Цитаты

288792
Валерия добавила цитату из книги «Однажды в лифте» 4 года назад
Влюблённая дура — это вообще гремучая смесь
Если вы застряли в лифте на новогоднюю ночь, не спешите отчаиваться. Особенно если с вами застрял кто-то ещё…
Валерия добавила цитату из книги «Однажды в лифте» 4 года назад
Серьёзно. Когда любишь — это примерно как ходить круглые сутки в тёмных очках. Видишь вокруг совершенно другие цвета. Хотя в случае с любовью очки, конечно, скорее розовые.
Если вы застряли в лифте на новогоднюю ночь, не спешите отчаиваться. Особенно если с вами застрял кто-то ещё…
Валерия добавила цитату из книги «Однажды в лифте» 4 года назад
Не всё шутка, где есть юмор.
Если вы застряли в лифте на новогоднюю ночь, не спешите отчаиваться. Особенно если с вами застрял кто-то ещё…
Валерия добавила цитату из книги «Однажды в лифте» 4 года назад
— Ты, Анька, отдала ему свои лучшие годы! А он тебя бросил!
Ну, положим, никуда он меня не бросал. Просто держать дома изменившего тебе мужика — примета куда сквернее чёрной кошки и бабы с пустыми вёдрами.
Если вы застряли в лифте на новогоднюю ночь, не спешите отчаиваться. Особенно если с вами застрял кто-то ещё…
Когда умирает близкий человек, мы в одну секунду испытываем боль, равную всему теплу, какое получили от него за бесчисленные мгновения жизни рядом.
Я нечасто видел слезы моих друзей. Мальчики ведь плачут в одиночестве или перед девочками (футболисты не в счет, им все можно). При других мальчиках мы плачем редко, и только когда уж совсем плохо. Тем острее врезались в память слезы моего друга, внезапно появившиеся в его глазах, когда мы ехали в Москву, и я налил себе томатный сок.
Самая большая плата за счастье любить кого-то — это неизбежная боль от бессилия помочь.
Я нечасто видел слезы моих друзей. Мальчики ведь плачут в одиночестве или перед девочками (футболисты не в счет, им все можно). При других мальчиках мы плачем редко, и только когда уж совсем плохо. Тем острее врезались в память слезы моего друга, внезапно появившиеся в его глазах, когда мы ехали в Москву, и я налил себе томатный сок.
«Хорошая невестка — бывшая невестка».
Я нечасто видел слезы моих друзей. Мальчики ведь плачут в одиночестве или перед девочками (футболисты не в счет, им все можно). При других мальчиках мы плачем редко, и только когда уж совсем плохо. Тем острее врезались в память слезы моего друга, внезапно появившиеся в его глазах, когда мы ехали в Москву, и я налил себе томатный сок.
«Мужчина не может жить только без той женщины, которая может жить без него».
Я нечасто видел слезы моих друзей. Мальчики ведь плачут в одиночестве или перед девочками (футболисты не в счет, им все можно). При других мальчиках мы плачем редко, и только когда уж совсем плохо. Тем острее врезались в память слезы моего друга, внезапно появившиеся в его глазах, когда мы ехали в Москву, и я налил себе томатный сок.
«Деньги полезны в старости и вредны в юности».
Я нечасто видел слезы моих друзей. Мальчики ведь плачут в одиночестве или перед девочками (футболисты не в счет, им все можно). При других мальчиках мы плачем редко, и только когда уж совсем плохо. Тем острее врезались в память слезы моего друга, внезапно появившиеся в его глазах, когда мы ехали в Москву, и я налил себе томатный сок.
«Докторская диссертация в голове не дает право женщине эту голову не мыть».
Я нечасто видел слезы моих друзей. Мальчики ведь плачут в одиночестве или перед девочками (футболисты не в счет, им все можно). При других мальчиках мы плачем редко, и только когда уж совсем плохо. Тем острее врезались в память слезы моего друга, внезапно появившиеся в его глазах, когда мы ехали в Москву, и я налил себе томатный сок.
Час беседы с Лидией Львовной заменял год в университете с точки зрения знаний энциклопедических и был бесценен с точки зрения знания жизни. Чувство собственного достоинства соперничало в ней лишь с тяжестью характера и беспощадностью сарказма.
