Чуть поодаль от леди Макбет и висевших на шведской стенке ведьм расположилась живописная парочка. Существо мужского пола Марат Ахметов немедленно нарек «мужиком в короне». Катя, Таня, Олег, Темыч и еще несколько наиболее просвещенных учеников десятого «Б» узнали в сем мужике короля Клавдия из «Гамлета». А в его напарнице…
Девочки обсуждали господина Пролюняева и его супругу. - Кого-то он мне напоминает, - говорила Моя Длина. - Михаила Боярского, - уже давно разобралась в этом Катя. - Ну точно! - хлопнула себя по колену Школьникова. - Если Боярского сперва в кислоте подержать, а потом снова вынуть... - Господи! Что ты говоришь! - ужаснулась…
– Права-то у предка хоть целы? – полюбопытствовал Олег. – Разумеется, нет, – угрюмо промямлил Темыч. – Как сказала ему моя мать, он вообще теперь почти бомж. – Как это? – удивился Олег. – Очень просто, – продолжал грустную историю Мартынова-старшего Темыч. – Предок все документы сложил в барсетку, а барсетку сунул в…
- Я же хотел как лучше, - оправдывался Пашков. - Ну, небольшая ошибка вышла. - У тебя вся жизнь - небольшая ошибка, - фыркнула катя.
– Есть только два способа, – по-военному четко оценил ситуацию заместитель директора. – Либо спинку у стула пилить, либо брюки резать. – Зачем брюки резать? – прогудел Роман Иванович. – У меня еще в других классах сегодня уроки. Что ж я, по-вашему, без штанов буду преподавать? – Без штанов не годится, – сказал Михаил…
– Спокойно, – улыбнулась Таня. – Сейчас Дуська Смирнова пойдет. Она вообще в литературе не рубит. – А вдруг рубит? – заволновался Женька, которому совсем не хотелось, чтобы кандидатка от группировки Богданова одержала верх над их Катькой. – Им ведь заранее список литературы давали. Дуська, однако, опозорилась больше всех,…
Однако дойти до батареи Алевтине Борисовне было не суждено. В классе раздался дикий свист. Затем в батарее словно бы что-то взорвалось. Из нее прямо в сторону двери ударил фонтан кипятка. Каким-то чудом упругая струя пронеслась мимо химички. Арсений Владимирович с криком: «Ложись!» – умудрился всего одним ловким движением…
Финансовый отдел обнаружился сразу через пару метров. Пройдя через стеклянные двери, я очутилась внутри довольно уютного кабинета под довольно неуютным прицелом восьми пар женских глаз. Знаете, как чувствует себя змея, оказавшись перед семейством сурикатов? Да, да — то самое чувство, когда пушистые и невероятно очаровательные с виду создания разглядывают тебя исключительно в качестве трапезы.
— А чеснок мне вомперы в обмен на кровяную колбасу поставляют. У них общага в аккурат на границе с Раем находится. Они по утрам зубы томатной пастой красят и херувимам жуткие рожи корчат, а те в них с перепуга связками чеснока бросаются.
— А она что?
— А она… — Семен выдержал долгую паузу, вероятно, чтобы я прочувствовала всю торжественности момента. — Стерва, — гордо изрек он. — Поправила Владыке подушки, допытала его борщом, а потом повернулась к Пресветлому и нагло так ему заявила, что по законам Божьим она несет ответственность за того, кого прикормила, и теперь, как порядочная женщина, обязана на нем жениться.
— Смерть Семен Семенович, — протянул мне руку дядька, и кому-то, то есть мне, сразу стало по-японски плохо. В смысле, херовато.
— У вас аптечка в салоне есть? — с очень умным видом спросила сильно злая Гея Андреевна.
— Нет, — поднапрягся баранкокрутитель. — А вам что, плохо?
— Плохо сейчас будет вам, — злорадно ухмыльнулась я, помянув свою счастливую звезду, обещавшую наглому мужику полную, ну ту, которая начинается на две первых буквы от ее названия. — У вас аварии были?
— Нет, — опешил маршрутчик.
— Будут, — добила я дядьку.
— А вы, веселящийся очаровательный демон, с какого факультета?
