Цитаты

Я всегда знал, что лес живой. Проведя доста- точно времени рядом с ним, я окончательно убедился в этом. Каждый шорох, каждый треск ветки — дыхание его. Голос его — ветер, про- носящийся сквозь пышные кроны. Мысли его — корни, уходящие глубоко в землю. Лес хранит вековые тайны, укрывает прошлое и видит будущее. Он не знает смерти. Времени для него не существует. Жизнь его — бесконечный цикл.

Светлая книга. Ученик паладина

Дэниэл Кахелин

Юный Элидар – ученик паладина. Еще 2 дня – и он сам будет принят в Светлый орден. Но все надежды рушатся, когда Тени убивают его наставника и начинают охоту на него самого. Мистический город, замок вампиров, таверна на краю времен… его ждут самые темные уголки этого мира и человеческой души. Но как поступить, если Свет не всегда означает добро, а Тьма – не обязательно зло? В чем же тогда истина? Как выиграть сражение за этот мир? «Светлая книга» – часть трилогии, в состав которой также входят...

Идя по дороге, лишенной следов, — говорил он, — легко заблудиться. Но человек, следующий Свету, никогда не заблудится во Тьме

Светлая книга. Ученик паладина

Дэниэл Кахелин

Юный Элидар – ученик паладина. Еще 2 дня – и он сам будет принят в Светлый орден. Но все надежды рушатся, когда Тени убивают его наставника и начинают охоту на него самого. Мистический город, замок вампиров, таверна на краю времен… его ждут самые темные уголки этого мира и человеческой души. Но как поступить, если Свет не всегда означает добро, а Тьма – не обязательно зло? В чем же тогда истина? Как выиграть сражение за этот мир? «Светлая книга» – часть трилогии, в состав которой также входят...

Не так важны доспехи, как тот, кто их носит.

Светлая книга. Ученик паладина

Дэниэл Кахелин

Юный Элидар – ученик паладина. Еще 2 дня – и он сам будет принят в Светлый орден. Но все надежды рушатся, когда Тени убивают его наставника и начинают охоту на него самого. Мистический город, замок вампиров, таверна на краю времен… его ждут самые темные уголки этого мира и человеческой души. Но как поступить, если Свет не всегда означает добро, а Тьма – не обязательно зло? В чем же тогда истина? Как выиграть сражение за этот мир? «Светлая книга» – часть трилогии, в состав которой также входят...

Есть много мест, где я хотел бы жить, и много времен, в которых я хотел бы жить; и если слушать музыку, сочиненную в те времена и в тех местах, где я никогда не жил, — это, по-моему, самый хороший вариант из имеющихся. Думается, истории в таком деле тоже помогают. Дают нам новые дома.

Очень странные увлечения Ноя Гипнотика

Дэвид Арнольд

Ной Оукмен всегда хотел написать книгу. И у него было для этого все: талант, персонажи и толстая тетрадь. Единственное, чего ему не хватало, так это сюжета. Тяжело писать истории, когда с тобой происходят странные вещи, Ноя будто загипнотизировали… А что еще думать, когда ты вдруг начал видеть то, чего не замечал раньше? Он то ли сходит с ума, то ли взрослеет. И первое, и второе – не очень приятно. Но кажется, все это неплохой сюжет для книги.

Скажите, является ли человек по сути своей жестоким существом? Это правда, что мы опираемся на общий опыт человечества, который весь пронизан жестокостью? Если жить в заблуждении, думая, что тебя считают достойным человеком, можем ли мы когда-нибудь превратиться в ничего не значащее существо, в червяка, в животное, в кусок гнилого мяса? Потерять жизнь, подвергаться оскорблениям, испытывать унижения - разве в этом заключено главное предназначение человека, доказанное ходом истории?

Человеческие поступки

Хан Ган

В разгар студенческих волнений в Кванджу жестоко убит мальчик по имени Тонхо. Воспоминания об этом трагическом эпизоде красной нитью проходят сквозь череду взаимосвязанных глав, где жертвы и их родственники сталкиваются с подавлением, отрицанием и отголосками той резни. Лучший друг Тонхо, разделивший его участь; редактор, борющийся с цензурой; заключенный и работник фабрики, каждый из которых страдает от травматических воспоминаний; убитая горем мать Тонхо. Их голосами, полными скорби и...