Я нечасто видел слезы моих друзей. Мальчики ведь плачут в одиночестве или перед девочками (футболисты не в счет, им все можно). При других мальчиках мы плачем редко, и только когда уж совсем плохо. Тем острее врезались в память слезы моего друга, внезапно появившиеся в его глазах, когда мы ехали в Москву, и я налил себе томатный сок.
«В любом приличном человеке должна быть еврейская кровь, но не больше, чем булки в котлетах».
Я нечасто видел слезы моих друзей. Мальчики ведь плачут в одиночестве или перед девочками (футболисты не в счет, им все можно). При других мальчиках мы плачем редко, и только когда уж совсем плохо. Тем острее врезались в память слезы моего друга, внезапно появившиеся в его глазах, когда мы ехали в Москву, и я налил себе томатный сок.
Есть несущие стены, в которых можно прорубить арку, но об Лидию Львовну затупился бы любой перфоратор.
Я нечасто видел слезы моих друзей. Мальчики ведь плачут в одиночестве или перед девочками (футболисты не в счет, им все можно). При других мальчиках мы плачем редко, и только когда уж совсем плохо. Тем острее врезались в память слезы моего друга, внезапно появившиеся в его глазах, когда мы ехали в Москву, и я налил себе томатный сок.
Лиса Элис добавила цитату из книги «30 чашек кофе» 4 года назад
Он постоянно хочет её радовать, оказывая мужское внимание её женской натуре. Он хочет за неё побороться. Она уступает ему в этом желании. И совсем не идёт против себя, а движется ему — им — навстречу.
С чего начинаются отношения? Со случайной встречи? С загаданного желания? С чашки кофе? С порыва? Или со сдержанности узнавания? У каждой пары своя история. Какую же расскажут Анастасия и Павел… В тексте есть: любовь, отношения и выбор, время и узнавание
Андрей неожиданно вспомнил, как говорил отец, когда был жив: «С одними людьми можно только собирать плоды, а с другими — ещё и сажать деревья». В то время он толком не понял, о чём это, зато сейчас…
Если вы застряли в лифте на новогоднюю ночь, не спешите отчаиваться. Особенно если с вами застрял кто-то ещё…
Анна добавила цитату из книги «Янтарь в болоте» 4 года назад
Алёна особенно остро почувствовала сейчас, что занимает чужое место и притворяется той, кем никогда не станет. И вроде её желания никто не спрашивал, но – вот же досада! – стыд за обман испытывала именно она.
Огненная алатырница Алёна Еманова из рода пластунов жила и не тужила. Несла службу у Граничного Хребта, звёзд с неба не хватала и жизнь свою менять не хотела. Но волею главы Разбойного приказа Вьюжина она вынуждена оставить службу и ехать прямиком в великокняжеский дворец, чтобы... А вот зачем - не понять. Боярин Вьюжин что-то серьёзное задумал и рассказывать Алёне ничего не намерен, девицы из свиты княгини невзлюбили с первого взгляда. Но, главное, есть тут человек, которого она пусть и...
Если что-то действительно важно для вас, действуйте. Не позволяйте никому сбегать от вас и не стойте за дверью, ожидая разрешения войти. Просто действуйте.
Решив продать обручальное кольцо, Келли и не подозревала, что тем самым она вернет в свою жизнь мужчину, который бросил ее в день свадьбы, – Алекоса Загоракиса. Поддавшись мимолетному импульсу, она снова оказывается в объятиях обаятельного грека, но в этот раз их страстная встреча не проходит без последствий…
admin добавил цитату из книги «Меж двух врагов» 4 года назад
Я мужчина. Есть две причины, по которым мужчине могут понадобиться ароматические свечи: если отключили электричество или же если он оказался за столом с некрасивой женщиной.
Селене Антаксос жила с жестоким отцом и безвольной матерью. Девушка находилась практически в заточении на острове, принадлежащем ее семье. Она решилась бежать и обратиться за помощью к единственному человеку, которого знала, – миллиардеру Стефаносу Зиакасу, главному конкуренту и врагу ее отца.
– Не надо ножа, пистолета или яда, чтобы разбить сердце мужчины.
Джеймс Маркленд, лорд Фальконер, зная о своём уродстве, живёт в уединении и носит мантию с широким, скрывающим лицо капюшоном. Услышав, что прелестную юную Ариэль Хоторн из соседнего поместья вот-вот насильно выдадут замуж за отвратительного распутника, он предлагает ей единственную возможную защиту: своё имя. Разумеется, брак будет исключительно номинальным, ибо какая женщина может его желать? Если бы он только знал! Новелла входит в состав сборника рождественских историй "Christmas Revels".