Уже определился бы с формулировочкой, а то сначала ангел, потом демон. И как-то мне его непоследовательность сильно не понравилась. Попыталась выдрать у него свою туфлю, но он, злобно прищурившись, прижал ее к впалой груди и ехидненько так опять спросил:
— Так с какого факультета?
Ржать вокруг все почему-то перестали, и даже куча принцев под деканом как-то разом прекратила жужжать и изображать разворошенное осиное гнездо.
— Экономического, — испуганно проблеяла я.
— За-ме-ча-тель-но, — как-то сильно подозрительно обрадовался он. — У вас оценки плохие были?
— Не-а, — а это он вообще, к чему спросил?
— Будут, — добил меня гражданин преподаватель откровенно хамоватой наружности.
Невезучая. Кратко, емко и одним словом. Это про меня.
Если где-то глубоко под снегом будет зарыта собачья какашка, то ее обязательно найдет мой чистый ботинок. Мама так и говорит мне все время:
— Вечно ты, дочка, куда-то вступаешь, то в "Орифлейм", то в гуано.
Строгое платье из переливающегося черного атласа со скромным (и оттого более интригующим) декольте, было украшено геральдической вышивкой. Я как бы каждому встречному говорила: «Принцесса, очень приятно. Принцесса». Диадема на голове неизменный атрибут, а вот огромнейший бриллиант на золотой цепочке обычно заставляет хвататься кого за сердце, кого за кошелек.
— Тут его взгляд зацепился за мой небольшой кинжальчик, прицепленный к поясу. Всего-то длиною с полруки.
— Жених, — мой оруженосец довольно оскалился. — Зашел со словами: «Я тут подумал, ты же теперь будешь поданной нашего королевства. Все патенты на стол!». Самоубийца. Я еле успел выбежать.
— Ты кто такая?
— Странный вопрос от мужика, сидящего в женской гардеробной, — я перехватила покрепче свое оружие. — У меня есть подсвечник, а у тебя?
Мои пальцы пробежались по ряду флаконов. Неплохой такой отряд в борьбе за красоту. Присыпки, примочки, маски, маскирующие крема, лосьоны и прочее, прочее, прочее, чтобы выглядеть естественно и свежо. Именно из-за этих средств отец всегда недоверчиво смотрит на женское окружение и бывает по нескольку раз уточняет у фавориток их возраст, ведь в его годах уже вредны подобные потрясения.
Я замерла у двери, украшенной золотым орнаментом. Прислушалась. Посмотрела налево, направо, убедилась в отсутствии свидетелей и… вытащила шпильку из прически. Набор отмычек — это хорошо, но он весомый и гремит. Женское коварство (мои локоны так уложены от природы) в этом случае прекрасно выручает.
— Ваше Высочество, — девушка в сердцах взмахнула моей нижней юбкой, — сегодня вечером будет торжественный ужин в честь гостей. Вы какой образ хотите «несчастная вдова», «игривая вдова», «счастливая вдова» и «да я вас всех тут переживу»?
Я хмыкнула. Черное платье, оно конечно черное, но вот глубина декольте может существенно изменить ситуацию.
Я запрещаю тебе пока пугать жителей дворца. Вот когда станешь не невестой, а женой, тогда твои извращения сразу станут милыми причудами.
- Я вчера очень спешил за вами и запер там леди Дилай. Хотел сначала провести с ней разъяснительную беседу как не слушаться моих распоряжений и заодно приказать держать язык за зубами. Но забыл в итоге про нее.
— Какой вы чуткий, — восхитилась я. — И заботливый. Я думаю, она вас всю ночь вспоминала. И совсем не с любовным томлением.
— Вив, — с укором вздохнул Его Величество. — Иногда мне кажется, что вас заслали как диверсанта для моих нервов.
— Ну можно и так сказать. Мы теневые агенты специалисты широкого профиля. Но все же я посол. Меня послали, я и поехала.
— И что вы все находите в этом смазливом Роберто? Каждая дама не прочь с ним познакомится.
На щеках мужчины от негодования вспыхнули красные пятна. То есть король еще не главный в курятнике? Присутствует более горланистый конкурент?