Цитаты

288820
Откуда-то, очень издалека, пришла мысль: нечто подчиняет меня себе. Казалось, это была даже не его собственная мысль, а словно бы кто-то другой подумал об опасности. Лэнсинг хотел предупредить Мэри, но, еще не успев закричать, превратился в другое существо.Его рост составлял несколько световых лет, и каждый его шаг измерялся триллионами миль. Он высился над Вселенной — полупрозрачный, разреженный, сверкающий и переливающийся блестками в ослепительном сиянии хоровода солнц. Планеты казались всего лишь скрипящим под ногами гравием. Черную дыру, оказавшуюся у него на пути, он отшвырнул как футбольный мяч и, протянув руку, сгреб полдюжины квазаров, нанизал их на звездный свет, повесил ожерельем себе на шею.Он взбирался на гору из звезд; карабкаясь по крутому склону, он столкнул несколько светил, и те с грохотом полетели вниз, вертясь и подпрыгивая; они, наверное, скатились бы до основания горы, если бы у горы было основание.Наконец он добрался до вершины и встал там, устойчивости ради расставив ноги. Вся Вселенная, от края до края, лежала перед ним. Лэнсинг погрозил ей кулаком и бросил, выкрикнул вызов Вечности, и дальние закоулки бесконечности эхом отозвались на его крик.Отсюда ему был виден конец времени и пространства. Он вспомнил, как когда-то хотел узнать, что лежит за их пределами. Ну вот, теперь он узнал, и поделом ему. Потеряв равновесие, он, кувыркаясь, полетел вниз и, достигнув подножия горы (которого на самом деле не существовало), распластался в межзвездной пыли и газе, вздымавшихся вокруг подобно волнам бурного моря и безжалостно швырявших его тело. Вспомнив увиденное за пределами времени и пространства, он застонал. Это вернуло его к реальности. Лэнсинг снова стоял на металлической полосе, а по обеим сторонам от него паукообразные машины что-то тихо напевали.
Помимо нашего мира существует множество альтернативных миров. В результате необъяснимых событий совершенно разные люди (и не только) из разных миров (в том числе и с Земли 20 века) попадают в другое измерение. Там они должны пройти некое испытание, но какое — не знает никто из них…
«Как было бы здорово, если бы случилось что-нибудь вроде средневековой эпидемии чумы, которая в четырнадцатом веке унесла треть населения Европы. Или еще одна мировая война, или новый библейский потоп - что-нибудь, что заставило бы человечество начать сначала, уничтожило бы ошибки, которые мы наделали за последнее тысячелетие, дало бы возможность развиться новым социальным и экономическим принципам. Шанс избежать серости, шанс создать общество на более разумных началах. Система оплаты труда устарела, она неэффективна, а мы все еще цепляемся за нее...
Мы непременно поймем, что все усилия человечества бесполезны, поскольку направлены не туда, куда нужно. Столетиями мы заняты накоплением знаний во имя постижения истины - в той же рациональной манере, в какой алхимики искали способ превращения простых металлов в золото. Может обнаружиться, что все наши знания ведут в тупик, что после определенной точки все становится бессмысленным. В астрофизике мы как будто приближаемся к этой точке. Через несколько лет все старые и надежные теории пространства и времени могут лопнуть, оставив нас с бесполезными обломками и пониманием того, что все теории всегда были бесполезны. Не будет никакого смысла в дальнейшем изучении Вселенной. Может оказаться, что на самом деле не существует никаких универсальных законов природы, а все зависит от чистой случайности, если не хуже. Все лихорадочные научные исследования, все поиски знаний - не только об устройстве Вселенной, но и о других вещах - основаны на стремлении извлечь из них пользу. А имеем ли мы право стремиться к извлечению пользы для себя? Может быть, Вселенная нам ничего не должна?»
Помимо нашего мира существует множество альтернативных миров. В результате необъяснимых событий совершенно разные люди (и не только) из разных миров (в том числе и с Земли 20 века) попадают в другое измерение. Там они должны пройти некое испытание, но какое — не знает никто из них…
admin добавил цитату из книги «Каменные стражи» 6 лет назад
- Это моя работа. - И даже не понимаешь, зачем делаешь ее? - Ну, если так рассуждать, то большинство людей тоже этого не понимает.
