Современная проза
«Каждый сон – реальность, пока вы верите в это» – эти слова Элизабет Хейч поместила израильский русскоязычный литератор Вероника Сагаш на обложку своей первой книги. В ее нерифмованных стихотворениях и лирических новеллах – неровный, порой нервный, радостный, трагический, но никогда не равнодушный ритм жизни тридцатилетней израильтянки. Творчество Вероники современно и созвучно тем, кто продолжает считать поэзию «высшей формой организации языка», тем, кто любит, и любим, тем, кто хочет любить,...
26 января 1996 г. олимпийский чемпион 1984 г. и чемпион мира по вольной борьбе Дэвид Шульц был в упор застрелен меценатом и филантропом Джоном Дюпоном, наследником основателей корпорации DuPont. Расстреляв гордость спортивной Америки на глазах его жены, Джон Дюпон забаррикадировался в своем роскошном поместье «Фокскэтчер» и два дня вел переговоры с полицией (спонсором которой он также являлся) о сдаче. Эта история потрясла страну, и долгое время не сходила с первых полос. Брат покойного...
Не успела Катя обрадоваться последним своим каникулам, как узнала печальные новости – от сестры ушел муж, оставив ее с тремя маленькими детьми. И пришлось Катерине все лето быть нянькой при своих племянниках. Но, как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло – девушка познакомилась с Гришей, сыном соседки, отзывчивым и веселым парнем. И стали ребята строить планы, чем можно помочь Катиной сестре, как ей мужа хорошего найти… Старшие сестры смеялись над ребятами поначалу, но ой как зря,...
«Еще раз повторим: упадок страны, народа, государства начинается не с падения экономики, или политического фиаско, или военного поражения. Землетрясения еще нет – но неуловимые колебания заставляют насторожиться животных. Держава еще могуча – но подспудные процессы уже вылезают наружу, являя себя через вещи, в которых можно различить начавшееся падение…»
«Дондурей (ну так же и хочется поставить «дон» отдельной частицей!..), главный редактор одного журнала про кино, названия которого я никогда не мог запомнить, недавно сказал в телевизоре, что Глазунов, хоть ему и дарят дома, и платят миллионы, все равно в историю не войдет: критики про него не пишут.
То есть критик определяет место в истории. Критик как диспетчер социокультурного пространства…»
По объявлению в интернете девушка находит подработку в качестве сиделки для пострадавшего в крупном пожаре молодого человека. Деньги за работу платят хорошие, только вот стоит ли оно того, если пострадавший — грубая, эгоистичная, самовлюблённая сволочь?
За свой дебютный роман («Бывший сын», 2014) Саша Филипенко год назад получил «Русскую премию». С первой попытки – диплом первой степени в номинации «Крупная проза». Ну и как после этого садиться за следующую книгу? Тем более, что героя «Бывшего сына», что всех подкупало, автор явно «строил из себя», своей биографии, своих юношеских впечатлений и чувств. Хватит ли ему собственной жизни на следующего героя, не случится ли самоповтора? Повтора не случилось. Зато опять родился яркий, парадоксальный,...
Девятиклассник Матвей Ермилов, поддавшись уговорам учителя литературы, согласился стать редактором школьной стенгазеты.
Он с энтузиазмом взялся за дело и вскоре понял, что это совсем не просто – делать газету, которая была бы интересна всем – и ученикам, и преподавателям. И как быть, если особенно активные члены редколлегии так и норовят подсунуть редактору «бомбу»?
Каждый из нас невидимыми нитями связан с местом, где родился и прожил многие годы. Обрывая эти нити, можно поменять судьбу, но можно ненароком сломать собственную жизнь. В романе Елены Рониной три сюжетных линии, три главных героя. Алексей эмигрирует в Германию; Александр меняет жизнь провинциального городка на суматошную, московскую; Зоя, на старости лет, продает свой дом и переезжает жить к детям. Автор показывает их судьбы на протяжении долгих лет. Отношения отцов и детей, мужчины и женщины,...
Тонкий, необычный, элегантно-изысканный роман. Господин Лин – вынужденный иммигрант. Он не говорит по-французски, ему чужды европейские традиции. Он одинок и беззащитен. Во время гражданской войны в своей далекой стране он потерял всю семью, осталась только внучка, в которой старик души не чает. Она никогда не плачет, от нее никто не слышал ни единого слова. Старик не расстается с ней ни на минуту – кажется, если он выпустит ее из рук, то его жизнь оборвется. Книга посвящена «всем господинам...
Катя, героиня романа – с рождения обладает редкими качествами и, пройдя через Очистительный Огонь, оказывается в ситуации, требующей от нее полной отдачи всех своих сил и способностей. Ей противостоят силы Тьмы, нашедшие приют в душах бывших детдомовских пацанов. Кате предстоит узнать, почему так произошло – и попытаться спасти их. Сложный клубок, сплетенный из добра и зла, силы и слабости, памяти и забвения, отваги и предательства – распутывается читателем на страницах романа «Иди сквозь...
