Цитаты
288533
Счастье, оно такая странная штука — так любит прятаться в самых, на первый взгляд, обычных и незаметных вещах. Ну, казалось бы, как можно найти счастье в тёмной кухне съёмной квартиры, глядя на нахохлившуюся мокрую ворону, которую освещает фонарь напротив дома?
Да не просто какое-то счастье, а такое тёплое, что аж горячо становится в груди, такое, которое и через несколько лет вспомнится, и улыбнёшься даже от этого воспоминания.
Сложно жить, когда нужно работать няней для четырёх шустрых племянников, а ещё есть учёба в институте и полное отсутствие свободного времени. Словно всего этого было мало, Наташа спасла и забрала домой котёнка, но дома все против, а это значит, или нужно куда-то пристраивать спасённого, или отстаивать право хотя бы на какие-то самостоятельные поступки. Наташа выбрала второе — ушла вместе с котёнком искать для себя квартиру, и, что показательно, нашла — у старенького дедушки, заговорившего с ней...
Мало кто в состоянии год за годом любить человека, который не только не отвечает взаимностью, не только не ценит и не уважает тебя, но и всячески старается побольнее зацепить, задеть, вцепиться, словно стая пираний.
Сложно жить, когда нужно работать няней для четырёх шустрых племянников, а ещё есть учёба в институте и полное отсутствие свободного времени. Словно всего этого было мало, Наташа спасла и забрала домой котёнка, но дома все против, а это значит, или нужно куда-то пристраивать спасённого, или отстаивать право хотя бы на какие-то самостоятельные поступки. Наташа выбрала второе — ушла вместе с котёнком искать для себя квартиру, и, что показательно, нашла — у старенького дедушки, заговорившего с ней...
Есть такая вещь, как традиция, и отказ от неё гибелен. Если из фундамента выбить все камни, дом непременно рухнет.
24 февраля 1920 года в Берлине рождаются два младенца, которым суждено стать братьями. В тот же день в Мюнхене создана Национал-социалистическая партия. Пауль и Отто неразлучны и оба похожи на своих еврейских родителей, хотя совсем не похожи друг на друга. Они и не догадываются, что один из них приемыш, — более того, не еврей. Их отец играет по джазовым клубам, мать лечит больных, жизнь в Германии, еле приходящей в себя после Великой войны, потихоньку налаживается. Братья вместе растут,...
Пока что не было никакого будущего! Утром проснуться - вот что считалось будущим.
24 февраля 1920 года в Берлине рождаются два младенца, которым суждено стать братьями. В тот же день в Мюнхене создана Национал-социалистическая партия. Пауль и Отто неразлучны и оба похожи на своих еврейских родителей, хотя совсем не похожи друг на друга. Они и не догадываются, что один из них приемыш, — более того, не еврей. Их отец играет по джазовым клубам, мать лечит больных, жизнь в Германии, еле приходящей в себя после Великой войны, потихоньку налаживается. Братья вместе растут,...
Если знаешь о своей красоте, почему бы не полюбоваться собственным отражением?
24 февраля 1920 года в Берлине рождаются два младенца, которым суждено стать братьями. В тот же день в Мюнхене создана Национал-социалистическая партия. Пауль и Отто неразлучны и оба похожи на своих еврейских родителей, хотя совсем не похожи друг на друга. Они и не догадываются, что один из них приемыш, — более того, не еврей. Их отец играет по джазовым клубам, мать лечит больных, жизнь в Германии, еле приходящей в себя после Великой войны, потихоньку налаживается. Братья вместе растут,...
Если по приказу они со мной раздружились, значит, паршивые друзья. Нечего о них и думать.
24 февраля 1920 года в Берлине рождаются два младенца, которым суждено стать братьями. В тот же день в Мюнхене создана Национал-социалистическая партия. Пауль и Отто неразлучны и оба похожи на своих еврейских родителей, хотя совсем не похожи друг на друга. Они и не догадываются, что один из них приемыш, — более того, не еврей. Их отец играет по джазовым клубам, мать лечит больных, жизнь в Германии, еле приходящей в себя после Великой войны, потихоньку налаживается. Братья вместе растут,...
чем больше они поносят разврат, тем, похоже, сильнее его желают.
24 февраля 1920 года в Берлине рождаются два младенца, которым суждено стать братьями. В тот же день в Мюнхене создана Национал-социалистическая партия. Пауль и Отто неразлучны и оба похожи на своих еврейских родителей, хотя совсем не похожи друг на друга. Они и не догадываются, что один из них приемыш, — более того, не еврей. Их отец играет по джазовым клубам, мать лечит больных, жизнь в Германии, еле приходящей в себя после Великой войны, потихоньку налаживается. Братья вместе растут,...
