Цитаты

286926
Мёртвых часто украшают сильнее, чем любили живыми.
Меня выдали замуж за Изумрудного дракона не потому, что я была желанной. Просто моя семья задолжала слишком много, старшая сестра сбежала, а я оказалась самой удобной заменой. Тихая, послушная, с бесполезным, как все считали, даром домашнего очага. В замке мужа меня встретили холодные комнаты, чужие взгляды и портрет первой жены, чья тень до сих пор лежала на каждом камне. А сам Рейнар Вейр-Арденн сразу дал понять: — Не ждите от меня любви, леди Лиара. Этот брак нужен только договору. Что...
Люди... любят тишину больше правды. Тишина удобна... В неё можно завернуть любую мерзость и назвать приличием.
Меня выдали замуж за Изумрудного дракона не потому, что я была желанной. Просто моя семья задолжала слишком много, старшая сестра сбежала, а я оказалась самой удобной заменой. Тихая, послушная, с бесполезным, как все считали, даром домашнего очага. В замке мужа меня встретили холодные комнаты, чужие взгляды и портрет первой жены, чья тень до сих пор лежала на каждом камне. А сам Рейнар Вейр-Арденн сразу дал понять: — Не ждите от меня любви, леди Лиара. Этот брак нужен только договору. Что...
будущее — не одна единственная линия. Это… набор возможностей. Каждый наш выбор, каждый случайный вздох, даже молчание — всё это перераспределяет вес вероятностей: одни сценарии уплотняются, становясь почти неизбежными. Другие же — тают, как дым.
Я был адвокатом. Честным. Не верите? Зря, ведь именно поэтому меня и убили. Судьба или боги решили дать мне еще один шанс и отправили в мир магии, аристократов и корпораций. Вот только забыли дать мне при этом и магию, и благородный род, поместив в тело простолюдина. Правда все-таки кое-что мне перепало - умение читать эмоции людей. Что ж у меня опять есть возможность заняться любимым делом, ведь адвокат это не профессия — это призвание.
— Ты сильная девочка.
Я не ответила.
Сильными у нас называли тех, кого можно было не жалеть.
Меня выдали замуж за Изумрудного дракона не потому, что я была желанной. Просто моя семья задолжала слишком много, старшая сестра сбежала, а я оказалась самой удобной заменой. Тихая, послушная, с бесполезным, как все считали, даром домашнего очага. В замке мужа меня встретили холодные комнаты, чужие взгляды и портрет первой жены, чья тень до сих пор лежала на каждом камне. А сам Рейнар Вейр-Арденн сразу дал понять: — Не ждите от меня любви, леди Лиара. Этот брак нужен только договору. Что...
Это политика, ребята. Тут человеку с нормальными моральными установками делать нечего.
Большая политика - самая грязная игра в мире. Но иногда эта игра становится еще и кровавой. И тогда похищают, шантажируют, подставляют, лгут. И тогда последним аргументом становится пуля киллера. И тогда новое дело «господина адвоката» превращается в безумную круговерть событий, в пугающий, неистовый водоворот засад и погонь, в цепь странных совпадений, в череду исчезновений и находок. Тогда цена истины - высока, а отступить уже поздно...
— Тише.
— В доме и так все знают.
— Одно дело знать, другое — говорить вслух.
Меня выдали замуж за Изумрудного дракона не потому, что я была желанной. Просто моя семья задолжала слишком много, старшая сестра сбежала, а я оказалась самой удобной заменой. Тихая, послушная, с бесполезным, как все считали, даром домашнего очага. В замке мужа меня встретили холодные комнаты, чужие взгляды и портрет первой жены, чья тень до сих пор лежала на каждом камне. А сам Рейнар Вейр-Арденн сразу дал понять: — Не ждите от меня любви, леди Лиара. Этот брак нужен только договору. Что...
«Я не знала, что с ней делать… Как хорошо, что вы приехали…» — всхлипывает за моей спиной нерадивая нянька.
Одна любовь на протяжении жизни. Счастливый и казавшийся крепким, брак… Всё рухнуло до головокружения стремительно. Любовнице мужа надоело оставаться в тени. Записавшись ко мне на прием, она решила явить себя миру: — Вы меня не поняли, Евгения Александровна. Плевать мне на специалистов этого медицинского центра. Пришла именно к вам. Хотела новостью поделиться…, — девушка изменилась в лице. Расцвела. Вскинув подбородок, прокатилась по мне надменным взглядом. — Я беременна от вашего мужа… Или...
Вы меня не поняли, Евгения Александровна. Плевать мне на специалистов этого медицинского центра. Пришла именно к вам. Хотела новостью поделиться…
Одна любовь на протяжении жизни. Счастливый и казавшийся крепким, брак… Всё рухнуло до головокружения стремительно. Любовнице мужа надоело оставаться в тени. Записавшись ко мне на прием, она решила явить себя миру: — Вы меня не поняли, Евгения Александровна. Плевать мне на специалистов этого медицинского центра. Пришла именно к вам. Хотела новостью поделиться…, — девушка изменилась в лице. Расцвела. Вскинув подбородок, прокатилась по мне надменным взглядом. — Я беременна от вашего мужа… Или...