Кто такой на самом деле Улисс Мур? Джейсон, Джулия и Рик вот-вот узнают это. Но коварные Обливия и Манфред, оставшиеся в живых после очередного падения с утёса, тоже вот-вот осуществят свою мечту: проникнут на виллу «Арго» и пройдут сквозь Дверь времени. Чтобы остановить их, ребятам нужно найти Блэка Вулкана, старого друга Улисса, который водил поезда в Килморской бухте, и завладеть Первым ключом. Их ожидает новое путешествие. На этот раз в двенадцатый век, в Сад вечной молодости. Перед вами...
admin добавил цитату из книги «Каменные стражи» 6 лет назад
- А ветер это воображение, которое может отправиться путешествовать как угодно. И ветер этот потом затихает и придаёт песку определённые очертания.
Кто такой на самом деле Улисс Мур? Джейсон, Джулия и Рик вот-вот узнают это. Но коварные Обливия и Манфред, оставшиеся в живых после очередного падения с утёса, тоже вот-вот осуществят свою мечту: проникнут на виллу «Арго» и пройдут сквозь Дверь времени. Чтобы остановить их, ребятам нужно найти Блэка Вулкана, старого друга Улисса, который водил поезда в Килморской бухте, и завладеть Первым ключом. Их ожидает новое путешествие. На этот раз в двенадцатый век, в Сад вечной молодости. Перед вами...
admin добавил цитату из книги «Обрыв» 6 лет назад
Отчего другим по три раза в день приходится тошно жить на свете, а Вам нет?
Классика русской реалистической литературы, ценимая современниками так же, как «Накануне» и «Дворянское гнездо» И. С.Тургенева. Блестящий образец психологической прозы, рисующий общее в частном и создающий на основе глубоко личной истории подлинную картину идей и нравов интеллектуально-дворянской России переломной эпохи середины XIX века.
admin добавил цитату из книги «Обрыв» 6 лет назад
"Делать все самой" она называла смотреть, чтоб все при ней делали.
Классика русской реалистической литературы, ценимая современниками так же, как «Накануне» и «Дворянское гнездо» И. С.Тургенева. Блестящий образец психологической прозы, рисующий общее в частном и создающий на основе глубоко личной истории подлинную картину идей и нравов интеллектуально-дворянской России переломной эпохи середины XIX века.
admin добавил цитату из книги «Обрыв» 6 лет назад
"Да умна ли она? Ведь у нас часто за ум, особенно у женщин, считают одну только, донельзя изощренную низшую его степень — хитрость, и женщины даже кичатся, что владеют этим тонким орудием; этим умом кошки, лисы, даже некоторых насекомых! Это пaссивный ум, способность таиться, избегать опасности, прятаться от силы, от угнетения".
"Такой умок выработала себе между прочим, в долгом угнетении, обессилевшая и рассеянная целая еврейская нация, тайком пробиравшаяся сквозь человеческую толпу, хитростью отстаивавшая свою жизнь, имущество и свои права на существование".
"Этот умок помогает с успехом пробавляться в обиходной жизни, делaть мелкие делишки, прятать грешки и т. д. Но когда женщинам возвратят их права — эта тонкость, полезная в мелочах и почти всегда вредная в крупных, важных делах, уступит место прямой человеческой силе — уму".
Классика русской реалистической литературы, ценимая современниками так же, как «Накануне» и «Дворянское гнездо» И. С.Тургенева. Блестящий образец психологической прозы, рисующий общее в частном и создающий на основе глубоко личной истории подлинную картину идей и нравов интеллектуально-дворянской России переломной эпохи середины XIX века.
admin добавил цитату из книги «Обрыв» 6 лет назад
"Уменье жить" ставят в великую заслугу друг другу, то есть "казаться", с правом в действительности "не быть" тем, чем надо быть. А уменьем жить называют уменье - ладить со всеми, чтоб хорошо и другим, и самому себе, уметь таить дурное и выставлять, что годится - то есть приводить в данный момент нужные для этого свойства в движение, как трогать клавиши, большею частию не обладая самой музыкой.
