Цитаты

Он объяснил: умеем ли мы читать и писать, никому неинтересно. Главное, что мы перед тем, как работать, должны заключить договор, чтобы у нас были права, ау него, хозяина, обязанности.

Дурни Вавилонские

Далия Трускиновская

Без чего нельзя обойтись в Древнем Вавилоне при строительстве легендарной башни? Конечно, без гастарбайтеров! И вот шестеро парней из далекой деревни завербованы для самой грязной и тяжелой работы — гонять тачки с глиной. Непросто придется простакам в сложном мире, особенно, если они не хотят ничему учиться. А башни возводятся и рушатся, а вокруг — обман и предательство, и терпению парней приходит конец…

– Ты солгал? – спросил изумленный Тахмад. – Да, я солгал, – гордо ответил Абад. – В этой проклятой башне нужно уметь лгать! Иначе в ней жить невозможно!

Дурни Вавилонские

Далия Трускиновская

Без чего нельзя обойтись в Древнем Вавилоне при строительстве легендарной башни? Конечно, без гастарбайтеров! И вот шестеро парней из далекой деревни завербованы для самой грязной и тяжелой работы — гонять тачки с глиной. Непросто придется простакам в сложном мире, особенно, если они не хотят ничему учиться. А башни возводятся и рушатся, а вокруг — обман и предательство, и терпению парней приходит конец…

Странно получается с этой правдой — нигде она не попадается в чистом виде.

Дурни Вавилонские

Далия Трускиновская

Без чего нельзя обойтись в Древнем Вавилоне при строительстве легендарной башни? Конечно, без гастарбайтеров! И вот шестеро парней из далекой деревни завербованы для самой грязной и тяжелой работы — гонять тачки с глиной. Непросто придется простакам в сложном мире, особенно, если они не хотят ничему учиться. А башни возводятся и рушатся, а вокруг — обман и предательство, и терпению парней приходит конец…

— Знаешь, Вагад, самый старший еще не значит самый умный.

Дурни Вавилонские

Далия Трускиновская

Без чего нельзя обойтись в Древнем Вавилоне при строительстве легендарной башни? Конечно, без гастарбайтеров! И вот шестеро парней из далекой деревни завербованы для самой грязной и тяжелой работы — гонять тачки с глиной. Непросто придется простакам в сложном мире, особенно, если они не хотят ничему учиться. А башни возводятся и рушатся, а вокруг — обман и предательство, и терпению парней приходит конец…

Вот взять человеческую ногу — как ее описать словами? Скажем, есть некое существо, которое никогда не видело человека, и как ему объяснить про ногу? Сказать, что из туловища внизу растет длинное, длинное, и сгибается сперва в одну сторону, потом в другую, и из него внизу растут пять коротких?

Дурни Вавилонские

Далия Трускиновская

Без чего нельзя обойтись в Древнем Вавилоне при строительстве легендарной башни? Конечно, без гастарбайтеров! И вот шестеро парней из далекой деревни завербованы для самой грязной и тяжелой работы — гонять тачки с глиной. Непросто придется простакам в сложном мире, особенно, если они не хотят ничему учиться. А башни возводятся и рушатся, а вокруг — обман и предательство, и терпению парней приходит конец…

Почему доверчивый человек не может жить в этом мире? Почему богам угодны только пронырливые и подозрительные? Почему те, кто желает немногого, не получают ничего?

Дурни Вавилонские

Далия Трускиновская

Без чего нельзя обойтись в Древнем Вавилоне при строительстве легендарной башни? Конечно, без гастарбайтеров! И вот шестеро парней из далекой деревни завербованы для самой грязной и тяжелой работы — гонять тачки с глиной. Непросто придется простакам в сложном мире, особенно, если они не хотят ничему учиться. А башни возводятся и рушатся, а вокруг — обман и предательство, и терпению парней приходит конец…

«Православие, как и христианство в целом, не могло звать в небо, напротив, оно вбивало в голову — ваше место на Земле, и мечтать о небе и звёздах — кощунство». «Религией, доводящей гуманизм до маразма, стало христианство, и такие религии внушают уже отвращение, а не страх. Понимание биполярной природы мира пришло только двести пятьдесят лет назад. Подлинный ответ зарождающейся мракобесной идеологии, сейчас прославляющей смерть, а потом жизнь, вернее, непротивление злу насилием, идеология, которая учит не бояться ни жизни, ни смерти. Идеология веры в себя и в людей — в союз личности и общества, осознающая, что противоречие между личностью и обществом — главное внутреннее противоречие человечества. И только достижение всё совершенствующегося баланса между интересами личности и общества может создать справедливую, разумную и жизнеспособную систему».

