- Хорошая книга и милый разговор похожи на приятный обед: они легко усваиваются. Лучший обед тот, съев который, вы не сознаете, что пообедали.
Услыхать, что тебя любят, — это только начало теоремы, так сказать, изложение предварительных условий.
самый трудный бой – это бой с самим собой.
"Инфекции, которые периодически совершенно неожиданно появляются в разных частях планеты, вызывают огромное количество вопросов у специалистов. Зачастую врачи не могут понять, от кого и как передаётся болезнь. Гипотеза об инопланетном эксперименте над Землёй находит всё больше подтверждений."
"Сразу вспомнилось крылатое: стадо баранов под руководством льва будет куда сильнее, чем стая львов под руководством барана."
Удалось найти отличную добросовестную повариху, прежнюю пришлось перевести к зельеварам в отдел ядов, такие таланты не должны пропадать.
Я не знаю его ни как мужчину, ни как друга, ни как врага. Нельзя составить мнение о человеке, не имея представления хоть об одной из этих сторон.
Любой женщине всегда нечего надеть.
и когда принц подарил ей поцелуй истинной любви, она проснулась… и превратилась в самую капризную и сварливую принцессу! А через пару лет брака, она так запустила себя, что стала больше походить на жабу, и потому принц начал бегать на сторону!
Женщина хороша, только когда ты можешь от неё избавиться в любой момент.
Долго раздумывать, что брать с собой в поездку я не стала и взяла всё.
- Кхе... Скажите, как три ваших любовника относятся к тому, что Круся спит у вас на голове?
Вот очень верный вопрос! И, похоже, не одной мне интересно.
- Ну,.. мне бы не хотелось рассказывать посторонним о сути наших отношений.
Очень жаль! А посторонним очень хотелось бы о ней услышать!
Фон Вейганд берет меня за подбородок, заставляет посмотреть вверх.
— Семья не станет искать тебя в ближайшее время, звонка они не ждут, потому что уверены в твоем благополучии. Я обо всем позаботился. Если я захочу, тебя никогда не найдут. Понимаешь? Ты совершенно не ценишь хорошее отношение.
Мягкая улыбка совсем не сочетается с ядом, пропитавшим безразлично-ледяной голос.
— Все честно. Я предупреждал. Если разочаруешь меня, придется твоим родителям навсегда забыть, что у них есть дочь.
Не знаю, как это происходит.
Внутренний подъем. Лошадиный выброс адреналина. Мое сердце отбивало чечетку, а кожа стала холоднее могильного мрамора. Мои глаза сияли. В тот вечер мне не нужны были бриллианты, потому что я сама сверкала на сто карат.
Это случается, когда ты балансируешь на лезвии между троном и плахой. Когда тебе до одури плохо и хорошо одновременно. Когда ты пытаешься одной колодой карт сыграть и с Дьяволом, и с Богом.
Я думала, что если и встречаются в природе нормальные мужики, то явно не мне. Возможно, излишне перебирала, но большинство навевали сильнейшую апатию и желание зевнуть. Иногда становилось смешно и грустно одновременно.
Жизнь — дерьмо. Все живут дерьмово и не так, как хотят, просто многие не задумываются.
Наивная девочка. Хорошая девочка, которая пыталась стать плохой, играть по неизвестным ей правилам. Плохие девочки не плачут. Они расправляют плечи, шагают в будущее с гордо поднятой головой. Плевать, что на месте сердца зияет кровавая рана. Зато на лице цветет улыбка.
Не люблю.
Не…
Люблю.
Клятву даю.
Перед Дьяволом.
Перед Богом.
Перед кем угодно.
Я твоя.
До гроба.
И в гробу.
Ведь то, что между нами.
Даже смерть не властна изменить.
La vie est belle.
Жизнь прекрасна.
Разве кто-то сомневался?
Поверь. Проверь. Опытным путем. Прямиком на рельсы. Под поезд. Под экспресс новых возможностей. На полной скорости. Между железных челюстей. Нырни. В голодную пасть. Пади. Но только не сворачивай с верной дороги. Не отрекайся от своего пути.
Буду бороться за независимость. Нельзя идти на поводу у мужиков. Надо отстаивать свои права.
Долой грязные сексуальные утехи. Долой низменные плотские удовольствия.
Я бревно и горжусь этим.
Нужно обращаться с людьми так, чтобы не о чем было жалеть.
Береги в себе то, чего не сказать словами.
У людей споконвіку був страх смерті, наразі був страх життя. Смерть сприймалася як акт милосердя, як кінець страждань. Здоровий глузд полишив людей, мерли природні інстинкти, з ними втрачалася людська подоба. Люди переставали бути людьми, залишалися лише отупіння і здичавіння. Світ ніби вивернули навиворіт, життя не приносило радості, часто холодну руйнівну смерть чекали дужче, ніж життєствердного життя, бо тільки смерть могла стати єдиним порятунком від мук і тортур...
Нічого у життя не відбувається просто так.
Під зорями нема нічого нового: кохання, що пройшло випробування часом і жахливими обставинами; любовний трикутник, де третього зайвого визначають і видаляють вищі сили; діти-квіти, які дивом виживають; зло, що переходить усі межі, і всепереможне добро...