До встречи с Эйденом я никогда не задумывалась о том, что такое любовь. А она, как и всё, чего мы хотели в своей жизни, была мечтой. А мечта, как известно, не может осуществиться сама по себе. Вы должны напитать ее, чтобы она окрепла и расцвела.
Грандиозная в своей утонченности.
Сильнейшая в своем бескорыстии.
Она вовеки принадлежит тому, кто готов с открытым сердцем окунуться в мир ее бесконечных возможностей.
«Для того чтобы с умом обороняться от врага нужны минимум две вещи, но только врагов всегда с лихвой хватает…»
Мы можем предполагать, что родители зачастую замалчивают некоторые такие случаи из-за своих традиционных религиозных убеждений,
считая прошлые жизни и перерождение делом немыслимым. По этой причине они полагают, что ребёнок, заговаривающий о прошлой жизни, либо
обманывает их, либо высказывает безумные фантазии. В других случаях ребёнок может держать
это в себе...
Конечно, умом он понимал, что Вадик — прав. Юна приняла решение, и сделать с ним уже ничего нельзя. Рома пытался поговорить с ней после дефиле, но она была какая-то тихая и печальная. Отделалась парой слов и ушла. Нет, она больше не бросалась обвинениями, не ругалась. Но так стало еще хуже: из нее будто высосали жизнь. Исчез румянец, исчез блеск в глазах, который было проявился, когда она освоилась на подиуме. Рома представлял, что она идет к нему, улыбается ему одному — и хотелось по-идиотски вскочить на стул ногами и заорать: «Вы видели?! Это моя Юна! Моя! Я люблю тебя!..» А потом все пропало, словно кто-то отключил электричество, и погас экран в кинотеатре. Рома понимал, что у него не было никаких прав на Юну изначально, между ними вообще ничего не было кроме его глупых фантазий. Но знать, что через жалкие несколько дней она будет принадлежать другому мужчине, и не какому-то там кронпринцу Швеции, — проиграть Рома бы согласился только ему, — а этому мерзкому лживому Игорю…
А когда наконец пылюка рассеялась, то глазам девушки предстала… Мумия! С горящими зелёными глазами… И она тоже чихала… А сама Вика от ужаса забыла как чихать и принялась икать…
Мумия тем временем ещё и прокашлялась, отряхнулась и оказалась никакой не мумией, а окутанным с ног до головы пылищей наггеваром… Крайне рассерженным наггеваром! Едва он скинул с себя остатки каменной кладки, то издал рычание пополам с шипением и ринулся на испуганную девушку угрожающе выставив остриё… Ма-ма! Викуся дожидаться не стала, пока её проткнут, а проворно соскользнула с фланоцикла и рванула прочь, откуда только силы взялись. Она ничего не соображала от страха, не помнила себя, и не оглядывалась, чтобы убедиться мчится ли за ней погоня, улепётывая во все лопатки, а вслед ей неслись яростные вопли: «Мой фланосссыкл… Моя диссссертасссыя… Ссссагубила всссё!»
Бабка забурчала себе под нос, но вслух делиться мнением больше не стала. Бородатый повернулся к Алёне, вздохнул и философски пояснил:
— Не всякая старость мудра.
... если проблему можно решить с помощью денег, то это уже не проблема, а расходы.
В один холодный зимний день я проснулась в 11 утра после того, как провела всю предыдущую ночь, гугля черные дыры, есть ли у меня синдром дефицита внимания и были ли Мик Джаггер и Дэвид Боуи друзьями. Я также написала по электронной почте Рэйчел, которая теперь жила по ту сторону пролива Ла-Манш, чтобы признаться, что у…
— Перед правосудием все равны, или это уже не правосудие. Такой срок предусмотрен Уголовным кодексом, поэтому я его и попросила.
«Открытый Заговор» Герберта Уэллса – произведение не художественное и не научное. По своему замыслу и стилю оно напоминает программный документ, манифест, обращенный, в первую очередь, к британской элите; во вторую очередь – ко всему английскому народу; в третью очередь – ко всему человечеству.
Как немец-отец отвечает на вопросы своих детей? Может ли он сесть и честно рассказать, чем занимался во времена нацистов, и при этом не чувствовать, как горят его уши?
Такова работа бариста - он приводит в движение целый город и поднимает настроение людям, которые спешат на работу.
Как мало человеку нужно для счастья. Не страсть, не слава, не власть, не любовь - лишь ощущение того, что рядом с тобой есть человек, которому ты нужен не ради выгоды, а просто потому что ты существуешь, и именно таким, каким ты есть.
Сон прекрасное средство от печалей. Он словно тонкая, почти неощутимая преграда между минувшим и настоящим бытием. Сон не решает наших бед, но будто бы отодвигает их ненадолго, делая вчерашнее не столь насущным, напоминая, что утро - это маленькое новое начало, точно так же, как вечер был крохотным концом.
Не нужно выдумывать для счастья слишком много условий, и тогда стать счастливым можно где угодно, стоит лишь приложить усилия.
Три переезда, одна свадьба, чудесные близняшки и около двадцати шкафов от Ikea… Вот и жизнь почти прошла.
Жизнь нужно жить, а не нудно размышлять о ее смысле.
Воспоминания потому и прекрасны, что со временем тают, как утренняя дымка.
То, что щелкать фотоаппаратом легко, совсем не делает тебя хорошим фотографом.
За одним мужчиной – как за каменной стеной, за другим – словно за гипсокартонной перегородкой
Рука сама опустилась ему на грудь в стремлении ощутить стук сердца
- Постоянно думаю о тебе. Даже во снах не спрятаться. Я не могу сказать наверняка, но... Если любовь - это наслаждаться биением чужого сердца, то я люблю тебя.
И почему именно его поступки я расцениваю как нечто особенное? Хотя глупый вопрос. Мое отношение делает особенными все его поступки.
Валлиус посмотрел на него почти с жалостью.
– Ты иногда тупишь ну просто как ржавый ножик, Берт.
«Было бы смешно, если бы не было так х… хрустно».
Дайд иронично улыбнулся и поднялся со стула.
– Ладно, я пойду, дел еще много. Вечером загляну, ты не против?
Берт поднял брови.
– А я могу быть против?
– Можешь, – пожал плечами Гектор. – Только я все равно загляну.