Я беременна от вашего мужа… Или от сына
Одна любовь на протяжении жизни. Счастливый и казавшийся крепким, брак… Всё рухнуло до головокружения стремительно. Любовнице мужа надоело оставаться в тени. Записавшись ко мне на прием, она решила явить себя миру: — Вы меня не поняли, Евгения Александровна. Плевать мне на специалистов этого медицинского центра. Пришла именно к вам. Хотела новостью поделиться…, — девушка изменилась в лице. Расцвела. Вскинув подбородок, прокатилась по мне надменным взглядом. — Я беременна от вашего мужа… Или...
«Жень, да всего‑то один раз только было! Ошибся. Был нетрезв и оступился», — развёл руками, пока я медленно умирала.
Одна любовь на протяжении жизни. Счастливый и казавшийся крепким, брак… Всё рухнуло до головокружения стремительно. Любовнице мужа надоело оставаться в тени. Записавшись ко мне на прием, она решила явить себя миру: — Вы меня не поняли, Евгения Александровна. Плевать мне на специалистов этого медицинского центра. Пришла именно к вам. Хотела новостью поделиться…, — девушка изменилась в лице. Расцвела. Вскинув подбородок, прокатилась по мне надменным взглядом. — Я беременна от вашего мужа… Или...
Давай забудем? Ты ведь всё равно не сможешь без меня жить
Одна любовь на протяжении жизни. Счастливый и казавшийся крепким, брак… Всё рухнуло до головокружения стремительно. Любовнице мужа надоело оставаться в тени. Записавшись ко мне на прием, она решила явить себя миру: — Вы меня не поняли, Евгения Александровна. Плевать мне на специалистов этого медицинского центра. Пришла именно к вам. Хотела новостью поделиться…, — девушка изменилась в лице. Расцвела. Вскинув подбородок, прокатилась по мне надменным взглядом. — Я беременна от вашего мужа… Или...
Его измена превратила мои чувства в прах, а воспоминания — в осколки. Ничего не осталось внутри, кроме жажды мести и брезгливости к некогда любимому мужу
Одна любовь на протяжении жизни. Счастливый и казавшийся крепким, брак… Всё рухнуло до головокружения стремительно. Любовнице мужа надоело оставаться в тени. Записавшись ко мне на прием, она решила явить себя миру: — Вы меня не поняли, Евгения Александровна. Плевать мне на специалистов этого медицинского центра. Пришла именно к вам. Хотела новостью поделиться…, — девушка изменилась в лице. Расцвела. Вскинув подбородок, прокатилась по мне надменным взглядом. — Я беременна от вашего мужа… Или...
«Голубки резвятся прямо в больнице. Сил нет…» — усмехается Андрей.
Одна любовь на протяжении жизни. Счастливый и казавшийся крепким, брак… Всё рухнуло до головокружения стремительно. Любовнице мужа надоело оставаться в тени. Записавшись ко мне на прием, она решила явить себя миру: — Вы меня не поняли, Евгения Александровна. Плевать мне на специалистов этого медицинского центра. Пришла именно к вам. Хотела новостью поделиться…, — девушка изменилась в лице. Расцвела. Вскинув подбородок, прокатилась по мне надменным взглядом. — Я беременна от вашего мужа… Или...
Пока сложно что‑то загадывать, но последнее время малышка с нами живёт. Её мама ведёт такой образ жизни, что отобрать у неё ребёнка — проще простого. Проблему, скорее, составляет сама девочка…
Одна любовь на протяжении жизни. Счастливый и казавшийся крепким, брак… Всё рухнуло до головокружения стремительно. Любовнице мужа надоело оставаться в тени. Записавшись ко мне на прием, она решила явить себя миру: — Вы меня не поняли, Евгения Александровна. Плевать мне на специалистов этого медицинского центра. Пришла именно к вам. Хотела новостью поделиться…, — девушка изменилась в лице. Расцвела. Вскинув подбородок, прокатилась по мне надменным взглядом. — Я беременна от вашего мужа… Или...
Подарок который нежеланен, не греет сердца.
Я должна была выйти замуж. Но жених бросил меня, предал, опозорил на весь город, и называет невестой другую. И я принесла себя в жертву, согласилась стать избранной для странного ритуала Темных Господ, заменить собой младшую сестренку и спасти ее от этой участи. Потому что сердце мое умерло. Но и моя жертва была напрасна. И мы обе, я и младшая сестра, должны быть брошены в темные холодные шахты, в самую стужу зимой. Потому что по легенде тепло наших тел должно вернуть жизнь...
"– Пэр Патрик, – грустно отозвалась Камилла, не глядя в лицо паладина. Слишком опасно: в глазах предательски и непривычно щипало, – вы старше меня и, верно, знаете лучше. Возможно, даже встречали раньше… Так подскажите… Что такое любовь?