Совесть. Да, совесть. Это самое страшное, что есть на свете.

Человеческие поступки

Хан Ган

В разгар студенческих волнений в Кванджу жестоко убит мальчик по имени Тонхо. Воспоминания об этом трагическом эпизоде красной нитью проходят сквозь череду взаимосвязанных глав, где жертвы и их родственники сталкиваются с подавлением, отрицанием и отголосками той резни. Лучший друг Тонхо, разделивший его участь; редактор, борющийся с цензурой; заключенный и работник фабрики, каждый из которых страдает от травматических воспоминаний; убитая горем мать Тонхо. Их голосами, полными скорби и...

Работа гарантирует тебе одиночество. Пока ты можешь как-то жить, крутясь в одном ритме с колесом рутины - работа, короткий сон, отдых, - тебе не нужно бояться того, что находится за пределами круга света.

Человеческие поступки

Хан Ган

В разгар студенческих волнений в Кванджу жестоко убит мальчик по имени Тонхо. Воспоминания об этом трагическом эпизоде красной нитью проходят сквозь череду взаимосвязанных глав, где жертвы и их родственники сталкиваются с подавлением, отрицанием и отголосками той резни. Лучший друг Тонхо, разделивший его участь; редактор, борющийся с цензурой; заключенный и работник фабрики, каждый из которых страдает от травматических воспоминаний; убитая горем мать Тонхо. Их голосами, полными скорби и...

Но я не знаю, что это за мир, куда человек уходит после своей смерти. Не знаю, есть ли там встречи и расставания, есть ли там лица и голоса, есть ли там радостные и печальные души.

Человеческие поступки

Хан Ган

В разгар студенческих волнений в Кванджу жестоко убит мальчик по имени Тонхо. Воспоминания об этом трагическом эпизоде красной нитью проходят сквозь череду взаимосвязанных глав, где жертвы и их родственники сталкиваются с подавлением, отрицанием и отголосками той резни. Лучший друг Тонхо, разделивший его участь; редактор, борющийся с цензурой; заключенный и работник фабрики, каждый из которых страдает от травматических воспоминаний; убитая горем мать Тонхо. Их голосами, полными скорби и...

Я прочитала интервью человека, выжившего после пыток, и в нем есть такие слова: "Этот опыт напоминает радиоактивное излучение". Радиоактивные вещества, впитавшиеся в кости и плоть человека, несколько десятков лет не выводятся из тела и видоизменяют его хромосомы. Клетки превращаются в раковые опухоли, угрожающие жизни. Даже если облученный человек умирает, даже если его тело сожгут, и останутся только кости, радиоактивное вещество не исчезает.

Человеческие поступки

Хан Ган

В разгар студенческих волнений в Кванджу жестоко убит мальчик по имени Тонхо. Воспоминания об этом трагическом эпизоде красной нитью проходят сквозь череду взаимосвязанных глав, где жертвы и их родственники сталкиваются с подавлением, отрицанием и отголосками той резни. Лучший друг Тонхо, разделивший его участь; редактор, борющийся с цензурой; заключенный и работник фабрики, каждый из которых страдает от травматических воспоминаний; убитая горем мать Тонхо. Их голосами, полными скорби и...

«Не слишком ли много крови пролилось? Как можно просто забыть об этом? Духи тех, кто покинул этот мир раньше нас, раскрыли глаза и внимательно следят за нами».

Человеческие поступки

Хан Ган

В разгар студенческих волнений в Кванджу жестоко убит мальчик по имени Тонхо. Воспоминания об этом трагическом эпизоде красной нитью проходят сквозь череду взаимосвязанных глав, где жертвы и их родственники сталкиваются с подавлением, отрицанием и отголосками той резни. Лучший друг Тонхо, разделивший его участь; редактор, борющийся с цензурой; заключенный и работник фабрики, каждый из которых страдает от травматических воспоминаний; убитая горем мать Тонхо. Их голосами, полными скорби и...

"Прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим". Как же так? Я ничего не прощаю и никакого прощения не жду.

Человеческие поступки

Хан Ган

В разгар студенческих волнений в Кванджу жестоко убит мальчик по имени Тонхо. Воспоминания об этом трагическом эпизоде красной нитью проходят сквозь череду взаимосвязанных глав, где жертвы и их родственники сталкиваются с подавлением, отрицанием и отголосками той резни. Лучший друг Тонхо, разделивший его участь; редактор, борющийся с цензурой; заключенный и работник фабрики, каждый из которых страдает от травматических воспоминаний; убитая горем мать Тонхо. Их голосами, полными скорби и...