Сколько нас таких, потерянных на фоне чужих улыбок? Сколько женщин остаются после "я тебя предал". Мучаются вопросом, а что теперь?
— Ты мне изменяешь? — Что за бред, Даш? — в голосе жёсткий металл. — С чего ты вообще это взяла? — Я все знаю. Сжимаю телефон, чтобы в случае чего показать ему доказательства. — Ну если ты все знаешь, то зачем у меня спрашиваешь? — Я не верю, что ты мог, Яр… Молчит. Сжимает зубы. Тянет через них воздух. Шумно выдыхает. — Если ты не веришь мне, то о какой семье мы вообще говорим, Даш? — Скажи уже правду! — Ну ты же знаешь все! Если по твоему это измена, то да. Изменил. — Прости, а по...
Признак взросления - когда в "Трёх мушкетерах" начинаешь болеть за Ришелье-государственника, которому мотали нервы четыре алкоголика, три проститутки и дегенерат в короне.
Наш современник, попавший в тело французского дворянина шевалье де Браса, жившего в 17 веке, ускользает от одной опасности, чтобы тут же влипнуть в миллион других проблем и приключений.
Париж 1630 года — опасное место! Но если у тебя есть верный друг, который прикроет спину, то еще не все пропало. Тем более, если этот друг — гасконец д'Артаньян...
Господи! Куда я попал? Сплошной цирк вокруг.
Наш современник, попавший в тело французского дворянина шевалье де Браса, жившего в 17 веке, ускользает от одной опасности, чтобы тут же влипнуть в миллион других проблем и приключений.
Париж 1630 года — опасное место! Но если у тебя есть верный друг, который прикроет спину, то еще не все пропало. Тем более, если этот друг — гасконец д'Артаньян...
Если мы допускаем эмоции, то они управляют нами , а не мы ими.
Закончив учебу в академии магии, княжна Александра Туманова готовилась к свадьбе с любимым человеком и к практике в столице, когда судьба решила сыграть с ней злую шутку. И вот она вынуждена оставить отчий дом, любящих родителей и последовать за своим избранником на границу с опасной северной страной, где в небесах парят драконы, где живут люди, простые и далекие от того мира, к которому она привыкла, и где ее чувствам предстоит пройти испытание, а сердцу сделать нелегкий выбор.
Его горькие размышления прервал пронзительный крик газетчика, но тот немедленно остановлен был простым дедом в заломленном треухе: «Дай ты мне, батюшка, такую газету, чтоб с картой, — потребовал тот. — С такой картой, где эти самые города обозначены — Аннексия и Контрибуция. Из-за которых, значит, буржуи войну тянут…»
Верите ли вы, что судьбы людей, не просто незнакомых – разделенных целым веком, могут переплестись? И не только переплестись – отразиться друг в друге, словно в зеркале? 1918-й. Голодный, разоренный Петроград. Ольга и Савва – молодая пара, они видели смерть, знают цену жизни. Савва серьезен не по годам, без памяти влюблен в свою Оленьку, трогательную и нежную, и уверен, что впереди долгая, счастливая жизнь. Надо лишь пережить трудные времена. Наши дни, Санкт-Петербург. Савва – коренной...
Так дорого доставшаяся Свобода, еще каких-то полгода назад многими представляемая в виде гордой девы со звездой во лбу и в белоснежных одеждах, неожиданно и стремительно обернулась пьяной, оборванной, лишенной зачатков какой-либо нравственности дикаркой, ненавидящей всех вместе и каждого по отдельности, готовой растерзать любого — и безнаказанно торжествующей…
Верите ли вы, что судьбы людей, не просто незнакомых – разделенных целым веком, могут переплестись? И не только переплестись – отразиться друг в друге, словно в зеркале? 1918-й. Голодный, разоренный Петроград. Ольга и Савва – молодая пара, они видели смерть, знают цену жизни. Савва серьезен не по годам, без памяти влюблен в свою Оленьку, трогательную и нежную, и уверен, что впереди долгая, счастливая жизнь. Надо лишь пережить трудные времена. Наши дни, Санкт-Петербург. Савва – коренной...
"Когда защищаешь того, кто дорог, небеса дают смелость даже трусам."
Правитель севера приехал в наше королевство, чтобы женить своих сыновей. Но проблема в том, что сыновей двое, а нас – ровно семь принцесс. Так что повезёт не всем. И ещё неизвестно, повезёт ли избранницам. Потому что жить рядом с Его Снежностью – совсем не новогодний подарок.