Паладин не отзывался достаточно долго, чтобы Камилла всё-таки подняла на него глаза. Лицо Патрика Блаунта оставалось серьёзным и спокойным, когда он ответил:
– Я – не лучший советник, ллейна Камилла, ведь у меня нет никакого опыта… Но думаю, что любовь – это когда каждый вечер у меня из мешка воруют шоколад, а я продолжаю класть его на одно и то же место."
Дочь Рыжего барона с пиратских островов знает только одну науку: выживать. Но кто же знал, что рассказы пропавшего отца о титуле и богатстве - не пустые байки? Что там, на большой земле, её ждёт замок, наследство, деньги и сытая, спокойная жизнь?.. А ещё - приключения, опасности, коварство, интриги и множество желающих приложить руку к богатым землям и титулу, за которым скрывается нечто большее, чем почёт и уважение. Вот только юная наследница сдаваться без боя не собирается. Не для того она...
женихи сами в доме не заведутся. Все же они не тараканы, на сухари не приманиваются.
Если тебя предали и обвинили в том, что ты не совершала, не сдавайся! Вернись и добейся справедливости. А месть… ну что же. Можно и отомстить, если от этого станет легче.
самые большие ревнивцы всегда те, у кого рыльце в пуху. Тот, кто сам неверен, всегда будет подозревать неверность в партнере.
Если тебя предали и обвинили в том, что ты не совершала, не сдавайся! Вернись и добейся справедливости. А месть… ну что же. Можно и отомстить, если от этого станет легче.
- Петрова! - заорал огневик, выбегая мне на встречу, - я скучал!
- Меня всего сутки не было, - пробормотала с улыбкой.
- И эти сутки были самыми печальными в моей жизни! Не случилось ни-че-го! Как такое возможно?
– Вызов!  Раздается по всему этажу, а я медленно поднимаюсь из-за стола. – Петрова! Остаешься! – грозный взгляд начальника тринадцатой команды направлен на меня. Ой, вот ничему их жизнь не учит! Проходили уже такое, знаем! Знакомимся! Я, Петрова Зинаида Сергеевна, старший некромант, гроза всего преступного мира. И меня снова не берут на дело. Ладно, я и своим ходом доберусь!
А меня в этот миг простреливает вопрос: а вдруг он меня до потери пульса очарует, а потом коленом под зад выставит?
Я очень хорошая ассистентка, но новый босс меня не ценит! Заставляет работать от зари до зари, хотя мне нужно срочно устраивать личную жизнь, иначе дед лишит наследства! И что же делать? Разве что представить вредного красавца своей семье в качестве жениха…
— Доброе утро, — говорю с улыбкой, и хмурый поначалу Варвин оттаивает. Брови больше не сходятся у переносицы, а уголки губ приподнимаются.
— Доброе. Выспалась?
Я очень хорошая ассистентка, но новый босс меня не ценит! Заставляет работать от зари до зари, хотя мне нужно срочно устраивать личную жизнь, иначе дед лишит наследства! И что же делать? Разве что представить вредного красавца своей семье в качестве жениха…
— И когда? — спрашиваю, а сама прикидываю варианты, куда пристроиться после увольнения.
— Да вот прямо в понедельник. Варвины явятся на фирму и будут принимать дела
Я очень хорошая ассистентка, но новый босс меня не ценит! Заставляет работать от зари до зари, хотя мне нужно срочно устраивать личную жизнь, иначе дед лишит наследства! И что же делать? Разве что представить вредного красавца своей семье в качестве жениха…
У меня от неожиданной новости мозги немного взорвались, и из них вылетел этот пункт договора. Становится немного легче дышать. Если что, протяну без работы пару месяцев, а там съеду со съёмной в свою и избавлюсь от огромной статьи расходов. Проживу! Но лучше не опускать лапки
Я очень хорошая ассистентка, но новый босс меня не ценит! Заставляет работать от зари до зари, хотя мне нужно срочно устраивать личную жизнь, иначе дед лишит наследства! И что же делать? Разве что представить вредного красавца своей семье в качестве жениха…
Нас ведь в коллективе недолюбливают и называют за глаза „виагра“ или „гарем старого султана“. А мы назло врагам называем Андрея Ивановича папиком, чтобы завидовали ещё сильнее
Я очень хорошая ассистентка, но новый босс меня не ценит! Заставляет работать от зари до зари, хотя мне нужно срочно устраивать личную жизнь, иначе дед лишит наследства! И что же делать? Разве что представить вредного красавца своей семье в качестве жениха…
"Зина, а ты как себя чувствуешь?"
Даже призадумалась, прислушалась к своему организму и поняла, что чувствую себя очень даже неплохо.
"Хорошо. А почему спрашиваешь?"
"Просто ты никуда не лезешь! Это очень странно! Обязательно тебя сегодня осмотрю!"
– Вызов!  Раздается по всему этажу, а я медленно поднимаюсь из-за стола. – Петрова! Остаешься! – грозный взгляд начальника тринадцатой команды направлен на меня. Ой, вот ничему их жизнь не учит! Проходили уже такое, знаем! Знакомимся! Я, Петрова Зинаида Сергеевна, старший некромант, гроза всего преступного мира. И меня снова не берут на дело. Ладно, я и своим ходом доберусь!