«Началось до смешного просто. В один из слякотных петербургских дней Василий Николаевич Попов вернулся с уроков домой и нашел на столе рядом с прибором письмо. Этакий галантный сиреневый конверт в крупную клетку, залихватский почерк, полностью выписанный и подчеркнутый титул…»
«Раз в месяц Павел Федорович приходил в тихое отчаяние: письменный стол переполнялся. Над столом, правда, висели крючки для почтовых квитанций, писем, на которые надо было ответить, заметок «что надо сделать», – но и крючки не помогали. Они тоже переполнялись и по временам становились похожими на бумажные метелки, которыми рахат-лукумные греки сгоняют на юге мух с плодов. Фарфоровая памятная дощечка, лежавшая на столе, носила на себе следы по крайней мере шести наслоений графита, стойки для...
«В тихом отеле на окраине Парижа сидел в своем номере русский мальчуган Дима и скучал. Настоящее его имя было Вадим, но у шестилетнего человека все ведь маленькое: и башмачки, и курточка, и самое имя. В номере отеля не очень-то развлечешься. Дима открывал и закрывал краны с горячей и холодной водой, выдвигал и задвигал ящики комода – понюхал завалявшийся в комоде колбасный хвостик… Неинтересно. Нажал кнопку звонка у дверей. Раз приделана, значит, надо нажать. Но пришла горничная и сказала, что...
«За узорными чугунными воротами – полумрак и прохлада. Липы сплели изогнутые ветки в темно-зеленый туннель, – дождь не пробьет.
Белая, зигзагами вьющаяся стена отделила усадьбу от пустынного пыльного шоссе, обрамленного тополями, от неоглядных полей, полого спускающихся к станции. Кто бы сказал, что в часе езды – Париж?..»
Действие небольшой повести происходит на Северном Кавказе, но параллельно в двух временных промежутках – сорок лет назад и двадцать пять, когда в этих краях было неспокойно. Автор определил книгу, как утреннюю повесть.
Когда ему делалось не по себе, когда беспричинно накатывало отчаяние, он доставал большой конверт со старыми фотографиями, но одну, самую старую, вероятно, первую из запечатлевших его – с неровными краями, с тускло-сереньким, будто бы размазанным пальцем грифельным изображением, – рассматривал с особой пристальностью и, бывало, испытывал необъяснимое облегчение: из тумана проступали пухлый сугроб, накрытый еловой лапой, и он, четырёхлетний, в коротком пальтеце с кушаком, в башлыке, с деревянной...
Спивающемуся меломану, Артёму Комарову, доставляют странную посылку, которая на деле является некоей машиной, исполняющей желания, и с помощью которой можно путешествовать во времени. Артём выясняет, что эта удивительная машина раньше принадлежала его отцу, служившему в спецотделе ГРУ. Отец Артёма при помощи некоего Аналитика, тоже когда-то работавшего в разведке, а ныне почти столетнего старика, собирает составные части этой машины со всего мира. Помогло ли волшебное устройство Аналитику...
Поэт, прозаик, сказочник и культуролог Линор Горалик во всех своих книгах продолжает искать «новое странное слово». В повести «Валерий» сталкиваются обыденность современной городской жизни и принципиальная инаковость взгляда главного героя. Он – и взрослый, и ребенок – живет обычной жизнью, но видит в ней никому больше не заметные смыслы и механизмы. Рыбки в аквариуме, черти в аду, русалки в море, дети на лечебной физкультуре, мясник в лавке, Бог в небесах и милиционер в погонах – все становятся...
В книге впервые публикуется центральное произведение художника и поэта Павла Яковлевича Зальцмана (1912–1985) – незаконченный роман «Щенки», дающий поразительную по своей силе и убедительности панораму эпохи Гражданской войны и совмещающий в себе черты литературной фантасмагории, мистики, авангардного эксперимента и реалистической экспрессии. Рассказы 1940–50-х гг. и повесть «Memento» позволяют взглянуть на творчество Зальцмана под другим углом и понять, почему открытие этого автора «заставляет...
Эмоциональный интеллект можно развивать. Эмоциями можно и нужно управлять. Дело теперь только за вашим желанием стать собой, развивать свои способности и управлять своими эмоциями. У нас получилось жить полной и счастливой жизнью, у нас – самых обычных людей, без медитаций и трансов, без психоаналитиков и психологов. Раз один человек смог путем развития своего эмоционального интеллекта, значит и у другого получится.
Как же классно иметь настоящую подругу, которая подставит плечо и не бросит тебя… пьяную.
Затащила меня на девятый этаж и передала из рук в руки мужу.
Все это здорово! Но я живу на пятом… и я не замужем!!!
Не мышонка, не лягушку, а неведому зверушку – фенека, того самого пустынного лиса, который учил Маленького Принца быть в ответе за тех, кого приручил, презентовала Ольге Викторовне очередная девица сына Коленьки. Зачем? Чтобы подольститься к его маме и надёжно укорениться в их состоятельной семье. Коля маму не расстроил, с девицей быстро расстался. А вот мама с экзотическим мимишкой расставаться не собиралась. Ему же нужны внимание, любовь и ласка! Кому – сыну или питомцу – маменька уточнять не...
Впервые в русской литературе на страницах романа-эпопеи Вацлава Михальского «Весна в Карфагене» встретились Москва и Карфаген – Россия и Тунис, русские, арабы, французы. Они соединились в судьбах главных героинь романа – Марии и Александры, дочерей адмирала Российского Императорского флота. То, что происходит с матерью главных героинь, графиней, ставшей в новой жизни уборщицей, не менее трагично по своей силе и контрастности, чем судьба ее дочерей. В романе «Весна в Карфагене» есть и новизна...