... поверь: иногда, чтобы выиграть, вовсе необязательно быть упрямым. Когда-то хитростью и умом, когда-то настойчивостью и лаской, но ты добьешься гораздо большего, чем силой.
– Он бы и сам согласился. Надо было лишь попросить… ты ведь тоже любишь, когда просят?
– Я женщина. Меня можно и нужно уговаривать. А задача мужчины – вовремя понять, когда это надо сделать, а когда не стоит даже пытаться.
Второй носок куда-то пропал. Вечно эти предатели теряются в самый неподходящий момент. Ну, блин, не уходить же без носка? Мало ли кто у него тут убирается. Все женщины как женщины, небось, кружевные трусики оставляют, а я — желтый носок.
... иногда я задумывалась — зачем нужно столько денег, если тратишь ты их на то, чтобы как можно комфортнее не отвлекаться от работы?
Красивых одноразовых мужиков много, а хорошей работы мало.
— ...И вот этот ужас — сто лимонов… У богатых свои причуды.
— А ты бы что на них купила?
— Дом в Лондоне, — я даже на секунду не задумалась.
— Далеко на работу ездить, — он посмотрел на меня с серьезным видом. — Пробки под Ла-Маншем. А тут пять минут, если лифта не очень долго ждешь.
Самый паршивый день закончился. Начинаем отсчет ошибок заново.
... именно память делает нас именно теми, кто мы есть. И именно из памяти мы черпаем полезные уроки и напоминания.
Чем ты сам ранимее, тем сильнее хочется язвить.
... человеческая подлость бывает очень "красивой и приятной и умеет выглядеть правдой даже больше, чем настоящая правда".
Когда всё вокруг плохо и летит к чёрту - работай.
Если не помогает - работай больше, хреново стараешься.
Если стараешься лучше, но в голове всё равно кавардак - паши, пока не свалишься с ног.
Годы идут, а мы не меняемся. Я все такая же колючка, а Даня упертый осел. Но одно изменилось наверняка — теперь мы не боимся своих чувств, теперь что бы не случилось, а мы будем вместе. Навсегда.
Любовь - это не там, где идеальный человек любит другого идеального человека.
Любовь - это когда двое вместе, несмотря ни на что. Принимают, понимают и не выламывают каждый изъян ломиком "правильности".
Как - то не жилось сказке на моей дороге жизни - придёт, покажется и убежит. Изменщица.
— Маргарита, — сказала, протягивая руку подобию Момоа в жизни. — А вы?..
— Олег Дорф, — он абсолютно обезоруживающе улыбнулся, чуть не заставив меня растечься лужицей у крепких ног и добавил, глядя на трущегося рядом пса: — Вы, кажется понравились Корнису.
— Это нормально, — отмахнулась я. — Мне вообще везёт на кобелей.
И у меня хотя бы будет подруга – жизнь показала, что вместе не так скучно. Есть кому поддержать, есть кому посветить фонариком, если ты в очередной раз залез в жопу.
Неисповедимы пути, ведущие каждое живое существо в этом проклятом мире. И самый неисповедимый среди них — Путь любви.
Любви, которая не превращается в пародию на самое себя, замыкаясь на человеческом теле, а переступает бренность, взывает к самому главному — Душе, делая ее могущественнее самой Смерти.
Я верила в судьбу. Как тут не верить, если среди икс-ориентированных были и те, что видели её четко очерченными линиями, вплетенными в общую паутину? Нет, люди с искрой не были фаталистами и не утверждали, что все предрешено. И не плыли по течению, напротив, раз за разом пытались стать теми пылинками, что берут ответственность за развитие хода событий в нашей Вселенной, понимая, что есть события предопределенные и те, что можно еще изменить, вырвавшись неимоверным усилием. Есть то, что мы ошибочно принимаем за судьбу, но, по факту, это всего лишь следствие образа жизни, привычек или верных и не верных представлений о жизни.
Есть вещи, которые можно поменять - а есть те, что являются итогом многолетних шагов, раз за разом приближающих к определенному финалу.
— Векторы ведь тоже называют высшей силой. А я сторонник теории, что это одно и то же… Единое существование, растворенное во всем…В плохом и хорошем… В каждом деянии - человеческом ли или том, что полагали божественным - проявление сущности Вселенной. Потому что у каждого, даже светлого явления, человека есть темная сторона…
Видимо, к тридцати годам у всех женщин кукушка немного съезжает не в ту сторону, и желание обзавестись доминантным самцом отключает мозг.
Наг скептически осмотрел комнату. Я проследила за его взглядом. Ничего необычного, по местным меркам. Стол, несколько кресел, что-то похожее на книжный шкаф, окно, ковровое покрытие на полу, паучье гнездо на потолке. Мило, уютно.
Отказаться от соблазна быть слабой женщиной, и перевалить все заботы на плечи сильного мужчины, оказалось сложнее, чем я думала. Только слова бабули о том, что даже на самого надежного мужа может упасть кирпич, а кушать хочется всегда, заставили взять себя в руки и пойти штурмовать карьерную лестницу.
Объяснять постороннему мужчине свои психологические загоны совсем не хотелось. Обижать, конечно, тоже. Но я уже пришла к тому этапу развития личности, когда разумный эгоизм переходит в разряд плюсов.
И голос у него красивый. Если еще и готовить умеет — идеальный мужик. Только хвост смущает. С другой стороны, экзотика, это ведь не плохо. Зато ни у кого такого нет.
За несколько часов, что провела без сознания, я стала не просто женой кобеля на белом "коне", а единственной наследницей великой империи и чего-то там еще.