Все книги
Утро началось с неприятности. Даже не так… Утро началось с шантажа. Никогда телефоны не приносили в его жизни ничего позитивного. — Да, слушаю, — отрывисто бросил мужчина, садясь в постели и натягивая повыше одеяло — в комнате было прохладно. Свободной рукой он дотянулся до пачки сигарет на тумбочке, поставил пепельницу на подушку рядом. «Странная ситуация, — хмыкнул он про себя. — В доме две женщины, а сплю один». — Алекс, тебе не кажется, что ты заигрался? Ты должен был убрать её давно —...
Я балансирую на тонком лезвии — каждый раз, каждую секунду. Я хорошо держу баланс — много лет этому училась, моё тело тренировано настолько, что уже давно живёт по собственным законам, не подчиняясь импульсам мозга. Я чувствую себя средневековой девочкой-канатоходкой, что пытается преодолеть расстояние над городской площадью по натянутому канату. А ветер безжалостно раскачивает этот канат, стремясь столкнуть, сбить хрупкую фигурку, медленными шажками продвигающуюся вперёд. Я знаю имя моего...
Я не знаю, зачем я сделала это, зачем осталась здесь, а не полетела домой сразу. Честное слово — знала бы — как-то удержала бы свои порывы. Но нет! Меня несёт — московский воздух и ощущение полной свободы от всех пьянят и наполняют организм адреналином. Нет Кости, нет ставшего уже привычным соглядатая Гоши, фиксирующего каждый мой взгляд, вздох, шаг, наконец, нет Алекса с его вечной издевательской полуулыбкой и едкими замечаниями, плавно переходящими в угрозы, даже Марго нет. Я одна, я в Москве...
— Алло, Марго? Мужской голос в трубке был смутно знакомым, но я никак не могла вспомнить, кому он принадлежит, а номер на дисплее не высветился. Чёрт бы подрал этих шифрующихся граждан! Такое впечатление, что полстраны находится в глубоком подполье и не желает, чтобы кто-то видел номера их телефонов! Что за жизнь… — Да, это я. — Вы не узнаёте меня? — А должна? Манера собеседника говорить загадками раздражала, и я уже собралась положить трубку, как услышала: — Немудрено, конечно. Мы с вами...
Нужно быть осторожным, когда проводишь расследование преступления для статьи, иначе ты сам можешь стать историей. Особенно когда собственные заметки предупреждают вас.
Вот и наступил переломный момент в политической ситуации между Империей Элиров и Шатерским Халифатом. Началась война. И вчерашним магам-первокурсникам приходится отправиться в форт на границе двух государств, чтобы нести военную службу в качестве… если честно, в очень неопределенном качестве, поскольку лишь двое из знаменитой пятерки сохранили свои способности к Ремеслу. Закери Никерс овладел артефактом, способным поднимать легионы умертвий, но, оказывается, за все надо платить, в том числе и...
Им овладевает бездумный непреодолимый призыв к охоте. Обладать. Владеть ею. Когда Лана Блум узнает неутешительные новости, что ее мать умирает, она сталкивается с ужасной дилеммой. Единственное, что может спасти ее, у нее как раз и нет. Молодая и непорочная Лана делает невообразимый выбор,.. когда входит через дверь эксклюзивного ресторана, она даже не предполагает какой резкий поворот совершит ее жизнь, за ту высокую цену, которую она огласила. Судьба сталкивает ее с глубоко загадочным и...
О чем я думала, соглашаясь на собачью работу телохранителя? Уж конечно, не о любви к неженатому князю были все мои мысли. Все, что я хотела, — это заработать немного денег для того, чтобы вернуться домой. Но жизнь повернулась другой стороной, и оказалось, что есть кое-что поважнее денег — его взгляд, за который готова отдать не только свою жизнь…
В одной старой песне есть строки: «Ты на войне, просто не знаешь об этом». Вот и Найта, стихийная волшебница-ровейна, пока не знает. Она замешкалась на перепутье — ищет приключений, но без риска; хочет защищать близких, но не пачкать руки в крови.
Найте кажется, что есть ещё время выбрать путь, но перекресток уже давно позади. И теперь ей предстоит многое осознать.
Второй роман цикла «Ар-Нейт».
Какая девушка не желала бы, чтобы ее спас прекрасный рыцарь? Но когда в жизни Хелен Лоуренс появляется лучший из них, благородный сэр Ланселот, она отказывается верить своим глазам. Ланселота не существовало! Она историк и твердо знает это. Но у Времени свои взгляды на судьбы людей, и поэтому ей придется не просто поверить, а стать частью этой древней легенды, ведь от любви никто не может уйти – ни мудрый король, ни великий воин, ни даже практичная Хелен…
В первых числах сентября Илья Антонович был вынужден встретиться с сестрой своей покойной жены. Бывшей первой жены…
Он родился ещё в советские, скудные времена — когда все были равны и жизнь каждого человека подчинялась определённому порядку, нарушить который могло лишь чудо.
