"Боль есть живое представление о боли: сделай усилие воли, чтоб изменить это представление, откинь его, перестань жаловаться, и боль исчезнет".
Обыкновенный человек ждет хорошего или дурного извне, то есть от коляски и кабинета, а мыслящий - от самого себя.
Свободное и глубокое мышление, которое стремится к уразумению жизни, и полное презрение к глупой суете мира - вот два блага, выше которых никогда не знал человек.
...если бы не было бога, то его выдумали бы люди.
Какая бы великолепная заря ни освещала вашу жизнь, все же в конце концов вас заколотят в гроб и бросят в яму.
Раз существуют тюрьмы и сумасшедшие дома, то должен же кто-нибудь сидеть в них.
Когда общество ограждает себя от преступников, психических больных и вообще неудобных людей, то оно непобедимо.
Браки заключаются не на небесах, а из тонкого расчета на грешной земле.
Врать детям – проявлять собственную слабость
...Всадник на скакуне развивает скорость в пределах 15-20 м в секунду и буквально перегоняет ветер, потому что при сильном ветре скорость движения воздуха редко превышает 20 м в секунду. Мы видим, следовательно, что выражение наших народных сказок и былин "конь быстрый, как буйный ветер" не является вовсе преувеличением.…
Правду говорят, когда женщина все сделала по дому, налепила пельменей и еще успел сходить на маникюр - значит, у нее температура тридцать девять, а если мужчина пишет завещание - значит у него тридцать семь и пять.
Это очень хорошая манипуляция. С одной стороны подсказать противнику, куда собираешься ударить, а с другой - демонстративно спрятать меч в ножны. И пока обманутый будет изо всех сил сооружать защиту вокруг указанной мишени - враг нанесет подлый смертоносный удар туда, куда никто не ожидает. В самое уязвимое место.
Я никогда не осуждала людей за то, что они живут так, как хотят. Ну разве что раньше, когда была еще очень молодой и зеленой максималисткой. Пока наш профессор по общей психологии однажды не сказал о главном принципе психики: то, что нас раздражает в других людях, есть в нас самих, и мы хотим жить так же, как они, но по какой-то причине не можем и поэтому злимся. Грубо говоря, осуждая человека за то, что он ложится пораньше спать, а не торчит до полуночи у мойки с посудой, мы сами хотели бы точно так же «забить» и полениться, но не можем - потому что мучает внутренний стыд, убивает внутренний перфекционист. Ну или у свекрови есть свои ключи - и она может явиться с ревизией без предупреждения даже в три часа ночи.
После тех слов я очень пересмотрела своей отношение к чужим недостаткам. И жить стало проще, спокойнее и тише.
- Мне жаль, что ты воскрес только для того, чтобы вспоминать былые обиды и упрекать меня давно забытым прошлым вместо того, чтобы хоть раз в жизни сделать что-то стоящее.
Насчет последнего - просто ткнула пальцем в небо. Но ведь всех бывших в той или иной степени можно обвинить в «нежелании действовать» или «неспособности что-то менять». Это универсальный аргумент.
И раз Анвиль - единственная доступная мне «защита», я готова на все, чтобы ее заполучить. Даже если ради этого придется ударить по самому больному мужскому месту.
Нет, не туда.
По честолюбию.
Первое правило, которое знают все шизофреники - нельзя отрываться от реальности, и если что-то выбивается из общего порядка - нужно поскорее найти признаки того, что это просто галлюцинации.
...мужчине, чтобы считаться красавцем, достаточно быть чуть красивее обезьяны...
все, что мы видим во сне, наш мозг «монтирует» из событий трех предыдущих дней.
Не всем в жизни выпадает красивая и настоящая любовь как в романтических фильмах девяностых. Кто-то должен залипать в токсичных отношениях, чтобы не оставлять без хлеба всю братию мозгоправов, коучей и прочих любителей «за очень дорого» учить жизни.
Честолюбие, которое у других людей похоже на собаку, постоянно кусающую их за пятки, у Казачинского скорее напоминало котика, который свернулся клубочком и большую часть времени мирно спит.
Что, побежишь спасать падшую душу?
– Не побегу.
– Как это? – опешил чёрт.
– Спасти можно того, кто сам себя спасает, – строго взглянул на него ангел. – А не чуда извне ждёт. Что же не понял разве я, кого на самом деле ты сломать хотел? Не выйдет. Они уже не те, что Отец создал. Они тоже учатся. Стремятся к небу. Пусть вы их запутали, остаются сильные. И мы их храним, а не ведём. Всех не спасти. Мы и не спасаем.
– Как это? – тупо повторил чёрт.
– Так жалость это и не любовь вовсе, – улыбнулся ангел. – Сам же знаешь. Мы теперь тоже поняли. Спасибо, брат.
Один и тот же фокус, столько веков, а всё работает. ... Отличная была идея любовь жалостью подменить. Душу они продавать боятся. Контрактов ждут. Сами не замечают, как отдают.
– Но-но, а кто им романтику зла столько лет подпихивал? Раскаявшиеся демоны, вампирская любовь, оборотни, некроманты? Голоса правды никто уже и не слушает. Даже скучно.
Помочь было некому. Чёрт сидел на диване, простой и реальный, вовсе не страшный… даже наоборот. Прямо как в кино: высокий, мускулистый, с сильными красивыми руками и длинными пальцами, правильными чертами умного лица.
«Нет людей, которые не любят читать, есть люди, которые просто не нашли «СВОЮ» книгу!»
нельзя у человека отнимать мечту просто потому, что она не твоя. Особенно, – она чуть покраснела, – если тебе этот человек очень дорог…