В этом деле ты не мог понять одного: почему во время короткой траурной церемонии, которая проводилась без соблюдения формальностей, семьи погибших пели государственный гимн. Странным казалось тебе и то, что родственники обязательно разворачивали национальный флаг и, накрыв им крышку гроба, обвязывали веревкой, чтобы полотнище не слетело. Зачем людям, убитым военными, поют государственный гимн? Зачем их гробы накрывают флагом? Как будто их убило не государство.

Человеческие поступки

Хан Ган

В разгар студенческих волнений в Кванджу жестоко убит мальчик по имени Тонхо. Воспоминания об этом трагическом эпизоде красной нитью проходят сквозь череду взаимосвязанных глав, где жертвы и их родственники сталкиваются с подавлением, отрицанием и отголосками той резни. Лучший друг Тонхо, разделивший его участь; редактор, борющийся с цензурой; заключенный и работник фабрики, каждый из которых страдает от травматических воспоминаний; убитая горем мать Тонхо. Их голосами, полными скорби и...

Как за лицом скрывается то, что находится внутри человека? Как за ним скрываются бесчувственность, жестокость, убийства?

Человеческие поступки

Хан Ган

В разгар студенческих волнений в Кванджу жестоко убит мальчик по имени Тонхо. Воспоминания об этом трагическом эпизоде красной нитью проходят сквозь череду взаимосвязанных глав, где жертвы и их родственники сталкиваются с подавлением, отрицанием и отголосками той резни. Лучший друг Тонхо, разделивший его участь; редактор, борющийся с цензурой; заключенный и работник фабрики, каждый из которых страдает от травматических воспоминаний; убитая горем мать Тонхо. Их голосами, полными скорби и...

Варварство, присущее человеку изначально, в толпе проявляется сильнее

Человеческие поступки

Хан Ган

В разгар студенческих волнений в Кванджу жестоко убит мальчик по имени Тонхо. Воспоминания об этом трагическом эпизоде красной нитью проходят сквозь череду взаимосвязанных глав, где жертвы и их родственники сталкиваются с подавлением, отрицанием и отголосками той резни. Лучший друг Тонхо, разделивший его участь; редактор, борющийся с цензурой; заключенный и работник фабрики, каждый из которых страдает от травматических воспоминаний; убитая горем мать Тонхо. Их голосами, полными скорби и...

Среди зрелых российских режиссёров довольно распространено соображение, которое очень ясно выражается цитатой одного из худруков московского театра: "Очень часто слышу от режиссёров: "Я хочу себя выразить." Но кто мы такие, чтобы всё время выпячивать себя? Чем мы интересны? Выразите автора, Выразите эпоху, почувствуйте и передайте её "аромат", если, конечно, сумеете.

Нас всех тошнит. Как театр стал современным, а мы этого не заметили

Виктор Вилисов

Как так вышло, что приглашение пойти на спектакль теперь может привести вас на железнодорожный вокзал, заброшенный завод или автозаправку? Откуда на сцене появились роботы и куда исчезает сама сцена? Спектакли идут по несколько дней, а зритель часто вынужден сам в нём играть, и у него выходит лучше, чем у профессиональных актёров; вас водят по улицам и особнякам, предлагают потанцевать в метро, заполнить анкету и самим решить, что вы только что посмотрели. В танце могут стоять на месте, опера...

Российский театр продолжает изучать психологию гетеронормативной любви, тысячу раз пережёванные темы войны и смерти, не обращая внимания на самые актуальные изменения, которые с человеческой природой происходят прямо сейчас.

Нас всех тошнит. Как театр стал современным, а мы этого не заметили

Виктор Вилисов

Как так вышло, что приглашение пойти на спектакль теперь может привести вас на железнодорожный вокзал, заброшенный завод или автозаправку? Откуда на сцене появились роботы и куда исчезает сама сцена? Спектакли идут по несколько дней, а зритель часто вынужден сам в нём играть, и у него выходит лучше, чем у профессиональных актёров; вас водят по улицам и особнякам, предлагают потанцевать в метро, заполнить анкету и самим решить, что вы только что посмотрели. В танце могут стоять на месте, опера...

