дом - это не место. Дом - это те, кто любит тебя и кого любишь ты...
Брось вызов судьбе — пусть подавится!
Меняю обретенную реальность на утраченные иллюзии…
Если вас приняли в институт без экзаменов - значит, это Институт Склифосовского!
Я?… В душу вам? Да мне же не доплюнуть!
Пока ты занят заботой о ближних, подкрадываются дальние…
Надо прожить жизнь так, чтобы рассказать было стыдно, а вспомнить — приятно!
Я никогда не был фаталистом, но сейчас не вижу другого пути. Делай что должно и будь что будет . Кажется , я сделал свой выбор. А насколько он верный?.. Будущее покажет.
Иногда приходится прикинуться дурачком, чтобы не выглядеть идиотом…
— Сынок, жизнь состоит из выборов. Каждая минута жизни — уже выбор, — мудрым голосом произнес ректор. — Не всегда выбор бывает легким. Как, например, какие носки надеть. Или какой чай заварить.
В самом деле, если мы отказались запретить законом самоубийство, это значит, что мы слишком слабо чувствуем его безнравственность. Мы даем ему развиваться на свободе, потому что оно не возмущает нас в такой степени, как это было когда-то. Но никакими законодательными мерами не удастся, конечно, пробудить нашу моральную…
-Знакомо тебе такое чувство, когда все вокруг счастливы, полны надежд и оптимизма, а ты бы с удовольствием разбила что-нибудь вдребезги, и перед глазами у тебя - одни только тучи на горизонте? - <...> - При каждом смешке тебе хочется встряхнуть других изо всех сил и разразиться сотни раз прокрученными в уме речами о…
Семьи — это книги, написанные кровью. И чем ближе к концу, тем хуже помниться начало. Иногда первые страницы практически погребены под тяжестью последующих, но любой книге крови необходимы целиком все страницы, все до одной, со всеми их недостатками, — без них она будет неполной.
Мечты требуют жертв. Ничто в жизни не дается просто так.
Мы можем сами уничтожить то, к чему стремились, для этого не нужно много усилий. А вот довести дело до конца и получить желаемое дано не каждому.
Что, разве королева не может полюбить простого конюха?
– Нет, я как раз удивляюсь закономерности выбора королев. Они почему-то всегда поэту предпочитают конюха.
– Ты не догадываешься, почему?
– Я не хочу даже думать об этом.
верное направление – это то, которое каждый находит для себя сам.
У хорошего вина и красивой женщины одно и то же достоинство и один и тот же недостаток – они лишают разума!
Те, чье сердце часто выбивается из ритма, должны себя спросить – а не слишком ли они строги к себе? Возможно, их жизнь раз и навсегда приобрела четкие границы, и теперь уже нет ничего, что могло бы изменить монотонность их существования.
Ещё Ф. Энгельс указывал, что пролетариат, по крайней мере при капитализме, т.е. в условиях интенсивного труда на износ, объективно испытывает «жизненную потребность в водке»
Это объяснимо рядом факторов: во-первых, способностью алкоголя быстро снимать моральный и физический стресс, а вернее — притуплять его восприятие; во-вторых, способностью алкоголя в силу своей высокой калорийности имитировать подпитку организма калориями и выступать, так сказать, в роли «суррогата пищи»; в-третьих, психологической потребностью неустроенного в жизни человека в алкоголе как средстве забвения; в-четвёртых, объективной потребностью в алкоголе на ряде производств, где алкоголь служит как бы противоаллергическим, успокаивающим, «комфортным» средством, а потому потребляющий его рабочий испытывает просто облегчение.
Первое советское правительство вскоре после октября 1917 года вообще объявило водку вне закона на время восстановления порядка в стране. Это был верный и смелый шаг. Он привёл к блестящим результатам. Уже в 1923-1924 годах специальная делегация английских тред-юнионов, инспектировавшая Россию, в своём отчёте указала на то, что ни в одном из её районов члены делегации не зарегистрировали того явления, которое было известно во всем мире как «русское повальное пьянство», и могут констатировать, что большевикам удалось создать новую психологию у рабочего класса — презрение и ненависть к пьянству как к классовому явлению, унижающему рабочий класс. Большевики подняли классовую гордость рабочего почти до аристократического уровня
– Есть способ на сто процентов овладеть сердцем женщины? – отклонился от основной темы беседы гость.
– Не говорите глупостей, – укоризненно взглянула на него Радира. – На сто процентов можно овладеть только этой булочкой, и то, если вы ее проглотите и тут же покончите с собой. Гарантированно овладеть нельзя, но попытаться можно.
– Как?
– Спросите у нее сами.
– В смысле?
– В смысле – подойдите к ней и спросите, как сделать так, чтобы она вас полюбила. Потом четко следуйте ее рекомендациям.
– Но я же буду выглядеть в ее глазах полным идиотом! – воскликнул Второй.
Радира поманила его пальцем, и когда он, склонившись над столом, приблизился к ней, она прошептала:
– Именно это в вас мы и ценим больше всего.
– Идиотизм?
– Его признание.
– Женщина сражается за мужчину, чтобы потом стать его рабыней.
– Странная мудрость, – не сдержался от реплики Второй.
– Ничего странного, – авторитетно заявила бабушка Ракартха. – Разве ученый добровольно не посвящает всю жизнь изучению науки, чтобы потом умереть от переутомления над своими формулами, разве солдат не отказывается от удобств и покоя, чтобы потом пасть на поле сражения от случайной залетевшей стрелы? Мы всегда насмерть сражаемся за свое рабство.
Совет подобен касторке: его довольно легко давать, но чертовски неприятно принимать.
Джордж Бернард Шоу
Чтобы избежать критики, ничего не делай, ничего не говори, будь никем.
Элберт Грин Хаббард
Жить - то же, что любить: разум против, здоровый инстинкт - за.
Сэмюэл Батлер