Первая же фраза рассмешила: «Главная задача любой леди — сделать всех в доме счастливыми!» Вторая фраза заставила шлёпнуть ладонью по лбу: «Предназначение женщины — это служить своему мужу и своим детям, отказывая себе во всём, в чём нет необходимости...
— Его ведь соборовать надо, разве нет? — спросил Картер и поджал губы угрюмо.
— Ты же сказал, он мертв.
— Но если плеснуть чуток освященного вина в его мертвое горло…
Мертвая глотка вина не распробует, подумал я, но вслух не сказал.
Боль, терзающая человека, не всегда вызывается болезнью. Колкие обидные слова могут ранить гораздо сильнее.
Не ищите высшего смысла в требованиях этикета, вы его просто выполняйте.
Когда раз за разом происходит одно и то же, нужно присмотреться к ситуации повнимательнее. Снять всю мишуру и понять, почему мы причиняем боль себе и другим.
А зануда,<...>, это человек, которому легче отдаться, чем объяснять, что сейчас не время и не место.
Врать нужно на свежую голову. Убедительная ложь требует хорошей памяти, сосредоточенности, смелости и времени, чтобы ее выдумать.
...интерес — штука коварная, неизвестно, куда он тебя заведет.
Мда…
Если вдруг покажется, что ты в шаге от победы, сплюнь три раза и не торопись радоваться. В самый решающий момент судьба, одарив напоследок коварной улыбкой, обязательно повернется к тебе задом.
— Надеюсь, ты напилась? — с каким-то нездоровым интересом осведомился магистр, когда кувшин полностью опустел.
— Нет. А… можно еще немного?
— А ты не лопнешь, безудержная моя?
Лопну? Да, я не просто лопну — взорвусь тысячей мелких мокрых осколков, если он продолжит медлить. И когда меня соберут по кусочкам и с почестями похоронят, как и полагается погребать особ королевской крови, на мраморной плите в фамильном склепе Дагвинов, наверняка, высекут что-то вроде: «Она держалась, как могла, но последняя капля оказалась лишней».
Кто ходит в гости по утрам , тот может провести в гостях целый день.
Одна шоколадка , вовремя подаренная секретарше , равна бутылке , подаренной столоначальнику.
Со временем история стирается и переписывается, обретая новые смыслы.
Там и тогда, во дворе своего дома, с плохо скрываемым удивлением и восхищением разглядывающая мою машину, она была обаятельна и непосредственна, как кошка. Естественно. По природе.
А теперь ее обаяние отточено, как скальпель в умелых руках.
Хирурга или маньяка? Вот вопрос…
по мне, самая честная дуэль - та, после которой остаешься жив...
Одинокие женщины не понимали замужних. Не понимали, сколько сложностей накладывают на жизнь брак и дети и на какие жертвы и компромиссы приходится идти день за днем, чтобы эта хрупкая конструкция не развалилась.
Нередко людям просто хотелось выговориться — когда многое накопилось, когда уже не хватало сил держать все в себе, но имелся миллион причин не делиться переживаниями с близкими. Потому-то люди и шли со своими проблемами к барменам и парикмахерам.
Порой незнакомцы могли стать единственной в жизни отдушиной.
Она действительно любила его. И вместе с тем каким-то непостижимым образом столь же страстно его ненавидела. Внутри ее вулканом клокотали печаль, ярость, любовь. Грядущее извержение обещало обратить окрестности в пепел.
Вообще-то, она не верила в существование того, что многие так высоко ценили. Верность — серьезно? Всю жизнь хотеть одного-единственного человека? Не верила в брак — за всю историю людям едва ли удалось придумать что-то, еще более обреченное на крах. Разбитые надежды, заржавелые жизни — вот и все, что можно было выгадать у алтаря.
Люди совсем разучились замечать. Перестали смотреть по сторонам. Уткнулись в гаджеты. А иные — в собственные мысли, в бесконечно разматывающуюся перед внутренним взором пленку с мелькающими картинами прошлого и грядущего, пестрящую образами желаний и тенями сомнений.
— Не стоит пугать милую пожилую леди! Волк, пришедший к бабушке, в свое время плохо кончил, — пробормотала Тайрин, на цыпочках подходя к стоящей на столике шкатулке. Заменила испорченный амулет первой помощи на полностью заряженный и вытащила дамский пистолет, снимая с предохранителя, — магия магией, а пуля в лоб надежнее.
— Честно, это последний раз. Я буду осторожен, как… — Он прищелкнул пальцами здоровой руки, подбирая сравнение. — Как ворующий сметану кот!
— Я не привык пить в одиночестве, — признался мужчина. — Когда выпью, меня тянет на идиотские поступки.
— Вас на них всегда тянет.
— Как Кален терпел ваш острый язычок? — не выдержал следователь и указал ей на чашку. — Пейте!
Когда пакости творил один студент, это было почти незаметно. Группа — плохо, но терпимо. Однако если участвовал весь курс, то можно было смело прятаться в подвал и надеяться, что академия устоит.
Ненависть — плохой советчик, зато придает решимости.