На смену театральности пришла перформативность и в значительной меньшей степени спектакулярность. Важно не что показывают, а как это происходит и к чему это может привести прямо сейчас.

Нас всех тошнит. Как театр стал современным, а мы этого не заметили

Виктор Вилисов

Как так вышло, что приглашение пойти на спектакль теперь может привести вас на железнодорожный вокзал, заброшенный завод или автозаправку? Откуда на сцене появились роботы и куда исчезает сама сцена? Спектакли идут по несколько дней, а зритель часто вынужден сам в нём играть, и у него выходит лучше, чем у профессиональных актёров; вас водят по улицам и особнякам, предлагают потанцевать в метро, заполнить анкету и самим решить, что вы только что посмотрели. В танце могут стоять на месте, опера...

Впрочем Коски [немецкий режиссёр Барри Коски] именно в истории видит спасение оперы и театра: «В опере люди переживают — на поразительно бессознательном уровне — возвращение к архаичной форме сторителлинг-ритуала, который нам нужен. Вот почему опера выживет. Это очень специальная вещь, особенный опыт: человеческий голос, исходящий из человеческого тела, который ты можешь услышать только в этом пространстве и в это время. Опера — это то, что говорит о нашей смертности и наших эмоциях больше, чем что-либо другое».

Нас всех тошнит. Как театр стал современным, а мы этого не заметили

Виктор Вилисов

Как так вышло, что приглашение пойти на спектакль теперь может привести вас на железнодорожный вокзал, заброшенный завод или автозаправку? Откуда на сцене появились роботы и куда исчезает сама сцена? Спектакли идут по несколько дней, а зритель часто вынужден сам в нём играть, и у него выходит лучше, чем у профессиональных актёров; вас водят по улицам и особнякам, предлагают потанцевать в метро, заполнить анкету и самим решить, что вы только что посмотрели. В танце могут стоять на месте, опера...

Наконец, ещё одним из ключевых признаков современного театра, о котором мы говорим в этой книге, является отказ от мимесиса, то есть попыток искусства копировать реальность. Поэтому постдраматический театр с каждым десятилетием всё более и более фантастичный. Даже если в спектаклях используется бытоподобная сценография, по ходу дела почти всегда происходит какой-то разлом реальности: актёры не пытаются вести себя «жизненно», а у многих режиссёров и вовсе гротескность становится основным методом. Именно это не всегда объяснимое чувство странности, weirdness, и является, кажется, одной из главных эмоций постдраматического театра.

Нас всех тошнит. Как театр стал современным, а мы этого не заметили

Виктор Вилисов

Как так вышло, что приглашение пойти на спектакль теперь может привести вас на железнодорожный вокзал, заброшенный завод или автозаправку? Откуда на сцене появились роботы и куда исчезает сама сцена? Спектакли идут по несколько дней, а зритель часто вынужден сам в нём играть, и у него выходит лучше, чем у профессиональных актёров; вас водят по улицам и особнякам, предлагают потанцевать в метро, заполнить анкету и самим решить, что вы только что посмотрели. В танце могут стоять на месте, опера...

Современный театр освободился от гнёта литературы, он больше не является обслуживающим видом искусства, иллюстрирующим буквы на сцене. В нём может вообще не быть нарратива или текста. Более того: в нём может не быть профессиональных актеров. Или людей-исполнителей вообще.

Нас всех тошнит. Как театр стал современным, а мы этого не заметили

Виктор Вилисов

Как так вышло, что приглашение пойти на спектакль теперь может привести вас на железнодорожный вокзал, заброшенный завод или автозаправку? Откуда на сцене появились роботы и куда исчезает сама сцена? Спектакли идут по несколько дней, а зритель часто вынужден сам в нём играть, и у него выходит лучше, чем у профессиональных актёров; вас водят по улицам и особнякам, предлагают потанцевать в метро, заполнить анкету и самим решить, что вы только что посмотрели. В танце могут стоять на месте, опера...

Российские театры в большинстве своём сейчас - это такие сталинские колхозы, которые заряжены на вечное стабильное существование. Это огромные чудовища, которые не только являются держателями своей внутренней иерархии, но и включены во властную вертикаль, должны представлять государство, что неизбежно влечёт за собой массу угроз креативному процессу. Да и просто в силу своего размера и централизации они вообще неспособны быстро меняться и хоть как-то соответствовать времени, в котором они существуют. Оставаясь театрами - музеями, они - вкупе с катастрофически провальной российской системой театрального образования - работают как конвейеры пережёванного дерьма для потребителей и производителей культуры.

