Цитаты
286160
Если я в коме, то можно мне уже из ее выйти?
Если вы не знаете, что такое дискриминация, то я вам сейчас расскажу. Это когда живешь ты на Земле, никому особенно не нужная, сводишь концы с концами и внезапно оказываешься в другом мире. Вот только иномирян здесь не жалуют, тем более если они несут в себе темную магию. В Высшей Школе Темных, куда меня отправили, царят законы дикого мира. Либо ты, либо тебя. И кажется, что друзей совсем нет. Даже Кейман Крост, мой невольный опекун, отчего-то меня ненавидит. А надменный король школы, кажется,...
Не могут несколько сотен магов, запертых в одной школе, не создавать проблем. Самый мерзкий возраст: хочется одновременно колдовать, трахаться и свершать революции.
Если вы не знаете, что такое дискриминация, то я вам сейчас расскажу. Это когда живешь ты на Земле, никому особенно не нужная, сводишь концы с концами и внезапно оказываешься в другом мире. Вот только иномирян здесь не жалуют, тем более если они несут в себе темную магию. В Высшей Школе Темных, куда меня отправили, царят законы дикого мира. Либо ты, либо тебя. И кажется, что друзей совсем нет. Даже Кейман Крост, мой невольный опекун, отчего-то меня ненавидит. А надменный король школы, кажется,...
Если безобразие нельзя остановить, то нужно его возглавить.
Если вы не знаете, что такое дискриминация, то я вам сейчас расскажу. Это когда живешь ты на Земле, никому особенно не нужная, сводишь концы с концами и внезапно оказываешься в другом мире. Вот только иномирян здесь не жалуют, тем более если они несут в себе темную магию. В Высшей Школе Темных, куда меня отправили, царят законы дикого мира. Либо ты, либо тебя. И кажется, что друзей совсем нет. Даже Кейман Крост, мой невольный опекун, отчего-то меня ненавидит. А надменный король школы, кажется,...
«Если ты хочешь стать писателем- чуть-чуть таланта тебе не помешает. Хотя на самом деле важна лишь способность помнить каждый свой шрам». Стивен Кинг.
Это, пожалуй, самая необычная из книг Стивена Кинга. Книга, в которой автобиографические, мемуарные мотивы соседствуют не только с размышлениями о писательском искусстве вообще, но и самыми настоящими «профессиональными советами тем, кто хочет писать, как Стивен Кинг». Как формируется писатель? Каковы главные «секреты» его нелегкого «ремесла»? Что, строго говоря, вообще необходимо знать и уметь человеку, чтобы его творения возглавляли международные списки бестселлеров? Вот лишь немногие из...
Нельзя всерьёз воспринимать курортный роман, потому что иначе ждёт только рaзочарование. Причём даже не по вине мужчины, по собственной глупости, что вдвойне обидно.
Работа судьи сложна и неблагодарна, особенно если выполнять её честно. Лавиния Шейс рискнула жизнью, защищаясь от сфабрикованных обвинений, и сумела сохранить доброе имя. Вот только с душевным равновесием всё не так просто, и Лавиния по настоянию целителя отправляется отдыхать подальше от столичной суеты туда, где её никто не знает. Но...
Один труп. Один некромант. Несколько случайных совпадений.
И об отдыхе остаётся забыть.
Но мечта о чуде в людях живёт, несмотря ни на что. В этом явлении как таковом нет ничего ужасного. Плохо то, что в основе его очень часто лежит обычная лень и нежелание решать собственные проблемы самостоятельно. Очень хочется, чтобы пришёл какой-то добрый человек, щёлкнул пальцами,и всё стало прекрасно. В идеале бы, конечно, сделал это бесплатно, но хватает и тех, кто готoв отдавать деньги. И пока такие люди есть, мошенники вроде Ормена Эведа будут процветать.
Работа судьи сложна и неблагодарна, особенно если выполнять её честно. Лавиния Шейс рискнула жизнью, защищаясь от сфабрикованных обвинений, и сумела сохранить доброе имя. Вот только с душевным равновесием всё не так просто, и Лавиния по настоянию целителя отправляется отдыхать подальше от столичной суеты туда, где её никто не знает. Но...
