Обрести силу, равную богам, и понять, как ей пользоваться, – совершенно разные вещи
У тебя нет выбора. Достаточно простого действия, совершенного кем-то другим, кто обладает достаточной силой, чтобы отнять у тебя и этот единственный выбор, а затем навсегда изменить мир».
У всех проблем одно начало.
Сидела женщина, скучала…
— Где ты живёшь? — спросил, понимая, что она может назвать любую точку планеты — окажется все равно у меня в спальне.
...Никто из нас не Господь Бог. У каждого свой путь...
– Как так может быть, Лен? За всю жизнь – три счастливых момента, и все с тобой. Как ты обняла меня тогда, после школы, как я тебя поцеловал в такси, ведь я не был так уж пьян… Как ты гладила по голове, укрыла одеялом. Помнишь? Три момента за всю жизнь.
— Ты бессердечная, порочная сука.
— А тебе, chica, надо научиться уважать старших.
— Уважение нужно заслужить, — сказала я.
Проливной дождь сменился гадкой серой моросью, под ногами чавкала грязища, а от реки тянуло ледяным ветром. Февраль норовил изобразить весну. Выходило так бездарно, что лучше б намело сугробов.
Поиск истины — самая азартная игра из всех возможных.
– Только не говори, что ты его боишься! – возмутилась Гиата. – Не поверю!
– Не боюсь. Но это так… сложно, строить отношения и учиться доверять друг другу. Как по краю пропасти идти. Мы такие… разные! Он привык брать на себя ответственность и…
– Боишься, что станет решать за тебя или чересчур оберегать? – словно прочла мои мысли Гиата.
– Тут… много моментов. Я знаю, что этот холодный мужчина может запросто разбить мое сердце, но в то же время…Единственное, чего я желаю получить в жизни, – его безграничную любовь. Это он с виду ледяной и неприступный, но внутри у Диара прячутся тепло и нежность. Я точно знаю! – выпалила, обхватывая себя руками. Мы немного помолчали, Гиата взяла меня за руку, сжала ладонь.
– Тогда рискни, Алекс. Сделай… шаг, не сходи с выбранной дороги. Любовь стоит того, чтобы идти за ней, даже если от страха и сомнений сердце готово остановиться.
В глазах потемнело.
Кажется, ангелочки с фрески бросили свои игры и всей гурьбой полетели к нему, вниз.
Забирайте… – прошептал Виктор, – только я не к вам, идиотов ждут рогатые…
Она была похожа на кошку, объевшуюся краденой сметаной – плохо, конечно, что хозяйка орет и машет веником, но как приятно-то!
Там со схватками привезли. Муж — весь в тату, как папуас, и бледный до белого. А она его за руку хватает и приговаривает: «Ванечка, ты только не волнуйся! Ванечка, ты только Танечку из садика не забудь забрать!» А у самой схватки вовсю. Во женщина какие бывают!
Отношения надо выяснять, когда они есть, а когда их нет, то и нефиг меня будить!
Теперь я поняла, почему Казанова практиковал секс в одежде — да пока разденешься-оденешься всякое желание пропадает напрочь.
Умеют же некоторые причинять добро!
Какой удивительный архитектор строил Дом Ремесленных Цехов в памяти горожан не сохранилось, но, похоже, посмертие у него было активным: по сотне раз за день он переворачивался в гробу и всё потому, что сделал всего одну узкую лестницу на всё здание. Чтобы попасть на второй этаж, надо было пройти длинный коридор первого этажа, словно лестницу наскоро прилепили в последний момент, тупо забыв, что она вообще нужна.
Ей впервые захотелось убивать с особой жестокостью, но поскольку бить учеников ногами в тяжелых ботинках с металлическими накладками по печени непедагогично, она подумывала об электрошокере, как о замечательном воспитательном средстве.
С мухой она сравнивать его не стала, ибо мухи падки не только на сладкое, а на роль пахучего мушиного десерта претендовать ей не хотелось.
Елена Владимировна, в отличие от Евы, прожила не один год и уже четко уяснила, что одеваться надо по погоде, а не по моде, обещаниям правительства верить не следует, а бесплатный сыр раздают только в мышеловках.
Свадьбы во всех Мирах одинаковы, разные только причины, по которым двое становятся мужем и женой.
Её слава была не самой большой и не выходила за пределы местного масштаба. Так сказать “широко известна в узких кругах”.
В той другой жизни Елена Владимировна таких называла “гладенькими и сладенькими”. Иногда совершенно случайно пропуская в слове “гладенький” букву “л”.
Впервые лайфхак её бывшей свекрови “Молчи, за умную сойдёшь!” был как никогда кстати и успешно работал.
Даже “Весёлые старты” и “Пионерская зорька” в далёком пионерском детстве были образцами здравого ума, в отличие от этого “тимбилдинга”. Да что там говорить! Пьяные конкурсы на её свадьбе имели больше смысла, чем это мракобесие.