несуразная книга
и ипотека и манометры и Север, который где то рядом с Москвой
Отзывы о книгах
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
мило
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
наивно
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
грустно
познавательноИстория, похожая на правду жизни.
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
милоВроде бы всё понятно, но с другой стороны как-то недосказано.
— Они хотят повесить на меня чужого ребёнка, — бросил он. — Я не собираюсь жениться на ней.
— Ты же мне веришь?
Я верила. Он был моим начальником и мужчиной, которого я любила.
Пока в офис не пришли посторонние и не потребовали от него свадьбы — не со мной.
Он уверял, что его подставили. Что любит только меня.
А потом исчез.
И я ещё не знала, что это не просто ложь. Это вход в историю, где цена ошибки слишком высока.
до слез
не оторваться
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
грустноне оторватьсяПриятно и интересно читать. История из жизни.
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
грустномилонаивно
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
наивноСюжет так себе, как и проработка персонажей... и возможно,у меня паранойя,но диалоги отдают душком ИИ....
— Они хотят повесить на меня чужого ребёнка, — бросил он. — Я не собираюсь жениться на ней.
— Ты же мне веришь?
Я верила. Он был моим начальником и мужчиной, которого я любила.
Пока в офис не пришли посторонние и не потребовали от него свадьбы — не со мной.
Он уверял, что его подставили. Что любит только меня.
А потом исчез.
И я ещё не знала, что это не просто ложь. Это вход в историю, где цена ошибки слишком высока.
Нецеевский Алексей Юрьевич
№ 97 в рейтинге
поделился мнением
о книге
«Развод. Последний приказ»
2 месяца назад
Очередной пирожок, испечённый по ГОСТУ и пипл хавает.
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
фууууГадкий ИИ, рекламы - половина текста. Не рекомендую.
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
На фоне резкой критики неожиданно понимаешь: текст все‑таки работает эмоционально. Да, в подаче чувствуется сухость, резкие переходы и экономия на деталях — тот самый стиль, который часто связывают с упрощённой обработкой или небрежной редактурой. Но под этой внешней жесткостью заметно живое, честное чувство, которое не спрячешь никакой лаконичностью.
Произведение выигрывает за счёт отсутствия привычных интернет‑клише. Здесь нет глянцевых фигур и искусственных драм. История держится на обычной человеческой боли, когда самые близкие наносят самый сильный удар. Главная героиня вызывает уважение спокойной выдержкой и внутренним достоинством. Мужской персонаж — не идеализированный герой, а человек, на которого можно опереться без лишних слов. Их сближение развивается естественно, без надуманных рывков.
В итоге получается спокойный, реалистичный сюжет о людях, которые ошибаются, но сохраняют порядочность. За внешней сдержанностью текста ощущается зрелость, и именно это оставляет хорошее послевкусие.
Произведение выигрывает за счёт отсутствия привычных интернет‑клише. Здесь нет глянцевых фигур и искусственных драм. История держится на обычной человеческой боли, когда самые близкие наносят самый сильный удар. Главная героиня вызывает уважение спокойной выдержкой и внутренним достоинством. Мужской персонаж — не идеализированный герой, а человек, на которого можно опереться без лишних слов. Их сближение развивается естественно, без надуманных рывков.
В итоге получается спокойный, реалистичный сюжет о людях, которые ошибаются, но сохраняют порядочность. За внешней сдержанностью текста ощущается зрелость, и именно это оставляет хорошее послевкусие.
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
Про раздел ипотечной квартиры писали уже в отзывах. Непонятно почему аморфность главн. Героини должна восприниматься как показатель силы. По сути все об нее ноги вытерли, а она молча проглотила и продолжила общаться с мамашей и интересоваться жизнью шлюховатой сестры. Из всех репрессий только отказала сестре в квартиру вернутся , но уже после того как та сама с маманей съехала. А так-то, если бы они сами не уехали жила бы в гостинице? Или всем дружным табором в ее квартире? Не понравились герои. Никого не жалко
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
грустноне оторватьсяМне понравилось! Не было скучно, плевать на производственные моменты. И на все недостатки. Для меня эта история не выглядит пошлой и дешевой. Я увидела в ней похожесть на жизнь, в которой хорошему человеку сделали плохо, не чужие, а те кто рядом. Героиня вызывала уважение своим отношением к предательству близких людей. Во всей этой истории она выглядит выше и достойнее, чем остальные участники
шоу: обмана и предательства.
Жизнь преподнесла героини сюрприз в виде обычного человека, но - это на первый взгляд. Таких, как этот герой, не хватает в жизни. Немногословный и надежный. Их отношения выглядят очень логичными, веришь с ним героиня, как за каменной стеной. Даже эпилог не раздражает беременностью, как-то правильно она легла в концовку сюжета, не вызвав у меня досаду. Может от того, что сама история меня не раздражала. Герои вели себя как живые люди, совершающие ошибки, но выбирая себя и рискующие своим пошатнувшимся доверием и всё-таки выбирая быть вместе.
шоу: обмана и предательства.
Жизнь преподнесла героини сюрприз в виде обычного человека, но - это на первый взгляд. Таких, как этот герой, не хватает в жизни. Немногословный и надежный. Их отношения выглядят очень логичными, веришь с ним героиня, как за каменной стеной. Даже эпилог не раздражает беременностью, как-то правильно она легла в концовку сюжета, не вызвав у меня досаду. Может от того, что сама история меня не раздражала. Герои вели себя как живые люди, совершающие ошибки, но выбирая себя и рискующие своим пошатнувшимся доверием и всё-таки выбирая быть вместе.