Классика русской реалистической литературы, ценимая современниками так же, как «Накануне» и «Дворянское гнездо» И. С.Тургенева. Блестящий образец психологической прозы, рисующий общее в частном и создающий на основе глубоко личной истории подлинную картину идей и нравов интеллектуально-дворянской России переломной эпохи середины XIX века.
admin добавил цитату из книги «Обрыв» 6 лет назад
- А помнишь: председатель в палате? Мы с тобой заезжали к нему, когда ты после гимназии приехал сюда, - и не застали. А потомон в деревню уехал; ты его и не видал. Тебе надо съездить к нему: его все уважают и боятся, даром что он в отставке…
- Черт с ним! Что мне за дело до него! - сказал Райский.
- Ах, Борис, Борис, - опомнись! - сказала почти набожно бабушка. - Человек почтенный…
- Чем же он почтенный?
- Старый, серьезный человек, со звездой!
Райский засмеялся.
- Чему смеешься?
- Что значит «серьезный»? - спросил он.
- Говорит умно, учит жить, не запоет: ти, ти, ти да та, та, та. Строгий: за дурное осудит! Вот что значит серьезный.
- Все эти «серьезные» люди - или ослы великие, или лицемеры! - заметил Райский. - «Учит жить»: а сам он умеет ли жить?
- Еще бы не умел! нажил богатство, вышел в люди…
- Иной думает у нас, что вышел в люди, а в самом-то деле он вышел в свиньи…
Классика русской реалистической литературы, ценимая современниками так же, как «Накануне» и «Дворянское гнездо» И. С.Тургенева. Блестящий образец психологической прозы, рисующий общее в частном и создающий на основе глубоко личной истории подлинную картину идей и нравов интеллектуально-дворянской России переломной эпохи середины XIX века.
admin добавил цитату из книги «Обрыв» 6 лет назад
Без жертв, без усилий и лишений нельзя жить на свете: жизнь — не сад, в котором растут только одни цветы.
Классика русской реалистической литературы, ценимая современниками так же, как «Накануне» и «Дворянское гнездо» И. С.Тургенева. Блестящий образец психологической прозы, рисующий общее в частном и создающий на основе глубоко личной истории подлинную картину идей и нравов интеллектуально-дворянской России переломной эпохи середины XIX века.
По какому-то американскому закону будущее гражданство ребенка ставилось под вопрос, если он рождался за границей, а один из родителей не был американцем.
Книга лауреата Пулитцеровской премии, видного американского дипломата, посла в СССР с 1954-го по 1963 г., аналитика, советолога, автора многочисленных трудов по американской дипломатии и внешней политике, повествует о сложном с точки зрения развития ситуации в Европе периоде мировой истории: канун Второй мировой войны, крупные военные конфликты, послевоенный передел Европы и противостояние двух политических систем. Автор представляет свое мнение о происходившем, дает яркие, хотя отчасти спорные...
Джозеф Кеннеди считался в дипломатических кругах неприятным человеком, а его сын тогда не имел вовсе никакого официального статуса. Идея же, что он может «ознакомиться с ситуацией на континенте», с которой мы и так старались ознакомить всех, кого положено, была, с нашей точки зрения, полной нелепостью. С какой стати мы, занятые люди, должны были организовывать это путешествие?Если бы кто-нибудь сказал мне тогда, что этот «сомнительный» молодой человек станет в дальнейшем американским президентом, а я сам как дипломат буду с удовольствием служить ему, я бы в это ни за что не поверил.
Книга лауреата Пулитцеровской премии, видного американского дипломата, посла в СССР с 1954-го по 1963 г., аналитика, советолога, автора многочисленных трудов по американской дипломатии и внешней политике, повествует о сложном с точки зрения развития ситуации в Европе периоде мировой истории: канун Второй мировой войны, крупные военные конфликты, послевоенный передел Европы и противостояние двух политических систем. Автор представляет свое мнение о происходившем, дает яркие, хотя отчасти спорные...
Нет ничего более противного природе, чем пытаться удержать в повиновении отдаленные провинции». Ни одна нация не является настолько великой, чтобы установить мировое господство.