Пока мы чувствуем, мы можем любить.
Закончив учебу в академии магии, княжна Александра Туманова готовилась к свадьбе с любимым человеком и к практике в столице, когда судьба решила сыграть с ней злую шутку. И вот она вынуждена оставить отчий дом, любящих родителей и последовать за своим избранником на границу с опасной северной страной, где в небесах парят драконы, где живут люди, простые и далекие от того мира, к которому она привыкла, и где ее чувствам предстоит пройти испытание, а сердцу сделать нелегкий выбор.
Как же жаль, что безответную.любовь нельзя излечит подобно насморку.
Закончив учебу в академии магии, княжна Александра Туманова готовилась к свадьбе с любимым человеком и к практике в столице, когда судьба решила сыграть с ней злую шутку. И вот она вынуждена оставить отчий дом, любящих родителей и последовать за своим избранником на границу с опасной северной страной, где в небесах парят драконы, где живут люди, простые и далекие от того мира, к которому она привыкла, и где ее чувствам предстоит пройти испытание, а сердцу сделать нелегкий выбор.
Мы не можем приказывать себе.любить кого - то определенного.
Закончив учебу в академии магии, княжна Александра Туманова готовилась к свадьбе с любимым человеком и к практике в столице, когда судьба решила сыграть с ней злую шутку. И вот она вынуждена оставить отчий дом, любящих родителей и последовать за своим избранником на границу с опасной северной страной, где в небесах парят драконы, где живут люди, простые и далекие от того мира, к которому она привыкла, и где ее чувствам предстоит пройти испытание, а сердцу сделать нелегкий выбор.
Он просто однажды вылетел в гневе за дверь и больше никогда не вошел в нее обратно после очередного некрасивого скандала, когда, схватив Тамару за круглые обнаженные плечи, он тряс не желавшую ничего понимать женщину так, что у нее болталась из стороны в сторону голова, и кричал ей в лицо: «Опомнись, ты же чертей зовешь себе на голову, что ты будешь делать, если они как-нибудь возьмут и придут?!!» — а она, освободив плечо и лихо пожав им, спокойно ответила: «Предложу коньячку».
Верите ли вы, что судьбы людей, не просто незнакомых – разделенных целым веком, могут переплестись? И не только переплестись – отразиться друг в друге, словно в зеркале? 1918-й. Голодный, разоренный Петроград. Ольга и Савва – молодая пара, они видели смерть, знают цену жизни. Савва серьезен не по годам, без памяти влюблен в свою Оленьку, трогательную и нежную, и уверен, что впереди долгая, счастливая жизнь. Надо лишь пережить трудные времена. Наши дни, Санкт-Петербург. Савва – коренной...
С Тамарой случилось худшее из возможного: она одержима была «Мастером и Маргаритой» — еще с Академии художеств, когда про́клятая книга как раз начала расходиться стотысячными тиражами. Савва и в молодости интуитивно считал этот роман гениальной гнусностью, который нанес бы, как ни странно, меньше вреда, будь опубликован сразу по написании и прочтен теми людьми, для которых — и с которых! — писался.
Весь ужас, по дьявольскому без кавычек плану, заключался в том, что доступна-то она стала интеллигентным, а следовательно, падким на «альтернативные мнения» читателям после десятилетий безбожной власти, когда мало кто мог подержать в руках настоящее Евангелие… И вот этим дремучим, полностью невежественным в религиозном отношении людям попал в руки еще недавно запрещенный — а значит, априори заслуживающий доверия! — текст.
Счастливые читатели упоенно изучали Евангелие «от Булгакова» и нравственные ориентиры брали из его же книги…
Верите ли вы, что судьбы людей, не просто незнакомых – разделенных целым веком, могут переплестись? И не только переплестись – отразиться друг в друге, словно в зеркале? 1918-й. Голодный, разоренный Петроград. Ольга и Савва – молодая пара, они видели смерть, знают цену жизни. Савва серьезен не по годам, без памяти влюблен в свою Оленьку, трогательную и нежную, и уверен, что впереди долгая, счастливая жизнь. Надо лишь пережить трудные времена. Наши дни, Санкт-Петербург. Савва – коренной...
Позже в его жизнь заходила Иоанна. Женщина без уменьшительного имени. Ни на Яну, ни на Жанну, ни, тем более, на Аню она не откликалась из принципа, гордо неся имя сожженной девы, как знамя. «А короткое ласковое имя можно тебе придумать?» — спросил однажды Савва в добрую минутку. «Кто любит — не поленится сделать несколько лишних движений языком», — отрезала строгая женщина.
