Цитаты
285996
Уже в коридоре услышала:
– Если бы между ними что-то было, то это было бы видно сразу. Но они даже не целовались. У нее помада на губах нетронутая. Скромная она уж очень.
Никогда бы не подумала, что наличие помады на губах – признак скромности. Помаду я использовала всегда, потому что бабушка считала, что с голыми губами ходить неприлично. Не знаю, откуда у нее это странное убеждение, но без помады у меня губы пересыхали, особенно на морозе, поэтому я про нее не забывала.
Как тяжело, когда любимый влюблен в другую. И не просто в другую, а в твою подругу, которая к тому же работает с тобой в одном отделе. И когда он смотрит на нее влюбленными глазами, невыносимо болит сердце. Но приходится делать вид, что все хорошо, что все в порядке…
Любовь Николаевна ... на работу ходила для развлечения, чтоб дома не скучать. Дети у нее учились в универе, присмотр за ними был не нужен, по дому ей помощница помогала. Хорошо, когда муж хорошо получает, можно жить в свое удовольствие. И даже на работу ходить в свое удовольствие.
Как тяжело, когда любимый влюблен в другую. И не просто в другую, а в твою подругу, которая к тому же работает с тобой в одном отделе. И когда он смотрит на нее влюбленными глазами, невыносимо болит сердце. Но приходится делать вид, что все хорошо, что все в порядке…
– Слушай, Кать, поедем после корпоратива ко мне, а? – при этом он устало опустил мне на плечо свой подбородок, для чего ему пришлось согнуться, превратившись в странную букву зю.
– Зачем? Боишься, до дому сам не дойдешь?
Он покорно согласился:
– И это тоже. Но к утру я буду как огурчик, вот увидишь!
– Я огурцы не люблю. Причем ни в каком виде. – Я двинула его плечиком, заставив выпрямиться.
Как тяжело, когда любимый влюблен в другую. И не просто в другую, а в твою подругу, которая к тому же работает с тобой в одном отделе. И когда он смотрит на нее влюбленными глазами, невыносимо болит сердце. Но приходится делать вид, что все хорошо, что все в порядке…
Откровенно веселящийся муж Веры Гавриловны подтвердил:
– Правда-правда, не думайте, что она стесняется! Она когда дома что-то напевает, я всегда в другую комнату ухожу. Чтобы не помереть прежде времени. От смеха.
Вера Гавриловна гневно на него уставилась, молча обещая медленную и мучительную смерть.
Как тяжело, когда любимый влюблен в другую. И не просто в другую, а в твою подругу, которая к тому же работает с тобой в одном отделе. И когда он смотрит на нее влюбленными глазами, невыносимо болит сердце. Но приходится делать вид, что все хорошо, что все в порядке…
– Ну, теперь будет весело.
– Почему?
– А вот нужно на корпоративные вечеринки-то ходить, тогда и знать все будешь. Лешик и в трезвом-то состоянии забавен до чертиков, а уж в подпитии ему равных нет. Лучше любого циркового клоуна. Повеселимся.
Как тяжело, когда любимый влюблен в другую. И не просто в другую, а в твою подругу, которая к тому же работает с тобой в одном отделе. И когда он смотрит на нее влюбленными глазами, невыносимо болит сердце. Но приходится делать вид, что все хорошо, что все в порядке…
Макс хмуро смотрел на Лизоньку, не обращая внимания на окружающих. И зря. Из толпы идущих мимо людей выпорхнуло эфемерное создание в коротенькой розовой шубке с розовыми же сапогами до середины бедра и кинулось ему на грудь.
Он ловко отскочил в сторону, заставив меня восхититься. Вот это натренировался! Это ж сколько девиц ему на грудь кидаются, ежели он, даже не глядя, такую прыткость проявляет?
Как тяжело, когда любимый влюблен в другую. И не просто в другую, а в твою подругу, которая к тому же работает с тобой в одном отделе. И когда он смотрит на нее влюбленными глазами, невыносимо болит сердце. Но приходится делать вид, что все хорошо, что все в порядке…
– А что у тебя болит?
– Ангины замучили. Чуть что – ангина. Но я вот уже полтора года гимнастику для горла делаю, и за это время ни разу не болела. – И она трижды опасливо переплюнула через левое плечо.
