Цитаты
285917
Иногда можно проявить слабость, иногда можно оступиться, но самое главное после этого — собраться и идти дальше. Действовать...
В мире драконов сила их правителей столь могущественна, что выдержать ее может лишь его личная Искра. Меня готовили к этому с детства, поместив в мое тело частичку его пламени. Когда-то я была его женой, сосудом для его магии, той, кто выносила и родила для него ребенка. Теперь моему сыну уже пятнадцать, а я отшельница, отвергнутая мужем несколько лет назад. Он вот-вот женится на другой, а все, что мне остается - медленно угасать… Хотя я всего лишь закрыла глаза в своем мире, а очнулась в теле...
Иногда слов бывает недостаточно. Иногда мы не всесильны...А случается так, что нас просто не хотят слушать.
В мире драконов сила их правителей столь могущественна, что выдержать ее может лишь его личная Искра. Меня готовили к этому с детства, поместив в мое тело частичку его пламени. Когда-то я была его женой, сосудом для его магии, той, кто выносила и родила для него ребенка. Теперь моему сыну уже пятнадцать, а я отшельница, отвергнутая мужем несколько лет назад. Он вот-вот женится на другой, а все, что мне остается - медленно угасать… Хотя я всего лишь закрыла глаза в своем мире, а очнулась в теле...
Желанию помогать людям невозможно научить, с этим можно только родиться.
В мире драконов сила их правителей столь могущественна, что выдержать ее может лишь его личная Искра. Меня готовили к этому с детства, поместив в мое тело частичку его пламени. Когда-то я была его женой, сосудом для его магии, той, кто выносила и родила для него ребенка. Теперь моему сыну уже пятнадцать, а я отшельница, отвергнутая мужем несколько лет назад. Он вот-вот женится на другой, а все, что мне остается - медленно угасать… Хотя я всего лишь закрыла глаза в своем мире, а очнулась в теле...
нас определяет не то, что о нас говорят, а то, что мы сами о себе думаем. То, что мы делаем. Как мы относимся к другим людям, а не наоборот.
В мире драконов сила их правителей столь могущественна, что выдержать ее может лишь его личная Искра. Меня готовили к этому с детства, поместив в мое тело частичку его пламени. Когда-то я была его женой, сосудом для его магии, той, кто выносила и родила для него ребенка. Теперь моему сыну уже пятнадцать, а я отшельница, отвергнутая мужем несколько лет назад. Он вот-вот женится на другой, а все, что мне остается - медленно угасать… Хотя я всего лишь закрыла глаза в своем мире, а очнулась в теле...
Всю свою жизнь я сознательно делала выбор: не быть жертвой. И стоя у этой желтой калитки, которая столько лет ассоциировалась у меня с болью, я понимаю, что моя жизнь заключалась не в поиске, но в создании себя.
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
Все эти годы мне то и дело говорили, что я должна быть благодарна за то, что получила возможность на лучшую жизнь, и меня это бесило. Человеку свойственно навязывать свое мнение, мысли, чувства и ждать, что все с ним согласятся. Никто, кроме меня, не знает, что я чувствовала и через что прошла. Поэтому никто не может говорить, что я должна или не должна чувствовать.
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
Ворота отворились, и мой новый папа взял меня за руку. Ощущение было невероятно странное. Я могла сама о себе позаботиться, так было всегда, и мне не нужно было, чтобы кто-то – в особенности незнакомец – держал меня за руку.
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
Чему я научилась на улице? Можно сколько угодно мечтать и фантазировать, но надо уметь отделять мечты и фантазии от реальности. А реальность – это вовсе не сладкий сон.
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
"Нет стыдной работы, есть стыдное безделье!"
Продолжая балансировать на золотом крыльце, и сам того не ведая, Миха Титов с головой погружается в дело экстренной ментальной помощи: лечение зависимостей, маний, фобий, навязчивых состояний - с магическим и алхимическим флером. Хватаясь за тысячу дел сразу он почти все успевает: учиться, работать курьером, драться в "русской стенке", практиковать менталистику и хорошо кушать. Со сном, правда, проблемы, и личную жизнь тоже надо бы устроить - но где наша не пропадала? Главное - не забыть...