Книга лауреата Пулитцеровской премии, видного американского дипломата, посла в СССР с 1954-го по 1963 г., аналитика, советолога, автора многочисленных трудов по американской дипломатии и внешней политике, повествует о сложном с точки зрения развития ситуации в Европе периоде мировой истории: канун Второй мировой войны, крупные военные конфликты, послевоенный передел Европы и противостояние двух политических систем. Автор представляет свое мнение о происходившем, дает яркие, хотя отчасти спорные...
Когда мы подъезжали к воротам Кремля, я услышал в машине чей-то хриплый голос: «Черт побери, да кто такой этот Сталин? Почему я должен с ним встречаться? Я, пожалуй, выйду». Я знал о проверке всех кандидатур на участие во встрече, о представлении всех паспортов в советский МИД и понимал, что отсутствие хотя бы одного из нас вызовет осложнения. Поэтому я твердо сказал нарушителю спокойствия: «Не выдумывайте! Вы будете сидеть здесь и останетесь со всеми». Однако когда мы уже въехали в Кремль, сопровождаемые двумя машинами с вооруженными людьми, я услышал, как тот же голос произнес: «А что, если я щелкну этого старикана по носу?!» Не помню, что я ответил ему, но никогда в жизни я не говорил с такой серьезностью, как в этом случае. С помощью более трезвых членов нашей делегации мне удалось усмирить нашего товарища, и он во время встречи со Сталиным вел себя прилично.
Книга лауреата Пулитцеровской премии, видного американского дипломата, посла в СССР с 1954-го по 1963 г., аналитика, советолога, автора многочисленных трудов по американской дипломатии и внешней политике, повествует о сложном с точки зрения развития ситуации в Европе периоде мировой истории: канун Второй мировой войны, крупные военные конфликты, послевоенный передел Европы и противостояние двух политических систем. Автор представляет свое мнение о происходившем, дает яркие, хотя отчасти спорные...
admin добавил цитату из книги «Дающий» 6 лет назад
Мне было бы жаль любого, кто оказался там, где ему неуютно и он чувствует себя глупо.
Этот роман, написанный в редком для детской литературы жанре антиутопии, словно отвечает на невысказанные, но оттого не менее острые для подростков вопросы. Почему в мире так много жестокости и боли? Почему иногда так трудно отделить благо от зла? Что будет, если устроить мир «по справедливости», устранив все различия между людьми?
— Сейчас расскажу. В Италии, как полюбят кого, сразу и признаются, а еще ночью споют, чтоб любимая точно знала.— Вот дураки, спать мешают. А Италия, она где? Сразу за Смоленском или дальше?— Дальше, сразу за Францией.— Хранцию знаю. Сюда сами хранцузы приходили, но я маленькой была, не помню.— А еще в Италии мне цыганка гадала. «Любовь к рыженькой, — сказала, — тебя жизни лишит или сильно ранит».— Ах, вот, куда цыгане укатили! За Хранцию, стало быть. А по весне туточки проезжали. За вашей Италией дальше что есть?— Ничего! Только море.— Значить, цыгане вскорости возвращаться будут. Я все понять не могла — они то туда, то сюда. Теперь поняла — дойдут до моря и обратно.
Первая треть XIX века. Коварные убийцы уверены в своей безнаказанности. Нет еще дактилоскопии, баллистики и криминалистики, даже самые загадочные преступления расследуют малограмотные полицейские приставы или помещики-урядники. Им призваны помочь судебные медики, но протоколы вскрытий и токсикологических экспертиз мало интересуют следователей. Приват-доценту Медико-Хириргической академии Илье Тоннеру приходится самому изобличать злодея, отравившего князя Северского… *** Счастливый...
admin добавил цитату из книги «Римский орел» 6 лет назад
Человек так устроен, что везде приживается.
Для вольноотпущенника Квинта Лициния Катона, получившего римское гражданство из рук самого императора Клавдия, служба в армии — шанс занять достойное место в жизни. Однако для сослуживцев новобранец — «белая ворона», и выскочка из столицы вряд ли достоин служить под Серебряным орлом прославленного Второго легиона. В кровавых стычках с племенами германцев Катон завоевывает уважение товарищей. Но суровые испытания только начинаются. Легиону предстоит экспедиция на таинственный, окутанный...
admin добавил цитату из книги «Тайна двух океанов» 6 лет назад
Родина! Родина!
