Жизнь с тем, с кем нельзя поговорить, а тем более помолчать, - худшее из одиночеств
Мужчины в книгах вообще интересней, чем в обычной жизни
Он, похоже, человек достойный - хоть и командир. Но это обычный недостаток для мужчины
Мы все так зациклены на достоинстве, что готовы жертвовать ради него счастьем
– Я тебя люблю.
– А я тебя обожаю.
О, так значит, он собрался устроить состязание? Дафна чуточку отодвинулась и выпалила:
– Я тобой увлечена.
Он выгнул бровь.
– Ты мной увлечена?
– Это лучшее, что я смогла придумать за такое короткое время. К тому же это правда, – пояснила Дафна, пожимая плечами.
Юмор — лучший способ перенести непереносимое.
– Господа! – с неестественным задором крикнул Теор. – Не забывайте, за живых дают больше! – За меня тоже дают! – прохрипел Гром. – И побольше, чем за этих индюков. – За вас, мой друг, дают только по башке. – И то правда.
Адам мастерски рушит любые ванильные замки, оставляя на их месте лишь холодные обломки реалии.
правда не всегда бывает сладкой.
- Однажды его величество сказал мне, что власть это грязь. Я, конечно, далеко не король, но и графиня поступила глупо, решив подложить мне свинью. Зря, очень зря.
-Вы будете мстить графине, - тихо спросил мужчина, стараясь скрыть удивление.
-Ни в коем случае, - отмахнулась я. - За глупость женщины расплатится мужчина.
-Ты знаешь, что такое власть? - тихо спросил он тогда у меня, замершей в кресле. - Это грязь, склоки и предательства. Всегда. Король не может доверять никому, даже собственной жене и детям.
- Ты никогда не лгал мне, зачем лжешь сейчас?
- Ложь – неотъемлемая часть нашей жизни,- философски заметил Джефф.
мои чувства не должны мешать тебе жить.
- Как приказать сердцу не болеть? – с усмешкой спросила я
- Разумом, леди. Впереди долгая жизнь и только от Вас зависит, какая она будет.
Мужчина держал в руках девушку, словно скрипку. Плавные изгибы, стоны словно музыка.
Когда ты говоришь влюблённой в тебя женщине выходить замуж за другого, то самое лёгкое, что тебя ждёт, так это ваза,
кинутая в голову.
— Ножку поднимите, — томно вздохнула я.
— Чего? — замкнуло босса.
— Не чего, а столика.
— С какого Толика? — тупо моргнул он.
— Да не с Толика. Ножку поднимите.
— Вашу или свою? — вытаращился на меня сильно тугодогоняемый Люциевич.
— Вы что — собака, чтобы ножку поднимать? — начиная звереть, фыркнула я.
— Вы что здесь делаете? — высоко заломив черную бровь, почти угрожающе поинтересовался Антон Люциевич.
Хотела сказать: "Трамвая жду". Нет, ну а чего? Идиотский вопрос и такой же идиотский ответ:
— Лежу, — а чего, ему можно спрашивать, а мне нельзя ответить?
— Зачем? — раздраженно гаркнул упырь.
— Веду активную половую жизнь, — миленько улыбнулась я, потому как легкая придурковатость делает человека почти неуязвимым.
Если король настроен получить выгоду из моих знаний, значит должен отправить человека, который разделяет его взгляды. Поняв, как звучит фраза, фыркнула. Он — король, любой подданный разделит его взгляды, если жить хочет.
Ненавидеть так утомительно
туфельки я, как порядочная Золушка, потеряла где-то на взлете. Обе сразу. Так сказать, чтобы всем претендентам на мою пятую точку хватило.
А чего мелочиться? Два принца всегда лучше, чем один.
В десятом классе родители, желая, дабы у меня улыбка соответствовала подаренному ими с рождения статусу богини, поставили мне брекеты. И надо же было случиться такому недоразумению, что моему горе-кавалеру, Валерке из 10-Б, их поставили тоже. И вот, когда настал эпический момент кульминации, так сказать, наших с ним коридорно-заугольных отношений, и Валерка, зажав, меня на переменке под лестницей, ведущей на второй этаж, попытался воплотить в жизнь мои самые несмелые девичьи фантазии, его брекеты вдруг воспылали нешуточной страстью к железякам, находившимся на моих зубах.
Они любили друг друга долго и нежно. Брекеты, в смысле. Потому что мы с Валеркой, тщетно пытаясь отцепить их на протяжении целого урока, к следующей перемене начали друг друга тихо ненавидеть. Через два часа жалких потуг с моей стороны и отборных матов со стороны Валерки, мы выползли из-под лестницы, навечно войдя в анналы истории нашей школы как "целующиеся терминаторы".
- Я рада, что вам хватило сил выжить. Значит, ваш путь на земле еще не окончен.
– В чем же смысл этого пути?
– Идти своей дорогой.
«…Раз у меня есть тяга к чему-то, что находится за моими границами, - значит, во мне есть элемент вечности…»
Мама с папой мне всегда говорили, что если что-то делаешь, то надо делать это хорошо и обязательно до конца, поэтому мозг я выношу качественно и до победных конвульсий.