Темное пламя

Андрей Михайлович Козлович

XXIII век. Множество вещей, предсказанных более чем два века назад мыслителем Эрф Ромом в романах «Туманность Андромеды» и «Час Быка», сбылись с пугающей точностью. Кроме одной: предсказания о великой войне, в которой погибнет не менее половины человечества. Звездолёт «Тантра», отправленный к планете Ирида, чьи передачи по Великому Кольцу внезапно оборвались, обнаруживает, что цивилизация на планете погибла. Учёные полагают, что виной тому были рискованные эксперименты иридиан с...

Но это воспоминание предшкольное, можно сказать, позднее. Самые ранние картинки похожи на слайды, поочередно вставляемые в проектор. Иногда они идут волнами, одна за другой.

Секретики

Пётр Алешковский

Петр Алешковский – прозаик, историк, автор многих книг, в том числе «Крепость» (премия «Русский Букер»), «Рыба», «Арлекин». «Секретики» – непридуманный роман воспитания. Это книга о детстве и юности, о взрослении, которое пришлось на 1960–1970-е годы. Московские дворы и советская школа, подростковые бунты и семейные тайны, джинсы и пластинки «Битлз»… Автор исследует прошлое и «секретики», положенные до времени под стекло.

Парты были старые, с откидными крышками, наклоненными к сидящему, с полочкой, где располагались специальные желобки для ручек и карандашей и отверстия для стеклянных чернильниц-непроливаек.

Секретики

Пётр Алешковский

Петр Алешковский – прозаик, историк, автор многих книг, в том числе «Крепость» (премия «Русский Букер»), «Рыба», «Арлекин». «Секретики» – непридуманный роман воспитания. Это книга о детстве и юности, о взрослении, которое пришлось на 1960–1970-е годы. Московские дворы и советская школа, подростковые бунты и семейные тайны, джинсы и пластинки «Битлз»… Автор исследует прошлое и «секретики», положенные до времени под стекло.

С возрастом в тебе сохраняются лишь осколки пережитого, о которых ты до поры не вспоминаешь. Но стоит, например, открыть семейный альбом, как память просыпается и начинает работать, извлекая из своих тайников-“секретиков” подробности, как будто достает их из забытого на чердаке прабабкиного чемоданчика.

Секретики

Пётр Алешковский

Петр Алешковский – прозаик, историк, автор многих книг, в том числе «Крепость» (премия «Русский Букер»), «Рыба», «Арлекин». «Секретики» – непридуманный роман воспитания. Это книга о детстве и юности, о взрослении, которое пришлось на 1960–1970-е годы. Московские дворы и советская школа, подростковые бунты и семейные тайны, джинсы и пластинки «Битлз»… Автор исследует прошлое и «секретики», положенные до времени под стекло.

Из меня любовница, как оливье без огурцов и майонеза.

Ты похожа на старое, потрепанное одеяло. Так что можешь расслабиться... Мне больше ро душе девушки из высшего общества. А не ширпотреб на базаре.

— Обида приносит больше боли обиженному, чем обидчику. Не дает полной жизнью жить.

Мой бывший враг

Дарья Вознесенская

Он предал меня дважды. Первый раз - когда соблазнил ради игры, о чем я узнала не сразу. Второй - когда вышвырнул из своей жизни, потому что поверил лжи. А сегодня он сидит за столом рядом с моим вновь обретенным отцом и называет себя его другом. Но его глаза все так же холодны и жестоки, и когда на меня обрушиваются неприятности, я сразу понимаю - он их единственный источник. И сделает все, чтобы сломить меня. Вот только Илья Каримов не знает, что я теперь намного сильнее. И больше не позволю...

Твои родные - ты и пугайся.

Некромантия - зло!

Лина Элевская

Представьте себе, что вы влюбились по уши в некроманта. Да не просто некроманта, а блистательного мастера-некроманта всея Академии магических наук, самого (произносить с восхищенным придыханием) Рэндара Даэрса… И ещё как влюбились — до дрожи в поджилках, восторженного любования и неспособности связно мыслить. Представили? А мне и представлять не надо. Моя размеренная до того момента жизнь превратилась в невнятный фарс с ним в главной роли. И главное — если мне самой, девчонке-второкурснице с...

- знаешь, как заставить Бога смеяться? - спросила она. - Что? - удивилась я, не понимая, как это связано с моим желанием переехать в Миссулу. - Рассказать ему о своих планах, - воскликнула она. - хочешь заставить Бога смеяться, расскажи ему о своих планах!