Страна счастья и радости, страна высоко поднявшего голову Человека! Как не рваться к тебе от всех красот земного шара, как не стремиться к тебе всеми фибрами напряженной души - к тебе, твоим тучным колхозным полям, к твоим мощным фабрикам и заводам, красивым, узорным городам, веселым, ликующим деревням! Вдали от тебя - и под толщами вод океанов - всюду чувствуешь врага, зажавшего под железной пятой миллионы братьев, лишенных радостей жизни, света науки и познания мира, лишенных счастья вольного, творческого труда, вынужденных собственными руками строить для себя оковы и тюрьмы!
Как не любить тебя, Родина!
Тебя, вырвавшую детей своих из нищеты и тьмы! Тебя, осенившую их шелковым знаменем коммунизма, построившую их же радостными руками новый, ликующий Мир для возрожденного в труде Человека!
Родина! Родина! Единственная, лучезарная! Страна счастья и радости! Весенний, цветущий сад!
Увлекательный приключенческий роман с элементами детектива о тайнах океанов и тайнах незримой войны. Подводная лодка "Пионер", конструкция и маршрут которой глубоко засекречены, неожиданно подбирает на льдине мальчика. Была ли судьба, жизнь или смерть советского мальчика тем «крайним случаем», который предусматривала инструкция высшего командования? И кто из экипажа передает координаты измененного маршрута врагу? Рисунки А. ВАСИНА и Б. МАРКЕВИЧА Оформление С. ПОЖАРСКОГО
admin добавил цитату из книги «Тайна двух океанов» 6 лет назад
Нет маленьких проблем. Каждая маленькая проблема является частью большой. И, не решив маленькую, провалишь большую!
Увлекательный приключенческий роман с элементами детектива о тайнах океанов и тайнах незримой войны. Подводная лодка "Пионер", конструкция и маршрут которой глубоко засекречены, неожиданно подбирает на льдине мальчика. Была ли судьба, жизнь или смерть советского мальчика тем «крайним случаем», который предусматривала инструкция высшего командования? И кто из экипажа передает координаты измененного маршрута врагу? Рисунки А. ВАСИНА и Б. МАРКЕВИЧА Оформление С. ПОЖАРСКОГО
– Хороший ты парень, Стас, только добрый слишком.– С чего это вдруг такие выводы?– Да по роже видно. Добрый и доверчивый. Хорошее в людях ищешь, а искать не нужно. Если что-то есть хорошее в человеке, то оно на поверхности все. Незачем его прятать-то. Искать плохое надо, это оно обычно хитро заныкано. Я тебе так скажу, в жизни нашей верить никому нельзя, ни хорошим, ни плохим. Друг предаст, баба бросит, наниматель любой на твою могилу плюнет и деньгам сэкономленным порадуется. Я лично только в две вещи верю и на них во всем уповаю. Еда и патроны. Вот без них не прожить, а все остальное – преходящее.
Анкета Главного Героя Ф.И.О.: при рождении не дано Возраст: точно не известен Пол: мужской Сексуальная ориентация: традиционная, женщин воспринимает исключительно как объекты удовлетворения естественных потребностей мужского организма Род занятий: охотник за головами и прочими частями тела, на усмотрение заказчика Отрицательные черты: безнравственен, психопатичен, склонен к садизму, убийца, каннибал Положительные черты: раскомплексован, умён, творчески одарён, философ, гурман Женщины,...
admin добавил цитату из книги «Остров масок» 6 лет назад
- Маска скрывает только черты лица, - задумчиво произнес Альберто. - И нужно немало постараться, чтобы скрыть душу.
Сенсация! Не может быть! Неужели загадочная Килморская бухта наконец-то найдена?! Перед вами четвертая часть дневника таинственно исчезнувшего Улисса Мура. Разгадка уже близко, а героев снова ждут невероятные приключения. На этот раз они оказываются в Венеции XVIII века. Им нужно найти Первый Ключ, а заодно узнать загадку Черного Гондольера, о котором, похоже, никто ничего не слышал…
admin добавил цитату из книги «Остров масок» 6 лет назад
- Проще всего обозвать нас ворами! А скажите мне, кто хоть однажды не воровал что-нибудь? - И прежде чем Нестор успел ответить, попрошайка добавил: - Ты разве никогда не воровал сердце девушки? Или время у кого-то, кому осталось жить меньше, чем тебе?