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
Содержание увлекло. Образ ГГни хорошо, самодостаточная Женщина, профи в работе, и не прощает предателей!!!
Спасибо Автору!!!
Спасибо Автору!!!
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
грустноТот редкий случай, когда героиня не истерит и не прощает ни мужа-изменника, ни сестрицу и проблему не решает влюбленный миллионЭР.
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
наивно
глупоАвтор не в курсе, как делится ипотечная квартира при разводе. Так нужно узнать, если это есть в сюжете. Или не демонстрировать свою некомпетентность.
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
Волков понравился. Мало слов, взял действиями.
Десять лет она тащила всё на себе. Работу. Ипотеку. Дом. Мужа. Даже сестру.
Она привыкла быть сильной и молчать. Привыкла слышать, что она «справится». И почти поверила, что так и должно быть.
Пока однажды не увидела мужа в ресторане. С собственной сестрой.
— Кому ты нужна? — сказал он позже. — Вернёшься.
Она не вернулась.
фуууу
Три года я провела в сладкой фантазии, что моих чувств достаточно, чтобы удержать любимого мужчину рядом. Пока лучшая подруга не лишила меня иллюзий. Я застала их вдвоем, но муж вовсе не планирует со мной разводиться. Его все устраивает, а меня нет. Настало время измениться!
Действительно, крутой ляп с именем врага, от которого ГГ трясло. И потом назвала этим именем сына. Это странно...
— Уборщица значит, — приподнимает бровь и выдает грубо. — Раздевайся. Трахать тебя буду. И намерение свое движением бедер подтверждает. От ужаса я зажмуриваю глаза и кричу что есть силы. Это помогает. От неожиданности амбал ослабляет хватку, и я выпрыгиваю из кровати как ошпаренная. — Что ж ты так визжишь?! Голова раскалывается. Раздевайся, тебе говорю. Я к двери пячусь, но не успеваю сделать и несколько шагов, как он меня хватает за талию и к себе тащит. — Не переживай, деньгами не...
милонаивноНа один раз.
— Уборщица значит, — приподнимает бровь и выдает грубо. — Раздевайся. Трахать тебя буду. И намерение свое движением бедер подтверждает. От ужаса я зажмуриваю глаза и кричу что есть силы. Это помогает. От неожиданности амбал ослабляет хватку, и я выпрыгиваю из кровати как ошпаренная. — Что ж ты так визжишь?! Голова раскалывается. Раздевайся, тебе говорю. Я к двери пячусь, но не успеваю сделать и несколько шагов, как он меня хватает за талию и к себе тащит. — Не переживай, деньгами не...
глупо"Я в писатели пойду... "
Ну а что.. прочитал штук 10 таких штамповок и сваял 11‐ ю якобы свою честно сочиненную.
Ну хоть бы что то новое, вот прям капелюшечку, но нет. Зачем? И так сойдёт...
Ps авторишки даже забыли как звали главного врага героини , от мыслей о котором она тряслась и впадала в истерику.. и в конце сына она называет этим именем.
Занавес!
Ну а что.. прочитал штук 10 таких штамповок и сваял 11‐ ю якобы свою честно сочиненную.
Ну хоть бы что то новое, вот прям капелюшечку, но нет. Зачем? И так сойдёт...
Ps авторишки даже забыли как звали главного врага героини , от мыслей о котором она тряслась и впадала в истерику.. и в конце сына она называет этим именем.
Занавес!
— Уборщица значит, — приподнимает бровь и выдает грубо. — Раздевайся. Трахать тебя буду. И намерение свое движением бедер подтверждает. От ужаса я зажмуриваю глаза и кричу что есть силы. Это помогает. От неожиданности амбал ослабляет хватку, и я выпрыгиваю из кровати как ошпаренная. — Что ж ты так визжишь?! Голова раскалывается. Раздевайся, тебе говорю. Я к двери пячусь, но не успеваю сделать и несколько шагов, как он меня хватает за талию и к себе тащит. — Не переживай, деньгами не...
Нецеевский Алексей Юрьевич
№ 97 в рейтинге
поделился мнением
о книге
«Рыжик для буйного»
1 год назад
в отпуск
— Уборщица значит, — приподнимает бровь и выдает грубо. — Раздевайся. Трахать тебя буду. И намерение свое движением бедер подтверждает. От ужаса я зажмуриваю глаза и кричу что есть силы. Это помогает. От неожиданности амбал ослабляет хватку, и я выпрыгиваю из кровати как ошпаренная. — Что ж ты так визжишь?! Голова раскалывается. Раздевайся, тебе говорю. Я к двери пячусь, но не успеваю сделать и несколько шагов, как он меня хватает за талию и к себе тащит. — Не переживай, деньгами не...
романтично
эротичноНеплохо, героиня девственница, довольно остросюжетно на любителя.
— Уборщица значит, — приподнимает бровь и выдает грубо. — Раздевайся. Трахать тебя буду. И намерение свое движением бедер подтверждает. От ужаса я зажмуриваю глаза и кричу что есть силы. Это помогает. От неожиданности амбал ослабляет хватку, и я выпрыгиваю из кровати как ошпаренная. — Что ж ты так визжишь?! Голова раскалывается. Раздевайся, тебе говорю. Я к двери пячусь, но не успеваю сделать и несколько шагов, как он меня хватает за талию и к себе тащит. — Не переживай, деньгами не...