Его мать, Галина — не первой молодости женщина — работала кассиром в гастрономе, отец там же — мясником. В общем, жили чуть-чуть лучше, чем прочие граждане, измученные дефицитом…
Её звали Лидией.
Лида. Ли-доч-ка… Если воспользоваться сравнениями классика, это «Ли-доч-ка» — тоже напоминало конфетку-карамельку, которая сначала тесно прилипает к нёбу, а затем мягко, с едва слышным чмоканьем отваливается сама, падает на язык и растекается тёплым сиропом по вкусовым сосочкам.
Слишком сладко, непереносимо сладко…
Ира росла в очень хорошей, интеллигентной семье. Папа был врач, мама — учительница в школе. Жили бедно (советские ещё, дефицитные времена!), но весело. Летом ходили в походы с палатками, зимой — всей семьёй вставали на лыжи. Сдавали макулатуру, добывали дефицитные книжки — Дрюона, Дюма, Пикуля, Ефремова…
Лифт был сломан. И толку-то — досадовать теперь? Эмоциями делу не поможешь. Поэтому, подпрыгнув и сместив рюкзак за плечами на нужное место, Катя бодро подхватила лыжи и связку громоздких ботинок (в которых так легко было кататься на горных склонах и которые так неудобно тащить в руках) и методично затопала вверх по лестнице. Забравшись, наконец, на свой этаж, она вся взмокла, но ничуть не устала. Мышцы, натренированные на Домбае, работали без напряжения — ведь их хозяйке было только...
…Дождик не дождик, а так, какая-то нудная морось. Октябрьский вечер дышал знобким холодом. От фонарей по чёрному асфальту расползался медными брызгами свет, но не разгонял тьму, наоборот — он своим призрачным мерцанием приближал тоскливую осеннюю ночь.
Промозглую тишину нарушал только стук каблучков. Последняя прохожая торопилась домой…
Серебряный медальон весь почернел от времени, пузатая серединка сильно обтёрлась — и только по краям овала ещё можно было разглядеть какой-то растительный орнамент. Замочек давным-давно сломался, а верхняя крышка изнутри покрылась ржавыми пятнами, что казалось невероятным, ибо серебро, как известно, не ржавеет. На молочно-белой, истончённой, покрытой коричневой паутинкой эмали — поясной портрет молодого мужчины в мундире офицера наполеоновской армии. Красавец с чёрными волнистыми волосами;...
Как всегда в начале мая в воздухе витал дух любви и беспечности — женская консультация была почти пуста, лишь пара-тройка беременных бесформенными облачками проплыли мимо Лены по коридору. Лена завистливо вздохнула — её терзали проблемы совсем иного рода…
Вера спала, и ей виделся странный сон — будто она фея. Настоящая фея с прозрачными слюдянистыми крылышками… Крылышки видно, если повернуть голову чуть в сторону.
Если опустить голову, то видно ещё розовое платье с кружевными воланами, на ногах — босоножки со шпильками. Всё, и платье, и туфельки — в стразах. И от её, Вериной, кожи тоже исходит прозрачное переливающееся мерцание…
Я в тупике. Я загнана в угол! Если я срочно не приму какое-то решение, то сойду с ума. Хотя, со стороны, у меня вроде бы всё в порядке. Я здорова, не работаю, детей у меня нет пока, мы с мужем живём в собственной квартире. Муж мой, Макаров — святой. Необыкновенный человек. Не пьёт, не курит, от меня до сих пор без ума, на работе его уважают. Платят мужу немного, но нам хватает. Ни долгов, ни кредитов у нас нет. Едим мало, шмотки мне безразличны. Словом, у меня всё есть. Представьте себе, у...
Людочка, вспыльчивая и капризная особа девятнадцати лет, сидела на балконе, любовалась панорамой открывающегося перед ней города с высоты последнего, пятнадцатого этажа. Вдали — другие дома, пониже (район был центральный, старинный) дворы, деревья… Красивые места, ещё не испорченные городскими властями. С балкона видно всё как на ладони, далеко — зелень, зелень, да и вон маковки церквушек романтично возвышаются… Релакс. Страстно светило солнце. Наконец-то настоящее солнце после долгой зимы!...
Конечно, все знают, что не насытится око зрением и не наполнится ухо слушанием, но не особо верят древним мудростям, ибо знают: многие, даже самые прекрасные вещи — очень быстро надоедают. Тогда и глаза сами собой начинают смотреть в сторону, и уши хочется закрыть ладонями.
Нет, хорошего должно быть понемногу. Лучше по чуть-чуть и изредка, а не то захлебнуться можно. Но не все могут следовать этому правилу…
Самый главный праздник (у нас, в России) — это всё-таки Новый год, а не день рождения или прочие юбилеи. Новогоднюю ночь ждут практически все. Ждут чуда. Сказки. Возвращения в детство…