Сенсация! Не может быть! Неужели загадочная Килморская бухта наконец-то найдена?! Перед вами четвертая часть дневника таинственно исчезнувшего Улисса Мура. Разгадка уже близко, а героев снова ждут невероятные приключения. На этот раз они оказываются в Венеции XVIII века. Им нужно найти Первый Ключ, а заодно узнать загадку Черного Гондольера, о котором, похоже, никто ничего не слышал…
admin добавил цитату из книги «Остров масок» 6 лет назад
- Это Шекспир, мальчик. Великий поэт хочет сказать, что иногда помнишь друзей лишь потому, что вспоминаешь, каким сам был в молодости.
Сенсация! Не может быть! Неужели загадочная Килморская бухта наконец-то найдена?! Перед вами четвертая часть дневника таинственно исчезнувшего Улисса Мура. Разгадка уже близко, а героев снова ждут невероятные приключения. На этот раз они оказываются в Венеции XVIII века. Им нужно найти Первый Ключ, а заодно узнать загадку Черного Гондольера, о котором, похоже, никто ничего не слышал…
Она хотела выговориться, как я почувствовал.— Как и все, как видите, поедаю вас глазами. И не могу отвести взгляд. Смотреть приятно. Мне очень хотелось вас увидеть и ради этого придумал получение медикаментов. Я даже не знал, что хочу. Захотелось увидеть вас — мою старшую сестру. Пожалуй, это настоящая правда. И если у сестры все хорошо, то и я рад, мне хорошо, а если у нее горе, то и мне плохо. Вижу, что вам сейчас очень плохо.— Мне очень плохо, вы верно угадали. Но мне никто не поможет, — она присела на скамейку и указала мне напротив, — присядьте. То, что я пережила за последнюю неделю, считала самым страшным за всю свою жизнь, но оказывается, что есть нечто и похуже. Извините, что разнюнилась, зачем вам мои заботы?— Я слушаю.— Нет, нет, нет. Хватит. Я и так слишком много сказала, — она встала, поднялся и я. — Нам пора. Меня ждут больные, и за вами должны подъехать. Извините еще раз. Неудобно, что мы уединились. Еще один повод для разговоров. Пошли.— Садитесь, Майя, и выслушайте меня. Садитесь. Больше такого шанса не будет. Вас добивается Максимов и добьется. У вас другого выхода не будет…— Откуда знаете!? Шепшелев наговорил? Сплетник! Хотя он сказал правду, — и расплакалась по-детски: руки на столе с сжатыми кулачками, голова на руках и содрогается в рыданиях всем телом. Пилотка упала с головы, короткие волосы, тонкая, почему-то длинная худая шея, лопатки и сдавленные рыдания. Какой сникшей, беспомощной была она в эти минуты. Видно, накопившиеся переживания, тревога, все пережитое и неотвратимость ожидаемого нашли выход в этих рыданиях. Я дотронулся рукой ее плеча, погладил, потрепал нежно волосы и произнес:— Поплачьте, поплачьте — легче станет. Надо выплакаться.Рыдания стали более звучные, со стенаниями, тело еще больше стало содрогаться. Наконец стала успокаиваться, полезла в карман халата, вытащила кусок марли, стала вытирать слезы, сморкаться, всхлипывая проговорила:— Извините, надо же так раскиснуть, извините, как я расклеилась… ну и размазня. Тысячу раз простите.— Вы меня не дослушали. Выслушайте! Максимов уже старый человек. У него есть семья, дети, возможно и внуки.— Не оскорбляйте меня, — и опять расплакалась, — вы хоть не оскорбляйте!— Прошу выслушать меня. Ваша связь с ним будет бесстыдством и позором, и я предлагаю выход, если не хотите стать его «пэпэже». Уверен, что пока не стали.Она уставилась на меня:— Застрелюсь, убью себя, но не стану потаскухой.
