С чего ты взял, что можешь вот так запросто вмешиваться в мою жизнь? Все это время со мной был именно он. Он заботился обо мне, помогал мне. А ты…где был ты? Где был, когда мне было страшно в этом огромном городе, в незнакомом университете, среди чужих людей? Где ты был, когда я решала, чем мне заниматься, куда поступать? Где был мой верный друг? Почему молчишь? Я знаю, где ты был…
Удобно иметь славу придурка. Можно задавать любые, самые тупые вопросы – и никто не удивится. И даже ответят.
А я? А что я? Чужие тараканы меня не интересовали. Мне бы со своими справиться.
... эрудиция не заменяет ума. Прочитать модный роман и прихвастнуть этим куда проще, чем делать свое дело, обеспечивать благополучие других людей и быть достойным человеком.
— Неугомонная Вы, Ксения Александровна, — повторял Фрол, подбивая к вечеру кассу.
— Дурная, но доходная. — я никогда не спорила с очевидным.
"Случайности - говорил мой отец, - случайности это удивительные события, смысл которых раскрывается только в самом конце. Они позволяют изменить твою жизнь, и ты можешь принять предложение или отклонить его. "
Когда страх перемещается в душе на самый глубокий уровень, когда ужас жизни прочно поселяется в животе, страх становится стеной, за которой человек ищет укрытия. Единственный способ добраться до него — прорыть под ней подкоп. Пробиться к нему внутрь этой стены. Увы, чем сильнее боль, тем толще эта стена.
На стол передо мной встала тарелка с овощами, высокая глинная бутыль сладкого красного вина и два широких стакана, совершенно неподходящих к благородному напитку. Правда, наше вино благородным считал только пастор из местного храма, но у него любой алкогольный напиток был благороден, если не звался пивом.
В глубине души каждой нежной барышни должна была прятаться зубастая драконица, иначе не выжить среди этих… чванливых шовинистов!
Опера была отличная! Особенно мне понравился бас у тенора…
— Ну, девочки мои, — принялась прощаться Летиция с дочерьми, как будто провожала их на войну, — да пребудет с вами женская сила и хорошее зрение! Не пропустите в толпе стоящего мужчину, но не забывайте, что ежемесячный доход у него должен быть не меньше шести тысяч шиллингов.
— Да, мамочка, — послушно кивнули окрыленные благословением дочери.
— Святые угодники, за что вы меня наказываете? — пробормотала я, хватаясь за гудящую голову. «За глупость!» — промелькнула трезвая мыслишка, словно Святые искренне отбрили неразумное дитя.
Вероятно, духи были готовы общаться только во хмелю, то есть мы находились на одной волне с шаманскими высшими силами.
...отчего-то фраза "ученые сообщили" добавляет веса любой чуши.
Наверняка Элой теперь решил, будто я страдала женской независимостью от мужского плеча. Так вот, неправда! Пусть с мужскими плечами, вернее, с мужиками мне не везло, но плечи я все равно любила. Хлипкие, широкие, сильные, узкие — без разницы на какое опираться, лишь бы человек был хороший и не жмотился на поддержку.
Бабушка мне всегда внушала, что подобное тянется к подобному – слезы к слезам, радость к радости, деньги к деньгам. Значит, надо радоваться, а не хныкать.
– Чтобы отстал, говорят совсем другие слова, а не поливают грязью тех, кто дорог. Это аксиома, не требующая доказательств. – Выходило слишком по-менторски, ну и пусть. Заслужил. – А с грязью смешивают тех, кого хотят использовать и не более того.
– А женился как? – Он поморщился, и я все поняла. – По залету?
Он смешно почесал кончик носа и признался:
– По залету, ты права. но не жалею. Сынулька классный.
– А жена наверняка жалеет. По сути, ты ей жизнь испортил.
Он сердито взлохматил волосы и с пренебрежением выдохнул:
– Это что, женская солидарность? Верка мне тоже самое говорит.
Мне стало скучно. И почему у этих кобелей всегда женщины виноваты? Вообще-то предохранение – обязанность мужчины, а не женщины.
Есть у меня такая отвратительная особенность – уж очень я глазливая, как говорит бабушка. Не успею сказать или даже подумать о какой-нибудь гадости, как эта гадость тут как тут!
- я тоже вышла замуж по расчету! То есть без любви! И, доложу я тебе, это лучший способ держать мужа в тонусе! Виталий до сих пор не уверен, люблю ли я его. Потому и на сторону не глядит. И для счастливого брака любовь далеко не приоритетное чувство.
Я смогла только растерянно промычать:
– Эээ… Но по тебе этого не скажешь.
– Да, мне с ним хорошо, спокойно, уютно. Но я никогда, заметь: ни-ког-да! Не скажу ему, что влюблена в него. – И прагматично так себя похвалила: – Я же не дура.
– Раньше себя берегла милиция, сейчас тем же занимается полиция. Стоило менять шило на мыло?
– Ну что ты… конечно, стоило! Они теперь на разборки на таких крутых иномарках приезжают, просто блеск!
Я не стала спорить с бабушкой. Она, как все русские женщины, была свято уверена, что баба без мужика – ничто. В общем, курица не птица, баба не человек.
Чтобы Зайцев покупал кому-то подарки?! К тому же дорогое вино? Да такого в жизни не бывало! Все повернулись к Елизавете с немым вопросом. Та долго не могла уразуметь, что в этом такого странного.
– Да ведь это же Зайцев! Он же… – взбудораженная Марья Ивановна долго не могла подобрать нужного слова: – Скромный… нет, застенчивый, нет, осторожный… Ну, не знаю, не укладывается этот подарок в его обычное поведение!
Лиза безмятежно произнесла, гася вспыхнувший пожар:
– Ну, этот экстравагантный поступок, конечно, в его мудрый имидж не укладывается.
– Ты за него случайно замуж не собралась?
Непроизвольно вырвалось:
– Нет! – и я тут же обругала саму себя. Молчать надо, молчать!
Лизонька заметно повеселела.
– Уже легче! И не вздумай поддаваться его уловкам! Мужики, они ужасно хитрые! Смотрят на тебя такими побитыми глазками, что ты себя живодеркой какой-то ощущаешь! А это просто тактический прием! Это они умеют, еще как! Я тоже поначалу верила в их вселенское горе, а потом, когда они, как один, принялись одно и тоже проделывать, поняла, что мной пытаются просто-напросто манипулировать!
Давно убедилась, что скрыть что-либо можно, только во всеуслышание в этом признавшись.