Один труп. Один некромант. Несколько случайных совпадений.
И об отдыхе остаётся забыть.
Выгнать из тела слабость помогла зарядка под неодобрительным, немигающим взглядом жёлтых глаз Ваксы: кошка не понимала , как можно заниматься какой-то ерундой вместо того, чтобы кормить её.
Работа судьи сложна и неблагодарна, особенно если выполнять её честно. Лавиния Шейс рискнула жизнью, защищаясь от сфабрикованных обвинений, и сумела сохранить доброе имя. Вот только с душевным равновесием всё не так просто, и Лавиния по настоянию целителя отправляется отдыхать подальше от столичной суеты туда, где её никто не знает. Но...
Один труп. Один некромант. Несколько случайных совпадений.
И об отдыхе остаётся забыть.
Адриан чувствовал себя словно с похмелья. Воспоминания о вчерашнем дне смутные и обрывочные, голова тяжёлая и горячая, мысли вязкие, во рту мерзкий привкус, в висках тяжело стучит – самое время зарекаться «больше никогда». Только надо вспомнить, что именно – никогда, и вот тогда уже – больше ни-ни.
Работа судьи сложна и неблагодарна, особенно если выполнять её честно. Лавиния Шейс рискнула жизнью, защищаясь от сфабрикованных обвинений, и сумела сохранить доброе имя. Вот только с душевным равновесием всё не так просто, и Лавиния по настоянию целителя отправляется отдыхать подальше от столичной суеты туда, где её никто не знает. Но...
Один труп. Один некромант. Несколько случайных совпадений.
И об отдыхе остаётся забыть.
справедливо – это далеко не всегда по закону.
Работа судьи сложна и неблагодарна, особенно если выполнять её честно. Лавиния Шейс рискнула жизнью, защищаясь от сфабрикованных обвинений, и сумела сохранить доброе имя. Вот только с душевным равновесием всё не так просто, и Лавиния по настоянию целителя отправляется отдыхать подальше от столичной суеты туда, где её никто не знает. Но...
Один труп. Один некромант. Несколько случайных совпадений.
И об отдыхе остаётся забыть.
Инструкции, конечно, дело славное, говорил он, способное заменить некоторым полицейским и прочим чиновникам мозг, но лучше всё же думать головой.
Работа судьи сложна и неблагодарна, особенно если выполнять её честно. Лавиния Шейс рискнула жизнью, защищаясь от сфабрикованных обвинений, и сумела сохранить доброе имя. Вот только с душевным равновесием всё не так просто, и Лавиния по настоянию целителя отправляется отдыхать подальше от столичной суеты туда, где её никто не знает. Но...
Один труп. Один некромант. Несколько случайных совпадений.
И об отдыхе остаётся забыть.
Но мечта о чуде в людях живёт, несмотря ни на что.
Работа судьи сложна и неблагодарна, особенно если выполнять её честно. Лавиния Шейс рискнула жизнью, защищаясь от сфабрикованных обвинений, и сумела сохранить доброе имя. Вот только с душевным равновесием всё не так просто, и Лавиния по настоянию целителя отправляется отдыхать подальше от столичной суеты туда, где её никто не знает. Но...
Один труп. Один некромант. Несколько случайных совпадений.
И об отдыхе остаётся забыть.
«Если во всём облом, сдавайся и иди в библиотеку». Стивен Кинг.
Это, пожалуй, самая необычная из книг Стивена Кинга. Книга, в которой автобиографические, мемуарные мотивы соседствуют не только с размышлениями о писательском искусстве вообще, но и самыми настоящими «профессиональными советами тем, кто хочет писать, как Стивен Кинг». Как формируется писатель? Каковы главные «секреты» его нелегкого «ремесла»? Что, строго говоря, вообще необходимо знать и уметь человеку, чтобы его творения возглавляли международные списки бестселлеров? Вот лишь немногие из...
обуваясь в прихожей, Адриан неожиданно обнаружил там предмет, которого в этой самой прихожей быть не могло: на полке для обуви лежала сумка. Обыкновенная женская сумка коричневого цвета. Если бы к сумке прилагалась женщина – ладно, такое с ним случалось. Обычно не в Клари, здесь он осторожничал, но это хоть как-то можно понять. Еcли бы женщины не было, но была её обувь – это был бы серьёзный повод для паники, потому что вo весь рост встал бы вопрос, куда он эту женщину дел.