– Покажешь, что за гимнастика для горла? – мне тоже не помешало бы заняться этой гимнастикой. Да и бабушке тоже.
– Да без проблем! – и Лизонька без всякого стеснения откинула назад голову, открыла рот, высунула язык и с утробным мычанием попыталась достать кончик носа. – Поняла? Вот так раз двадцать в любое время. Между прочим, это упражнение и мышцы шеи хорошо тренирует.
Как тяжело, когда любимый влюблен в другую. И не просто в другую, а в твою подругу, которая к тому же работает с тобой в одном отделе. И когда он смотрит на нее влюбленными глазами, невыносимо болит сердце. Но приходится делать вид, что все хорошо, что все в порядке…
Мне бы догадаться, что она так просто от идеи пробежаться со мной по бутикам не откажется. Но работы было много, да и вообще я в женском коварстве плохо разбираюсь. Опыта маловато. В общем, я успокоилась. И зря.
Как тяжело, когда любимый влюблен в другую. И не просто в другую, а в твою подругу, которая к тому же работает с тобой в одном отделе. И когда он смотрит на нее влюбленными глазами, невыносимо болит сердце. Но приходится делать вид, что все хорошо, что все в порядке…
Глупо, понимаю, но я ее просто боюсь. У нее дед цыган, и мне постоянно кажется, что она видит людей насквозь. Во всяком случае, она не раз угадывала мои самые потаенные мысли.
Как тяжело, когда любимый влюблен в другую. И не просто в другую, а в твою подругу, которая к тому же работает с тобой в одном отделе. И когда он смотрит на нее влюбленными глазами, невыносимо болит сердце. Но приходится делать вид, что все хорошо, что все в порядке…
Кто там у нас из киноартистов самый обаятельный и привлекательный? Надо будет у Любови Николаевны проконсультироваться, она всех артистов знает. Выберу кого поинтереснее, и пылким чувством к нему воспылаю. И вроде как влюблен, то есть сердце занято, и в тоже время безопасно, поскольку предмет страсти далеко.
Как тяжело, когда любимый влюблен в другую. И не просто в другую, а в твою подругу, которая к тому же работает с тобой в одном отделе. И когда он смотрит на нее влюбленными глазами, невыносимо болит сердце. Но приходится делать вид, что все хорошо, что все в порядке…
Дом у нас старый, нормальных людей почти не осталось, купили квартиры получше и уехали. Живут одни пенсионеры да разного рода шантрапа.
Как тяжело, когда любимый влюблен в другую. И не просто в другую, а в твою подругу, которая к тому же работает с тобой в одном отделе. И когда он смотрит на нее влюбленными глазами, невыносимо болит сердце. Но приходится делать вид, что все хорошо, что все в порядке…
Каждый раз, как я за границу отдыхать приезжаю, кто-нибудь да делает. Скучно это. Как вы вообще себе представляете – быть замужем за иностранцем? Я, в принципе, несколько иностранных языков знаю, языкового барьера не будет, но со мной кто по-русски говорить будет? Я там от тоски помру!
Как тяжело, когда любимый влюблен в другую. И не просто в другую, а в твою подругу, которая к тому же работает с тобой в одном отделе. И когда он смотрит на нее влюбленными глазами, невыносимо болит сердце. Но приходится делать вид, что все хорошо, что все в порядке…
– Замуж? – Лиза будто очнулась от каких-то затаенных мыслей. – Зачем?
Любовь Николаевна даже поперхнулась.
– Как это зачем? Все девушки хотят замуж!
– Не все. Я не хочу, Катя тоже не хочет.
Любовь Николаевна пренебрежительно посмотрела на меня.
– Ну, Катя хочет. Просто у нее возможности нет.
Как тяжело, когда любимый влюблен в другую. И не просто в другую, а в твою подругу, которая к тому же работает с тобой в одном отделе. И когда он смотрит на нее влюбленными глазами, невыносимо болит сердце. Но приходится делать вид, что все хорошо, что все в порядке…
– А почему ты нормальную обувь не носишь? – задала провокационный вопрос Марья Ивановна. – Тогда могла бы и по лестнице подняться. Гораздо быстрее бы было.
Лиза призадумалась.
– Теоретически могла, конечно. Но без каблуков я себя какой-то незначительной чувствую. Мелкой какой-то.
