Наконец, синеглазая красавица выносит вердикт:
— Рыжее, тощее и конопатое чучело. Что она в тебе нашла?
Похоже, он не нравится никому из Машиного окружения. И это уже начинает всерьез раздражать.
— Тонкую душевную организацию, — сердито буркнул Бас.
— А так и не скажешь, — малышка привалилась к косяку, сложив руки на груди. — С виду — бревно бревном.
– И не надо обзываться на меня нехорошими словами! –
– Тая, я не обзываюсь, я молчу. –
– Тогда убери своё мнение со своего лица! –
... близкие отношения людям разрушить легче лёгкого - им достаточно завести тайны друг от друга.
— Машенька, как ты?
— Я в порядке, па, — Маша действительно невозмутима. — А ты мне опять сэнсея спаиваешь? Я Стаса Александровича по делу пригласила, а вы опять… сразу за коньяк!
— Машуль, — из-за спины Тихомирова в прихожую протискивается Соловьев. — Нам с твоим отцом это как слону дробина. Ну, что ты там показать хотела?
Некоторые вещи сломать невозможно. И не только вещи.
— Мама… — тихо и как-то совсем безнадежно, — но я же не смогу быть здесь… когда он там… и неизвестно, что будет… и вдруг я больше его не увижу… — глухое рыдание, — живогооооооо…
— Нет, — надо резать быстро и четко. — Маша, в этом вопросе я буду совершенно солидарна с отцом. Нечего тебе там делать. От этого плохо будет всем. Нет. Не отпустим.
Машка рыдает, совсем нет сил у нее, даже спорить.
— И что мне делать, мама?..
— Плачь, Машенька, плачь. Полегчает.
Все плохое, что с нами происходит, редко прогнозируется заранее. Чаще всего — это сюрпризы. Сбивающие с ног, раскрывающиеся в куче болезненных подробностей. Никто не ставит в своем календаре заранее крестик: «эпик фейл».
— Зря ты так, — укоризненно сказал призрак, появившись перед Полли, когда она переодевалась в домашнее платье. — Рекорти едва на ногах держится. Мальчишке стало хуже, пришлось снова колдовать. А твой некромант потом еще ужин приготовил. Думал, голодной вернешься.
— Значит, ты… в свободном поиске?
— Угу.
— Что ж… Думаю, я смогу тебе помочь.
— Да? — он улыбается, широко, обрадовано. Придвигается близко, очень близко. Чуть наклоняется к ее лицу. — Я очень рад. И как именно… ты собираешься мне помочь?
Впервые, глядя ему прямо в глаза, да еще и так близко, она испытывает не гипнотически-предобморочное чувство, а нормальную, здоровую злость. Желание уделать.
— Будешь проводить кастинг — позови меня. Сделаю тебе фото, как надо — фас, профиль, ню. Потом сядешь с фотографиями, спокойно рассмотришь, оценишь. И выберешь.
До нее непозволительно, постыдно долго доходит, что происходит. А когда все-таки доходит…
— Бааааас?…
— Да?..
— Ты что… Ты ко мне… клеишься?
— Нуууу… Да! — он по-прежнему смотрит ей прямо в глаза. Блядские, бедовые, гипнотические глаза у него! — И потом, почему сразу "клеишься"? Может, это я так… ухаживаю?
... но чего не сделает человек, чтобы разбогатеть? Ради денег он хватается за самый безнадежный шанс и готов подвергнуться любой опасности.
Как сам Ос оказался вдруг политиком, когда всю жизнь мечтал быть, как мама, библиотекарем, он не смог бы объяснить даже под угрозой смерти.
Футбол. Шесть букв и целая жизнь.
Новый год наступил, как всегда, позабыв прихватить с собой новое счастье.
Когда мужчина ради женщины рискует своей жизнью, то легко, конечно, предположить, что он лично заинтересован в этом, так как на свете найдётся очень немного мужчин, которые рисковали бы, не надеясь получить что-либо взамен.
В это чудесное и душистое июльское утро Блад шел среди яблоневых деревьев, склонившихся под тяжестью плодов, и думал, что человек, как он давно уже подозревал, - это не венец природы, а ее отвратительнейшее создание, и только идиот мог избрать себе профессию целителя этих созданий, которые заслуживали уничтожения
Сделай любезность, отряхнись и держи себя как подобает дебютантке. Даже если тебя толкнули в грязь, надо лежать с высоко поднятой головой.
Я надула губки. Так. Чисто для приличия.
Порой мы не только коварны и изобретательны, но и жестоки. Ни один мужик с нами не сравнится.
О, шоколадное печенье Айгуль… До смерти вредное — и почти до экстаза вкусное. Нежное, рассыпчатое, пряное… С кусочками грецких орехов и цитрусовой ноткой сушеных кумкватов. Если бы общество не предписывало выходить замуж за мужчин, Юна бы официально оформила свою тайную любовную связь с печеньем Айгуль.
Вперемешку с воплями вылетали такие выражения, что запиши их Рома, вышел бы новый трек «Ленинграда».
...мгновение спустя мужик добавил пару слов на тему того, каким именно образом горе-водительница насо… Ну, насобирала на внедорожник и права.
В любой непонятной ситуации нужно подремать. Кто знает, когда получится это сделать в следующий раз?
Если боги хотят кого-нибудь наказать, то прежде всего они лишают его разума.
Если боги хотят кого-нибудь наказать, то прежде всего они лишают его разума.