Итак, отец не потратился даже на свадебное платье собственной дочери. И все сентиментальные сожаления о том, что она покидает свой дом, исчезли.
Джеймс Маркленд, лорд Фальконер, зная о своём уродстве, живёт в уединении и носит мантию с широким, скрывающим лицо капюшоном. Услышав, что прелестную юную Ариэль Хоторн из соседнего поместья вот-вот насильно выдадут замуж за отвратительного распутника, он предлагает ей единственную возможную защиту: своё имя. Разумеется, брак будет исключительно номинальным, ибо какая женщина может его желать? Если бы он только знал! Новелла входит в состав сборника рождественских историй "Christmas Revels".
– Ваше предложение весьма великодушное, но какую выгоду от такого брака получите вы?
– Тёплое и светлое чувство от осознания, что совершил благой поступок, – сказал он с явной иронией.
Джеймс Маркленд, лорд Фальконер, зная о своём уродстве, живёт в уединении и носит мантию с широким, скрывающим лицо капюшоном. Услышав, что прелестную юную Ариэль Хоторн из соседнего поместья вот-вот насильно выдадут замуж за отвратительного распутника, он предлагает ей единственную возможную защиту: своё имя. Разумеется, брак будет исключительно номинальным, ибо какая женщина может его желать? Если бы он только знал! Новелла входит в состав сборника рождественских историй "Christmas Revels".
По натуре он был философом и давно решил, что не допустит жалости к себе, но и у философии есть свои пределы. Женщина может упасть в его объятия исключительно из-за денег или из жалости, но ни одна из причин его не устраивала.
Джеймс Маркленд, лорд Фальконер, зная о своём уродстве, живёт в уединении и носит мантию с широким, скрывающим лицо капюшоном. Услышав, что прелестную юную Ариэль Хоторн из соседнего поместья вот-вот насильно выдадут замуж за отвратительного распутника, он предлагает ей единственную возможную защиту: своё имя. Разумеется, брак будет исключительно номинальным, ибо какая женщина может его желать? Если бы он только знал! Новелла входит в состав сборника рождественских историй "Christmas Revels".
Его не возмущал их обман, ведь мир был суровым местом, и если при помощи лжи можно заработать больше, нельзя ожидать, что девушка скажет правду.
Джеймс Маркленд, лорд Фальконер, зная о своём уродстве, живёт в уединении и носит мантию с широким, скрывающим лицо капюшоном. Услышав, что прелестную юную Ариэль Хоторн из соседнего поместья вот-вот насильно выдадут замуж за отвратительного распутника, он предлагает ей единственную возможную защиту: своё имя. Разумеется, брак будет исключительно номинальным, ибо какая женщина может его желать? Если бы он только знал! Новелла входит в состав сборника рождественских историй "Christmas Revels".
Мгновением позже на пол с грохотом перевернулась тканевая ширма. ...За ней прятался Мейз. Растрёпанный, покрасневший, с охапкой одежды, прижатой к тому месту, которое на картинках прикрывают фиговым листиком. Но,что характерно, ботинки на голые ноги были обуты.
Я приехала на учебу в Норсент, надеясь найти свое призвание. Но пока нашла одни неприятности! Они даже имя носят: Гаррет Ваэрд. У этого парня самомнение до небес, колечко в брови и такая древняя родословная, что он в ней, пожалуй, путается. А у меня — словарь по северному диалекту, комнатная роза и большое желание свернуть Гаррету шею. Да и разве могло хорошо закончиться знакомство, начавшееся с магической дуэли? Совершенно точно, нет! Скорее всего, нет. Наверное…
Бей первым, бей изо всех сил. Убивай первым же ударом. Отвечай до того, как тебя ударили. Обманывай. Господа, ведшие себя прилично, больше никого ничему не могли научить. Они уже давно были мертвы.
Джек Ричер приезжает в Маргрейв с загадочной, но вполне мирной целью и… тут же попадает в полицейский участок. Оказывается, в этом тихом процветающем городке впервые за последние тридцать лет произошло убийство, а Ричер был замечен неподалеку от места преступления. На следователя его история не производит впечатления, так что задержанному еще придется доказать: он никого не убивал, по крайней мере здесь и сейчас, а кроме того, он далеко не новичок в полицейских делах. В городке становится все...