Как тяжело, когда любимый влюблен в другую. И не просто в другую, а в твою подругу, которая к тому же работает с тобой в одном отделе. И когда он смотрит на нее влюбленными глазами, невыносимо болит сердце. Но приходится делать вид, что все хорошо, что все в порядке…
– Ты и так неправильно питаешься. Кашки одни, к тому же манные. Смотри, растолстеешь!
Вот уж что меня совершенно не пугало. Не потому, что я не могла растолстеть, а потому, что мне не для кого было держать форму. А себе я нравлюсь любая. Я вообще без комплексов. Почти. Да и какие могут быть комплексы у старой девы под тридцать лет?
Как тяжело, когда любимый влюблен в другую. И не просто в другую, а в твою подругу, которая к тому же работает с тобой в одном отделе. И когда он смотрит на нее влюбленными глазами, невыносимо болит сердце. Но приходится делать вид, что все хорошо, что все в порядке…
Ты не боишься? Я честно солгала: – Нет.
Никогда не соглашайтесь присутствовать на свадьбе кронпринцессы. Никогда! Ведь вместо того чтобы наслаждаться церемонией бракосочетания по-гоблински, вам придется искать вход в скрытое убежище злобной морской ведьмы, в очередной раз ввалиться в спальню любвеобильного лорда и, возможно, оказаться в ловушке, устроенной вашим коварным врагом. Но если это вас не пугает, подумайте о том, что свадьбы – штука заразная и следующая может стать вашей, причем в самом ближайшем будущем и в самом...
Может, и для меня какое-нибудь задание есть? – Да, имеется одно, – подойдя к столу лорда Шейвра, взяв папку и присев на край столешницы, протянул Риан, – весьма непростое, запутанное и сложное дело – выйти замуж. И все присутствующие, стараясь вообще на меня не смотреть, разом заулыбались! Один Ултан Шейвр, хмыкнув, произнес: – Не справится, мой лорд. – Не сможет – научим, не хочет – заставим, – вчитываясь в документы, ответил Риан.
Никогда не соглашайтесь присутствовать на свадьбе кронпринцессы. Никогда! Ведь вместо того чтобы наслаждаться церемонией бракосочетания по-гоблински, вам придется искать вход в скрытое убежище злобной морской ведьмы, в очередной раз ввалиться в спальню любвеобильного лорда и, возможно, оказаться в ловушке, устроенной вашим коварным врагом. Но если это вас не пугает, подумайте о том, что свадьбы – штука заразная и следующая может стать вашей, причем в самом ближайшем будущем и в самом...
Потрясающе, на свадьбе лучшего друга я весь… розовый!
Никогда не соглашайтесь присутствовать на свадьбе кронпринцессы. Никогда! Ведь вместо того чтобы наслаждаться церемонией бракосочетания по-гоблински, вам придется искать вход в скрытое убежище злобной морской ведьмы, в очередной раз ввалиться в спальню любвеобильного лорда и, возможно, оказаться в ловушке, устроенной вашим коварным врагом. Но если это вас не пугает, подумайте о том, что свадьбы – штука заразная и следующая может стать вашей, причем в самом ближайшем будущем и в самом...
– Вот посмотри в эти перепуганные глазки и скажи малышке, что никогда не будешь убивать Риана, а то переживает до такой степени, что в ночь перед свадьбой по мужикам шляется.
Никогда не соглашайтесь присутствовать на свадьбе кронпринцессы. Никогда! Ведь вместо того чтобы наслаждаться церемонией бракосочетания по-гоблински, вам придется искать вход в скрытое убежище злобной морской ведьмы, в очередной раз ввалиться в спальню любвеобильного лорда и, возможно, оказаться в ловушке, устроенной вашим коварным врагом. Но если это вас не пугает, подумайте о том, что свадьбы – штука заразная и следующая может стать вашей, причем в самом ближайшем будущем и в самом...
– Заткнись, – мрачно приказал магистр. – Мне в любви признаются, а ты все портишь.