Хотя дневники на фронте были под полным запретом, автор вел ежедневные записи на протяжении всего 1942 года. Этот уникальный документ — подробная летопись Сталинградской битвы, исповедь ветерана 254-й танковой бригады, прошедшей решающее сражение Великой Отечественной от донских степей до волжских откосов и от ноябрьского контрнаступления Красной Армии до отражения деблокирующего удара Манштейна и полной ликвидации «котла». За 200 дней и ночей Сталинградского побоища бригада потеряла более 900...
Далеко за полдень, в один из своих приездов, ко мне подошел Костя и сказал:— Поедешь со мной по одному делу.— Куда и зачем? — спросил я.— Пошли, увидишь, — повернулся и пошел к стоянке машин, по дороге добавил: — Машина с людьми опрокинулась. Надо оказать помощь.— Доложу командиру.— Я уже доложил ему, что захвачу тебя.И он повел меня к стоянке машин, подошел к мотоциклу, взял автомат.— Садись в коляску.— Пойду за комплектом с медикаментами.— Садись. Обойдемся сумкой.Сел в коляску, прикрылся брезентом. Рванул в сторону и повез меня в степь. Минут через сорок-час подъехали к какому-то населенному пункту.— Куда все-таки едем? — еще раз спросил я.— Узнаешь, пока сиди спокойно и без вопросов, — ответил он. Въехали в населенный пункт, повез по безлюдным переулкам. Видно, потерял ориентировку. Развернулся, выехал назад к окраине и повез меня в другой переулок, подъехал к воротам. За забором был небольшой дворик с цветником, кустарником. Выключил зажигание мотоцикла, открыл калитку. «Пошли за мной», — и повел по аккуратной дорожке к длинному дому, подошел к двери, верхняя половина которой была застеклена. Вывеску этого здания не заметил, а на дверях была табличка с указанием времени приема больных. Это была какая-то амбулатория. Дверь не поддавалась — была закрыта внутренним замком. Несколько раз с силой нажал на ручку, потом выломал замок. Повел меня внутрь по коридору, завел в кабинет и стал перед застекленным шкафом. Пытался его открыть, но он был закрыт на замок.— Посмотри, есть ли тут лекарства от триппера.— Надписи через стекло не видны, — сказал я и добавил: — Надо спросить у дежурного. Кто-то должен здесь быть.Не снимая автомат, Костя прикладом разбил стекло шкафа. Осколки стекла с резким треском рассыпались вокруг. Казалось, взорвался снаряд. Я оторопело уставился на него: до того неожиданно все это получилось.— Ты что? Быстро возьми, что надо, и едем.Среди осколков я нашел красный стрептоцид в двух стеклянных трубочках, марганцовокислый калий, взял кружку Эсмарха с наконечниками для спринцевания, ножницы.— Больше подходящего ничего нет, — пробормотал я.— Пошли! — скомандовал он и направился к выходу. Я засеменил за ним, еще не осознав, что произошло и участником чего я оказался. У выхода мы столкнулись с каким-то пожилым человеком, спешившим из глубины двора, возможно, со сторожем.— Зачем ворвались в поликлинику? Что вам там нужно было? — воскликнул он. — Дверь же закрыта, как вы смели взломать ее?!— Нужно было, папаша! — ответил Наумов и быстро вышел на улицу, завел мотоцикл. Я едва успел вскочить в коляску, как машина рванулась с места и понеслась в обратный путь. Не мог прийти в себя от случившегося. В руках держал кружку Эсмарха, заполненную наконечниками и лекарствами. Наконец спросил Костю:— Что же мы натворили, что о нас подумают?— Война все спишет, — последовал ответ. — Об этом никому ни слова, если не хочешь попасть в беду.— Какая ты сволочь! И меня втянул в эту мерзость, — только и смог ему ответить.Было противно от содеянного, от участия в этом, от соприкосновения с Наумовым. Что он за человек? Нам вместе предстоит жить, общаться, воевать. Он на все способен.
Хотя дневники на фронте были под полным запретом, автор вел ежедневные записи на протяжении всего 1942 года. Этот уникальный документ — подробная летопись Сталинградской битвы, исповедь ветерана 254-й танковой бригады, прошедшей решающее сражение Великой Отечественной от донских степей до волжских откосов и от ноябрьского контрнаступления Красной Армии до отражения деблокирующего удара Манштейна и полной ликвидации «котла». За 200 дней и ночей Сталинградского побоища бригада потеряла более 900...