- Господа, тише! - шипел на расшалившихся офицеров Кошко, - Вы нас демаскируете...
- Почему? - делал брови домиком Герарди, - Мы же говорим по-немецки!
- Да, но материтесь-то вы по-русски!
Точно такими же глазами, как Германия, из-за океана на весь Старый Свет глядела Америка. Она не хотела колоний. Она не стремилась к союзам. Америке нужен был мир. И желательно - весь!
- Мы помним о славных победах российского флота и не забывали про подвиги тех, кто их ковал. Слишком часто получается, что героизм одних - это разгильдяйство и вредительство других. Поэтому предлагаю проявить героические качества на своём рабочем месте сейчас, чтобы потом нашим морякам не пришлось компенсировать их во время сражения.
- Я отдаю себе отчёт, насколько трудную минуту мы переживаем. Но если в настоящее время не сделать над собой усилия, не забыть о личном благосостоянии и встать малодушно на путь государственных утрат, то, конечно, мы лишим себя права называть русский народ народом великим и сильным.
- Государство может, государство обязано, когда оно находится в опасности, принимать самые строгие, самые исключительные законы, чтобы оградить себя от распада. Это было, это есть, это будет всегда и неизменно. Это принцип в природе человека, он в природе самого государства.
- Жирующие и шикующие на фоне голода и разорения смотрятся не только неприлично, но и преступно. Их вызывающее поведение и демонстративная роскошь расшатывают общество и толкают его к радикализации. Бравирование состоянием я бы даже назвал подстрекательством к беспорядкам.
- С того, кому много дано, и много спросится.
Одному Бог даёт крылья, а другому - пинок под зад. И вроде как оба летят, но какие разные ощущения и перспективы!
- Я остаюсь. Уходишь ты. К своим людям - делать их счастливее, за что они никогда не будут тебе благодарны!
Даже в самом безжиненном теле может жить бессмертная душа. И наоборот.