Уборщица. История матери-одиночки, вырвавшейся из нищеты

Стефани Лэнд

Стефани 28 лет, и она отчаянно пытается вырваться из родного городка, чтобы исполнить свою мечту: поступить в университет и стать писательницей. Ее планы прерываются неожиданной беременностью и судебным разбирательством с отцом ребенка. С этого дня Стефани – нищая и бездомная мать-одиночка, которая может рассчитывать только на себя. Никто, включая ее собственных родителей, не может ей помочь. На протяжении нескольких тяжелых лет Стефани пытается дать надежный дом своей дочке Мие, выживая на...

Терпеть недомогание и боль стало моим обычным состоянием. Но почему у моих клиентов возникали те же проблемы? Казалось бы, доступ к качественной пище, членство в фитнес-клубах и дорогие врачи гарантировали человеку здоровье. Наверное, стресс от обладания двухэтажным домом, неудачного брака и поддержания иллюзий собственного величия разрушал их организмы так же, как бедность — мой.

Уборщица. История матери-одиночки, вырвавшейся из нищеты

Стефани Лэнд

Стефани 28 лет, и она отчаянно пытается вырваться из родного городка, чтобы исполнить свою мечту: поступить в университет и стать писательницей. Ее планы прерываются неожиданной беременностью и судебным разбирательством с отцом ребенка. С этого дня Стефани – нищая и бездомная мать-одиночка, которая может рассчитывать только на себя. Никто, включая ее собственных родителей, не может ей помочь. На протяжении нескольких тяжелых лет Стефани пытается дать надежный дом своей дочке Мие, выживая на...

Самым неприятным в зависимости от государственных дотаций было то, что они превращались в штрафы, стоило нашей жизни немного наладиться. Если я превышала нижнюю планку доходов хоть на пару долларов, то теряла сотни в виде пособий. Мне не оставляли возможности накопить денег. Система держала меня в тисках, топила, не давая выбраться на поверхность.

Уборщица. История матери-одиночки, вырвавшейся из нищеты

Стефани Лэнд

Стефани 28 лет, и она отчаянно пытается вырваться из родного городка, чтобы исполнить свою мечту: поступить в университет и стать писательницей. Ее планы прерываются неожиданной беременностью и судебным разбирательством с отцом ребенка. С этого дня Стефани – нищая и бездомная мать-одиночка, которая может рассчитывать только на себя. Никто, включая ее собственных родителей, не может ей помочь. На протяжении нескольких тяжелых лет Стефани пытается дать надежный дом своей дочке Мие, выживая на...

Нет ничего больнее, чем разочароваться в том, кто казался самим совершенством.

Некромантия - зло!

Лина Элевская

Представьте себе, что вы влюбились по уши в некроманта. Да не просто некроманта, а блистательного мастера-некроманта всея Академии магических наук, самого (произносить с восхищенным придыханием) Рэндара Даэрса… И ещё как влюбились — до дрожи в поджилках, восторженного любования и неспособности связно мыслить. Представили? А мне и представлять не надо. Моя размеренная до того момента жизнь превратилась в невнятный фарс с ним в главной роли. И главное — если мне самой, девчонке-второкурснице с...

Люди часто судят по себе.

Некромантия - зло!

Лина Элевская

Представьте себе, что вы влюбились по уши в некроманта. Да не просто некроманта, а блистательного мастера-некроманта всея Академии магических наук, самого (произносить с восхищенным придыханием) Рэндара Даэрса… И ещё как влюбились — до дрожи в поджилках, восторженного любования и неспособности связно мыслить. Представили? А мне и представлять не надо. Моя размеренная до того момента жизнь превратилась в невнятный фарс с ним в главной роли. И главное — если мне самой, девчонке-второкурснице с...

Своя тупость отличается от чужой тем, что ты её не замечаешь.

Страшно когда человек болен! Болен ненавистью, завистью, злобой. Эти чувства разъедают его изнутри. Разрушают его сознание, губят душу. Они становятся смыслом его жизни, руководят его поступками. И нет лекарства от этой болезни!

Нет ничего бесполезней, чем доносить миру о своей гениальности, из своих собственных уст… Время как премьер-министр Бога — лишь усмехается ехидно в данном случае. Ну и флаг Ему, значит.

Благодать может унести конкретно, особо тонких чувственных душ. Если, конечно, они не курят траву.

«Между нами все порвато и тропинка затоптата. Отдавай мою игрушку, не садись на мой горшок...»

Женщины в любом мире одинаковы. Бьют их, издеваются, но стоит полиции взять обидчика в оборот, как просыпается жалость.