– Перестань бегать. У меня в голове уже мелькает, – устало буркнул Ингирд, валявшийся с ногами на диване в покоях друга. – Что еще она сказала
– Это я тоже поняла… и тоже хочу тебе сказать честно: люди Бенгальда нашли тот флакон… прости, но это его дело – проверить твои вещи. И там давно вода
– Я же не ваша нервная фрейлина, – хмыкнула сеньорита. – Не волнуйтесь, обращаться с такими вещами умею. Иногда это очень трудно и печально… что не можешь никому поверить до конца… и, наверное, я чуточку слукавила… вы правы. Но посадить себя в клетку я не позволю никому… даже если мне будет еще больнее
Я знаю, – мягко сказала королева, – теперь я много про тебя знаю. Все, что сказали соседи, монахини и девушки, что жили с тобой в приюте. И у меня впечатление, что было две Илли, одна жила в том городке, другая приехала во дворец Канда
– Дьявол, Инг, да при чем тут что она сказала? Меня била как плетью горечь ее голоса, ее боль… Великие духи… я столько раз приговаривал всяких жуликов к порке, а сегодня явственно почувствовал себя так, словно выпороли меня
Принц отшвырнул стул, нервно прошелся по комнате и упал в кресло. Говорить о том, что он испытал, было невыносимо даже с лучшим другом, знавшим о нем, кажется, все
– Дьявол… как ты умеешь все испортить… – расстроился Кандирд, но слов для доказательств своей правоты не находил. – Ну развлекаются же как-то другие сеньоры… и не скучают
– Например, ее величество, – поддакнул баронет, – куда ни приедешь, она уже там. А ведь ей уже… боюсь сказать вслух. Хотя выглядит она почти вдвое моложе. Почему бы твоему отцу не запретить ей мотаться по стране и лезть во все интриги? Пусть сидит и все время вышивает, а то во дворце всего три тысячи подушечек
Перед мысленным взглядом упрямо стояла стройная фигура принца в светло-сером колете и голубой рубашке, и Иллире вновь хотелось заплакать, когда эта фигура решительно шагала к двери длинными ногами, затянутыми в темно-серые штаны и фасонные сапоги из мягкой кожи
Короткий стук прервал ее размышления, и сеньорита торопливо провела платочком по щекам, искренне удивляясь их влажности, – ну ведь не хотела же
– Граф Юдренти с другом. Но куда это ты ринулся? Они уже на том свете. Бенгальд их сразу отловил и посадил в тюрьму, а через несколько часов она взорвалась
Сразу возле входа скучал охранник, увешанный оружием, и Илли очень понравилось, что он не вскочил и не занервничал, завидев начальство. Да и вообще не пошевелился, только смерил принца и пришедшую с ним сеньориту бдительным взглядом
Незаметная дверь в служебный коридор обнаружилась на первом этаже недалеко от центральной лестницы, и, пропустив Илли в эту дверь, третий принц локтя больше не подставил. Да и неудобно было ходить под ручку по этому узкому, обитому потемневшим от времени деревом коридору
В коридоре его третье высочество молча подставил сеньорите локоть, и она покорно положила на него пальчики и состроила учтивое выражение лица. Это все же дворец, и каждый встречный, обнаружив, что они бегут рядом с сосредоточенными физиономиями, сразу начнет подозревать что-то такое, чего и близко не было. Но что гораздо хуже, пойдет делиться своими измышлениями с другими, особенно если этот встречный окажется одной из фрейлин.– Граф Юдренти с другом. Но куда это ты ринулся? Они уже на том свете. Бенгальд их сразу отловил и посадил в тюрьму, а через несколько часов она взорвалась.
На лице воина не мелькнуло ни ухмылки, ни недоброго соображения, он только серьезно кивнул и снова отвернулся к входной двери
Эту сеньориту всегда пропускать, – ни на секунду не остановившись возле охранника, бросил Бенгальд, отпирая соседнюю дверь, – меня нет
Комната, в которую они вошли, оказалась кабинетом Бенгальда, но за стол он не сел и никаких дел Илли не дал. Просто дернул шнурок два раза, потом еще три и повернулся к сеньорите
– Извините… ваше величество, но месть – это блюдо тайное, – сеньорита упрямо смотрела на жующего мясо Бенгальда и так же упрямо не обращала внимания на сердито сопящего Кандирда
– Вы меня опередили, Интария, – с любопытством поддакнул жене король. – Я как раз хотел спросить: у нас тайные агенты закончились
– Я Сарта, – приведя Илли в большую комнату, заставленную шкафами, сообщила женщина и открыла перед девушкой еще одну, узкую, дверцу в небольшую комнатку, скорее даже каморку. – Снимайте там ваше платье, сейчас дам костюм. Носили мужскую одежду
Нет никого более жалкого, чем человек объясняющий собственную шутку.
Человек, который умеет сострадать другим людям, всегда заслуживает второго шанса.
Человек, что не смотрит вперёд, глотает пыль от чужих сапог.
Забавно, что единственное, в чём мы уверены в жизни, - это смерть.
Не важно, как ты прожил свою жизнь. Не имеет значения, был ли ты богат, чего ты достиг, кого ты знал и какие надежды питал. В конце всех нас ждёт одно и то же - все мы умираем.
Вещи имеют значение, только если ты им позволишь. Люди имеют значение, только если ты им позволишь.