Никогда не соглашайтесь присутствовать на свадьбе кронпринцессы. Никогда! Ведь вместо того чтобы наслаждаться церемонией бракосочетания по-гоблински, вам придется искать вход в скрытое убежище злобной морской ведьмы, в очередной раз ввалиться в спальню любвеобильного лорда и, возможно, оказаться в ловушке, устроенной вашим коварным врагом. Но если это вас не пугает, подумайте о том, что свадьбы – штука заразная и следующая может стать вашей, причем в самом ближайшем будущем и в самом...
Сразу после тоста невесты, мы изменим программу, и в небе вместо «Только что поженились» появится надпись: «Всем жрать немедленно!» – Юр! – укоризненно воскликнула я. – Ладно, – беззаботно согласился Юрао, – ты права, это будет грубо и не правильно, лучше так: «Внимание, жратвы мало!» – Согласна, подействует лучше, – хихикнула Зоэль.
Никогда не соглашайтесь присутствовать на свадьбе кронпринцессы. Никогда! Ведь вместо того чтобы наслаждаться церемонией бракосочетания по-гоблински, вам придется искать вход в скрытое убежище злобной морской ведьмы, в очередной раз ввалиться в спальню любвеобильного лорда и, возможно, оказаться в ловушке, устроенной вашим коварным врагом. Но если это вас не пугает, подумайте о том, что свадьбы – штука заразная и следующая может стать вашей, причем в самом ближайшем будущем и в самом...
Мы люди маленькие – нам хочется жить и быть счастливыми, заниматься своими важными для нас делами и радоваться своим пусть маленьким, но радостям… И очень страшно попасть в жернова вот таких, идущих к своей цели высших аристократов.
Никогда не соглашайтесь присутствовать на свадьбе кронпринцессы. Никогда! Ведь вместо того чтобы наслаждаться церемонией бракосочетания по-гоблински, вам придется искать вход в скрытое убежище злобной морской ведьмы, в очередной раз ввалиться в спальню любвеобильного лорда и, возможно, оказаться в ловушке, устроенной вашим коварным врагом. Но если это вас не пугает, подумайте о том, что свадьбы – штука заразная и следующая может стать вашей, причем в самом ближайшем будущем и в самом...
Начнем с того, что прелесть как раз моя, и на этом закончим.
Никогда не соглашайтесь присутствовать на свадьбе кронпринцессы. Никогда! Ведь вместо того чтобы наслаждаться церемонией бракосочетания по-гоблински, вам придется искать вход в скрытое убежище злобной морской ведьмы, в очередной раз ввалиться в спальню любвеобильного лорда и, возможно, оказаться в ловушке, устроенной вашим коварным врагом. Но если это вас не пугает, подумайте о том, что свадьбы – штука заразная и следующая может стать вашей, причем в самом ближайшем будущем и в самом...
– Эх ты, Ветка, Ветка… Ветреная дева любви… Кровавые войны подчас совершались из-за таких вот завитков и изгибов. Пился яд, сжигались города, пронзали тела шпаги. А сейчас все просто, без трагедий и надрывов. Обледеневшая лестница, сосулька, свисающая с крыши, криво заклеенное скотчем стекло в двери. И ничего невозможно…
Иногда кажется, что весь мир – против тебя. Умницу и отличника Генку Сидорова без его согласия перевели из родного девятого в десятый класс. Конечно, учебная программа не представляет для Генки никакой сложности. Другое дело – отношения с новыми одноклассниками. В одно мгновение он стал мишенью для насмешек и издевательств. И это – на глазах девушки, чье внимание Генка безуспешно пытается завоевать… Но ведь из любой ситуации можно найти выход?!
Как легко людей поймать в моральный капкан. Все знают, что такое "хорошо" и что такое "плохо", даже пытаются мерять события линейкой со шкалой "хорошо-плохо". Но тут же начинаются несоответствия, натянусти и проколы. Типа того, что Том Сойер хороший парень, хоть и врет, ворует, издевается над взрослыми, прогуливает школу.
Умный, талантливый, красивый – Всеволод привык нравиться девушкам и учителям, пользоваться уважением друзей. У него не было проблем. Он считал себя исключением из правил. Никакого хвастовства – только факты. И да, факты, изящные логические комбинации и точный расчет лежали в основе его взгляда на мир. Эмоции значения не имели. Но поступки людей не всегда диктуются разумом, и понять, что на самом деле произойдет дальше, сложней, чем передвинуть на доске шахматные фигуры. Нельзя игнорировать...