Нас всех тошнит. Как театр стал современным, а мы этого не заметили

Виктор Вилисов

Как так вышло, что приглашение пойти на спектакль теперь может привести вас на железнодорожный вокзал, заброшенный завод или автозаправку? Откуда на сцене появились роботы и куда исчезает сама сцена? Спектакли идут по несколько дней, а зритель часто вынужден сам в нём играть, и у него выходит лучше, чем у профессиональных актёров; вас водят по улицам и особнякам, предлагают потанцевать в метро, заполнить анкету и самим решить, что вы только что посмотрели. В танце могут стоять на месте, опера...

В другом смысле – в сократическом – всё ирония. Всё, потому что ирония – это удвоение чего-то, гиперболизация, с целью это что-то раскритиковать, но в очень серьёзном ключе, очень серьёзном. Смерть Сократа была иронией, акт умирания был актом иронии без единой улыбки. Такую иронию я уважаю. Иначе ирония – это костюм, это поведение, свойственное для телевидения. Кто-то, кажется, Дэвид Фостер Уоллес, критикует иронию, называет её типом тюремного заключения. Ты как бы целуешь брусья своей тюрьмы.

Нас всех тошнит. Как театр стал современным, а мы этого не заметили

Виктор Вилисов

Как так вышло, что приглашение пойти на спектакль теперь может привести вас на железнодорожный вокзал, заброшенный завод или автозаправку? Откуда на сцене появились роботы и куда исчезает сама сцена? Спектакли идут по несколько дней, а зритель часто вынужден сам в нём играть, и у него выходит лучше, чем у профессиональных актёров; вас водят по улицам и особнякам, предлагают потанцевать в метро, заполнить анкету и самим решить, что вы только что посмотрели. В танце могут стоять на месте, опера...

Я не вижу, чтобы театр был вредным или опасно утомительным. Но мне становится скучно, когда театр только описывает самого себя, когда он оставляет аудиторию за четвёртой стеной в любом смысле этой формулировки или когда артисты используют театр, только чтобы показать своё мастерство, умения, – только чтобы ими любовались.

Нас всех тошнит. Как театр стал современным, а мы этого не заметили

Виктор Вилисов

Как так вышло, что приглашение пойти на спектакль теперь может привести вас на железнодорожный вокзал, заброшенный завод или автозаправку? Откуда на сцене появились роботы и куда исчезает сама сцена? Спектакли идут по несколько дней, а зритель часто вынужден сам в нём играть, и у него выходит лучше, чем у профессиональных актёров; вас водят по улицам и особнякам, предлагают потанцевать в метро, заполнить анкету и самим решить, что вы только что посмотрели. В танце могут стоять на месте, опера...

Для меня музыка - один из самых изобретательных способов доставки эмоций.

Нас всех тошнит. Как театр стал современным, а мы этого не заметили

Виктор Вилисов

Как так вышло, что приглашение пойти на спектакль теперь может привести вас на железнодорожный вокзал, заброшенный завод или автозаправку? Откуда на сцене появились роботы и куда исчезает сама сцена? Спектакли идут по несколько дней, а зритель часто вынужден сам в нём играть, и у него выходит лучше, чем у профессиональных актёров; вас водят по улицам и особнякам, предлагают потанцевать в метро, заполнить анкету и самим решить, что вы только что посмотрели. В танце могут стоять на месте, опера...

Радиация окружает нас всегда и всюду ... Все живые ткани в той или иной степени радиоактивны: люди, как и бананы, излучают радиацию, поскольку те и другие содержат небольшие количества радиоизотопа калия-40.

Чернобыль. История катастрофы

Адам Хиггинботам

Ночью 26 апреля 1986 года реактор № 4 Чернобыльской атомной электростанции взорвался, положив начало одной из самых страшных ядерных катастроф в истории. Основываясь на более чем десятилетней работе, записях сотен бесед, на личной переписке, неизданных воспоминаниях и недавно рассекреченных архивных документах, журналист Адам Хиггинботам написал бередящее душу и захватывающее произведение, в котором мы видим чернобыльскую катастрофу глазами ее первых свидетелей. Результатом стал мастерски...