Работа судьи сложна и неблагодарна, особенно если выполнять её честно. Лавиния Шейс рискнула жизнью, защищаясь от сфабрикованных обвинений, и сумела сохранить доброе имя. Вот только с душевным равновесием всё не так просто, и Лавиния по настоянию целителя отправляется отдыхать подальше от столичной суеты туда, где её никто не знает. Но...
Один труп. Один некромант. Несколько случайных совпадений.
И об отдыхе остаётся забыть.
И вообще, что за глупости? Что он теряется, как подросток? Она женщина взрослая, свободная, живёт в его доме, пусть и временно, так почему не воспользоваться ситуацией? Нет, ну конечно, не бросаться на неё с порога, но почему не попробовать познакомиться поближе? В конце концов, даже если она убийца, он же не жениться на ней собирается!
Работа судьи сложна и неблагодарна, особенно если выполнять её честно. Лавиния Шейс рискнула жизнью, защищаясь от сфабрикованных обвинений, и сумела сохранить доброе имя. Вот только с душевным равновесием всё не так просто, и Лавиния по настоянию целителя отправляется отдыхать подальше от столичной суеты туда, где её никто не знает. Но...
Один труп. Один некромант. Несколько случайных совпадений.
И об отдыхе остаётся забыть.
горе и душевная болезнь не добавляют свежести и бoдрости, а вот лишних лет – легко.
Работа судьи сложна и неблагодарна, особенно если выполнять её честно. Лавиния Шейс рискнула жизнью, защищаясь от сфабрикованных обвинений, и сумела сохранить доброе имя. Вот только с душевным равновесием всё не так просто, и Лавиния по настоянию целителя отправляется отдыхать подальше от столичной суеты туда, где её никто не знает. Но...
Один труп. Один некромант. Несколько случайных совпадений.
И об отдыхе остаётся забыть.
Я даже почти готова была попроситься ночевать в номер к некроманту, но пришлось переступить через собственные страхи: остатки гордости воспротивились. Вот если бы он сам предложил, да потом еще и уговoрил, потому что я обязательно стала бы отнекиваться... Заверил в чистоте собственных помыслов и остром желании спать на полу, пообещал бы не приставать, но потом, конечно, передумал, проявил настойчивость и терпение…
Творец! Всё же как сложно и неудобно быть приличной женщиной!
Работа судьи сложна и неблагодарна, особенно если выполнять её честно. Лавиния Шейс рискнула жизнью, защищаясь от сфабрикованных обвинений, и сумела сохранить доброе имя. Вот только с душевным равновесием всё не так просто, и Лавиния по настоянию целителя отправляется отдыхать подальше от столичной суеты туда, где её никто не знает. Но...
Один труп. Один некромант. Несколько случайных совпадений.
И об отдыхе остаётся забыть.
справедливость разные люди понимают по-разному
Работа судьи сложна и неблагодарна, особенно если выполнять её честно. Лавиния Шейс рискнула жизнью, защищаясь от сфабрикованных обвинений, и сумела сохранить доброе имя. Вот только с душевным равновесием всё не так просто, и Лавиния по настоянию целителя отправляется отдыхать подальше от столичной суеты туда, где её никто не знает. Но...
Один труп. Один некромант. Несколько случайных совпадений.
И об отдыхе остаётся забыть.
Адриан Блак напоминал медведя. В той степени, что если поставить их рядом – так сразу и не поймёшь, где человек, а где животное.
Работа судьи сложна и неблагодарна, особенно если выполнять её честно. Лавиния Шейс рискнула жизнью, защищаясь от сфабрикованных обвинений, и сумела сохранить доброе имя. Вот только с душевным равновесием всё не так просто, и Лавиния по настоянию целителя отправляется отдыхать подальше от столичной суеты туда, где её никто не знает. Но...
Один труп. Один некромант. Несколько случайных совпадений.
И об отдыхе остаётся забыть.