Верите ли вы, что судьбы людей, не просто незнакомых – разделенных целым веком, могут переплестись? И не только переплестись – отразиться друг в друге, словно в зеркале? 1918-й. Голодный, разоренный Петроград. Ольга и Савва – молодая пара, они видели смерть, знают цену жизни. Савва серьезен не по годам, без памяти влюблен в свою Оленьку, трогательную и нежную, и уверен, что впереди долгая, счастливая жизнь. Надо лишь пережить трудные времена. Наши дни, Санкт-Петербург. Савва – коренной...
Савва долго не мог поверить, что это навсегда, звонил, извинялся, сам не зная, за что, и давал нелепые объяснения; ему казалось, что приключилась временная, ничтожная размолвка, которая вот-вот разрешится. Так иногда кажется в начале осени — что лето никуда не делось, просто нахмурилась на время погода, и солнце уже наготове, чтобы забежать утром в комнату и позвать купаться, — глядь, а уже середина октября…
Верите ли вы, что судьбы людей, не просто незнакомых – разделенных целым веком, могут переплестись? И не только переплестись – отразиться друг в друге, словно в зеркале? 1918-й. Голодный, разоренный Петроград. Ольга и Савва – молодая пара, они видели смерть, знают цену жизни. Савва серьезен не по годам, без памяти влюблен в свою Оленьку, трогательную и нежную, и уверен, что впереди долгая, счастливая жизнь. Надо лишь пережить трудные времена. Наши дни, Санкт-Петербург. Савва – коренной...
Их отношения не сложились: он ухитрился нанести Лидочке тяжкое — только годы спустя сам понял, насколько! — оскорбление, безо всякой задней мысли благодушно выразив уютное мнение, что, выйдя за него замуж и родив дитя, она естественным образом утратит необходимость в «сотворении чужих миров», потому что обретет собственный, счастливый и гармоничный, и сама удивится, как раньше могла страдать «из-за такой ерунды».
Верите ли вы, что судьбы людей, не просто незнакомых – разделенных целым веком, могут переплестись? И не только переплестись – отразиться друг в друге, словно в зеркале? 1918-й. Голодный, разоренный Петроград. Ольга и Савва – молодая пара, они видели смерть, знают цену жизни. Савва серьезен не по годам, без памяти влюблен в свою Оленьку, трогательную и нежную, и уверен, что впереди долгая, счастливая жизнь. Надо лишь пережить трудные времена. Наши дни, Санкт-Петербург. Савва – коренной...
Рыжее море питерских крыш спокойно рябило под палевым от жары небом; как степенные лайнеры или бригантины, дрейфующие без парусов, чуть подрагивая в утреннем мареве, словно готовые раствориться в кристальной прозрачности миражи, высились в разных местах несказанно прекрасные купола, колокольни и шпили. У Петербурга сегодня было редкое хорошее настроение.
Верите ли вы, что судьбы людей, не просто незнакомых – разделенных целым веком, могут переплестись? И не только переплестись – отразиться друг в друге, словно в зеркале? 1918-й. Голодный, разоренный Петроград. Ольга и Савва – молодая пара, они видели смерть, знают цену жизни. Савва серьезен не по годам, без памяти влюблен в свою Оленьку, трогательную и нежную, и уверен, что впереди долгая, счастливая жизнь. Надо лишь пережить трудные времена. Наши дни, Санкт-Петербург. Савва – коренной...
Хуже всего – тоска по несбыточному. Вечные «как бы…», «если бы, «могло бы быть…». Условное будущее, которое никогда не случится. Заветное желание, которое не исполнится.
Богам скучно, Боги заключают пари. Возненавидит ли парень девушку, которую любят все мужчины? Полюбит ли девушка парня, которого ненавидят все женщины?
Что сильнее – любовь или ненависть? Кто сильнее – Боги или люди?
— ...Персонал, Ален, — как бусины в украшении, чтобы композиция имела цену, нужно потратить время и тщательно подобрать каждую. В этом случае, в дальнейшем, можно спокойно делегировать и заниматься развитием, не возвращаясь к мелким проблемам.
Ожидания от совместной работы с главным врачом сети клиник "Эккерт-про" — высоченным красавчиком Тимуром Эккертом — нервные срывы, усталость, дискриминация по всем направлениям. А еще, учитывая слухи, мне стоит готовиться к давлению и даже домогательствам. Побочные эффекты в виде страсти и уж тем более всяких там нежных чувств — не ожидаются. Точнее, исключены полностью и не учтены в расчетах. Я, хирург Алена Евсеева, никогда не считала себя наивной. Все, чего я когда-либо хотела, — это...