Отзывы о книгах
графомания
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
милоНебольшая история, мне не понравился герой, какой то бесхребетеый, что сказали то и делает,куда послали туда и пошел....
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
мило
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
мило
в отпуск
полезноКороткая история, в целом - поучительная, но есть и сказочные моменты - "злодейка" как-то очень быстро изменилась в лучшую сторону и перестала врать, а после того, как она поняла, что деньги за патент она не получит, "злодейка" совсем потеряла интерес к героям, оставив их в покое. Конечно, есть много наивных и примитивных моментов, но есть и другое: иллюстрация высказывания Лао-цзы: «Если кто-то причинил тебе зло, не мсти. Сядь на берегу реки, и вскоре ты увидишь, как мимо тебя проплывет труп твоего врага». Именно так и поступила героиня.
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
грустномилополезно
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
мило
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
мило
наивно
скучно
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
милонаивноНичего особенного, на один раз. Плюс - маленький объем.
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
мило
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
милонаивно
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
мудро
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
милополезно
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
мило
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
мило
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
романтично
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
милонаивно
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
наивно
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
мило
не оторватьсяромантично
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
милоне оторваться
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
милонаивно
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
наивноСказка
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
мило
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
милов отпускполезно
познавательно
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...
наивно
глупо
Мне казалось, что мы будем любить друг друга всегда. У нас были общие мечты, общие цели. Но реальность оказалась совсем другой. – Что ты можешь дать ему, Демидова? – она нарочно назвала меня прежней, девичьей фамилией – чтобы ужалить больней. – Ты за пять лет даже забеременеть не смогла. – Арина, прекрати! – Павел, наконец, вышел из оцепенения, в которое его вогнало мое неожиданное возвращение домой. – Оставь нас, пожалуйста! Нам с Катей нужно поговорить наедине. А та, которую я до...