Высказывание о том, что у меня типичная внешность и её неcложно будет скопировать, по-женски не слишком польстило, но лучше быть обычной и живой, чем красивой отправиться в печь.
Работа судьи сложна и неблагодарна, особенно если выполнять её честно. Лавиния Шейс рискнула жизнью, защищаясь от сфабрикованных обвинений, и сумела сохранить доброе имя. Вот только с душевным равновесием всё не так просто, и Лавиния по настоянию целителя отправляется отдыхать подальше от столичной суеты туда, где её никто не знает. Но...
Один труп. Один некромант. Несколько случайных совпадений.
И об отдыхе остаётся забыть.
«Если вы заметили, что вы на стороне большинства, то это верный признак того, что пора меняться». Марк Твен.
В записных книжках Марк Твен часто не похож на себя, вернее, на тот образ, который остается в памяти тех, кто прочли «Тома Сойера» подростками и больше не возвращались к книгам американского прозаика. Том — автобиографический герой, повесть о нем возвращает к идиллическим временам детства, прошедшего на Миссисипи. По крайней мере, они казались идиллическими Твену по мере того, как уходили все дальше и дальше в прошлое. И по мере того, как менялся он сам, с неизбежностью утрачивая свой...
Лана
добавила цитату
из книги
«Собрание сочинений в десяти томах. Том третий. Из моей жизни: Поэзия и правда»
5 лет назад
«Поведение-это зеркало, в котором каждый показывает свой лик». И. Гёте.
«Поэзия и правда» — знаменитая книга мемуаров Гете, над которой он работал значительную часть своей жизни (1810–1831). Повествование охватывает детские и юношеские годы поэта и доведено до 1775 года. Во многих отношениях «Поэзия и правда» — вершина реалистической прозы Гете. Произведение Гете не только знакомит нас с тем, как складывалась духовная личность самого писателя, но и ставит перед собой новаторскую тогда задачу — «обрисовать человека в его отношении к своему времени».
Если долго сомневаться, чаще всего выбор за тебя сделает кто-то другой.
Нужно всегда помнить о друзьях и тем более нельзя забывать о врагах, особенно если волею судьбы ты стоишь на их пути к вожделенной цели. Владислав Воронов – попаданец, ярл и владыка магически измененных зверей – начал забывать о вражде с могущественным предводителем Ордена Чистых. Это стало его главной ошибкой, особенно учитывая то, что истинное лицо врага оказалось страшнее самых чудовищных подозрений.
Если есть на кого опереть, никакая трясина отчаяния не страшна.
Нужно всегда помнить о друзьях и тем более нельзя забывать о врагах, особенно если волею судьбы ты стоишь на их пути к вожделенной цели. Владислав Воронов – попаданец, ярл и владыка магически измененных зверей – начал забывать о вражде с могущественным предводителем Ордена Чистых. Это стало его главной ошибкой, особенно учитывая то, что истинное лицо врага оказалось страшнее самых чудовищных подозрений.
Я с детства люблю зверей больше, чем людей: звери не способны на предательство и подлость.
Нужно всегда помнить о друзьях и тем более нельзя забывать о врагах, особенно если волею судьбы ты стоишь на их пути к вожделенной цели. Владислав Воронов – попаданец, ярл и владыка магически измененных зверей – начал забывать о вражде с могущественным предводителем Ордена Чистых. Это стало его главной ошибкой, особенно учитывая то, что истинное лицо врага оказалось страшнее самых чудовищных подозрений.
Состояние гармонии можно обрести через глубокую связь с самим собой, с другими, с пространством, которое мы делим с окружающими. Чтобы попасть в него, нужно внимательно посмотреть на главного игрока – на мозг.
Дэвид Перлмуттер, известный американский невролог и автор бестселлера «Еда и мозг», в своей новой книге объясняет, как современный образ жизни, неправильное питание и электронные устройства манипулируют мозгом человека и наносят ему вред. Он анализирует причины, по которым мы чувствуем себя гораздо более одинокими, обеспокоенными и подавленными, чаще болеем и набираем лишние килограммы. Программа, которую он предлагает, поможет вам перенастроить свой мозг и добиться изменений, необходимых именно...