила его одобрением. Лишние граммы снились в кошмарах, а каждая секунда существования была подчинена спорту. Прыжки, вращения, десятки программ на льду…
А потом он меня предал - и вот я в темноте. У него новые звездочки, новые чемпионки, а я теперь летаю только во сне. Когда-то я молила мироздание о том, чтобы никогда больше не слышать имя Алекса Крестовского. Но оно так и не откликнулось на эту просьбу...
- Почему мужики такие сволочи? - вздыхаю я.
- Потому что они дураки. И не ценят то хорошее, что имеют. Не все, конечно. Но поверь, даже самый классный мужик периодически бесит так, что хочется закопать его на заднем дворе.
- И моего брата?
- Ой, твоего брата - особенно!
- Что мешает?
- Копать лень, - отвечает Ксюха, и мы смеемся.
Тренер для спортсмена – бог. Я не замечала никого, кроме Алекса Крестовского. Жила его одобрением. Лишние граммы снились в кошмарах, а каждая секунда существования была подчинена спорту. Прыжки, вращения, десятки программ на льду…
А потом он меня предал - и вот я в темноте. У него новые звездочки, новые чемпионки, а я теперь летаю только во сне. Когда-то я молила мироздание о том, чтобы никогда больше не слышать имя Алекса Крестовского. Но оно так и не откликнулось на эту просьбу...
Сотворить за одни сутки такое количество глупостей еще надо уметь.
Тренер для спортсмена – бог. Я не замечала никого, кроме Алекса Крестовского. Жила его одобрением. Лишние граммы снились в кошмарах, а каждая секунда существования была подчинена спорту. Прыжки, вращения, десятки программ на льду…
А потом он меня предал - и вот я в темноте. У него новые звездочки, новые чемпионки, а я теперь летаю только во сне. Когда-то я молила мироздание о том, чтобы никогда больше не слышать имя Алекса Крестовского. Но оно так и не откликнулось на эту просьбу...
Мы оба знаем, что это спор ради спора.
Тренер для спортсмена – бог. Я не замечала никого, кроме Алекса Крестовского. Жила его одобрением. Лишние граммы снились в кошмарах, а каждая секунда существования была подчинена спорту. Прыжки, вращения, десятки программ на льду…
А потом он меня предал - и вот я в темноте. У него новые звездочки, новые чемпионки, а я теперь летаю только во сне. Когда-то я молила мироздание о том, чтобы никогда больше не слышать имя Алекса Крестовского. Но оно так и не откликнулось на эту просьбу...