внутренний монолог - признак интеллектуально развитого человека...
Продолжая балансировать на золотом крыльце, и сам того не ведая, Миха Титов с головой погружается в дело экстренной ментальной помощи: лечение зависимостей, маний, фобий, навязчивых состояний - с магическим и алхимическим флером. Хватаясь за тысячу дел сразу он почти все успевает: учиться, работать курьером, драться в "русской стенке", практиковать менталистику и хорошо кушать. Со сном, правда, проблемы, и личную жизнь тоже надо бы устроить - но где наша не пропадала? Главное - не забыть...
Мне было восемь, и я уже знала, что в боли может быть своя красота и своя смелость.
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
Каждая мать немного доктор
В своём мире я умерла в семьдесят два, с улыбкой на губах, окружённая детьми и внуками. Хотела снова быть с мужем — генералом, который ушёл раньше меня. Но очнулась в теле молодой, истощённой аристократки. Мой новый «муж» — изувер, а моя жизнь незавидна. Он развелся со мной ради беременной избранницы, оставив в роли служанки и любовницы. Мне как взрослой умудрённой опытом женщине чужда такая роль. Спасение приходит внезапно – меня замечает мужчина. Тоже генерал… Строгий....
В какой-то момент я стала понимать, что людям, в особенности взрослым, не нужна правда – они предпочитали верить в то, что им удобно. Они хотели знать только то, что облегчало им жизнь.
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
Может быть, с моей стороны было слабостью сдаться, но я поняла, что больше не могу сражаться за свою мать.
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
Один в поле не воин – на улице это усваиваешь быстро.
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
Насилие – это последнее средство, но если бы моя жизнь или чья-либо еще была в опасности, я бы воспользовалась этим средством.
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
Говорят, выживает сильнейший, но я думаю: может быть, дело не в силе, а в отчаянии?
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
Нам, уличным детям, было легко оставаться невидимыми – большинство людей попросту делали вид, что не замечают нас.
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
Трущобы – как государство в государстве, вроде Ватикана, но без Бога. В этом есть своя ирония, потому что именно в трущобах живут самые верующие люди.
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
Бог не хочет, чтобы мы были счастливы. Он хочет, чтобы мы выжили. Однажды ты это поймешь!
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
Наверное, проще жить, когда веришь во что-то, если верить в себя не получается.
Многим это помогает пережить каждый новый день.
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
Слезы бессилия совсем не похожи на слезы тревоги. Это не те слезы, что текут нескончаемым потоком или жгут глаза.
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
У белых есть деньги, и они могут позволить себе все, что захотят. Я пыталась понять, почему жизнь так устроена. Неужели этого хочет Бог? Но ведь это нечестно. Бог ведь должен быть добрым.
Но разве может Бог быть добрым, если нам всегда достаются гнилые помидоры?
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
– Мам, а у Бога есть телефон?
– Не думаю, солнышко. А если бы был, о чем бы ты хотела с Ним поговорить?
– Я бы спросила, почему одни дети белые, другие черные, третьи – коричневые. Ведь на свете столько цветов – так почему не наделать зеленых или красных детей?
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...
если ты можешь радоваться и грустить, значит, ты живой, даже если бывает больно и ты утратил веру и волю двигаться вперед. Но идти по жизни, как призрак, когда тело твое живо, но душа мертва, и от тебя осталась лишь сухая оболочка, – гораздо страшнее.
В мире есть города, где не существует времени. Где людям плевать, выживешь ты или умрешь. Где невинных детей ставят в шеренги и хладнокровно расстреливают. А что делать тем из них, кому повезло выжить? Тем, кто с растерзанной душой вопреки обстоятельствам пытается сохранить внутри тепло и остаться человеком? Кристина – одна из таких детей. Она выросла на улицах Сан-Паулу, спала в картонных коробках и воровала еду, чтобы выжить. Маленькой девочкой она боролась за свою жизнь каждый день. Когда ей...