Современная проза
Лондон, 1942 год. Тринадцатилетняя Нелл и ее младшая сестра Олив живут в одном из бедных районов города. Здесь соседи вместе переживают беды и радости, а праздники встречают на улицах с песнями. Здесь своих в обиду не дают и за себя постоять умеют. Но идет война, и каждую ночь над доками звучит сигнал воздушной тревоги. Когда в городе становится слишком опасно, тысячи семей отправляют своих детей в эвакуацию. Как и многих, Нелл и Олив ждет неизвестность. Кто согласится их приютить? Каков будет...
Каждый день ты встаешь и идешь на работу, а потом возвращаешься к семье. Всё ли это, чего можно достичь в жизни? Возможно, у тебя есть предназначение, твой путь, о котором ты забыл? Ответ на этот вопрос Лора ищет с помощью друзей и родных, пытаясь обрести веру в себя и стать той, кем мечтала с детства.
Примечание: мнение автора может не совпадать с мнением персонажей.
Содержит нецензурную брань.
В одном из самых своих шокирующих романов Рю Мураками описывает эпическое противостояние двух дружеских компаний: шестерки молодых бездельников и Общества Мидори, состоящего из кумушек в возрасте под сорок. Развлечения юношей, поначалу вполне невинные, приводят к убийству одной из Мидори, после чего запускается маховик взаимной мести, достигающей поистине катастрофических масштабов.
Ты ждешь лета, чтобы – каникулы, отпуск, не носить громоздкие шубы и пуховики, легко выходить из дома и до ночи не включать свет. Лето проходит долго и проходит быстро. Как первая любовь, как обещание чего-то, что больше самой жизни. Но каждый раз эта уловка срабатывает, и кажется, что в июне начнется новая судьба…
Как она любила вдохновение, желание творить — это лёгкое дыхание, которое поднимало вверх и окрашивало в нежные, яркие цвета мгновения ровной и будничной жизни. Рая в такие минуты смотрела вокруг, широко раскрыв глаза: всё менялось. Лица окружающих становились красивее, дети и животные смешнее, старики трогательней. И всем для полноты существования нужно было одно. Её ласковое внимание, привет, обещание следующей встречи, просто обещание…
Жизнь оборвалась. На крах всего существования ушла ровно неделя. Людмилу, здоровую, активную, умелую, ответственную труженицу, весёлую мать, молодую бабушку, которой она станет через три месяца, не просто уволили. Выбросили, как стёртую половую тряпку. Сократили по какой-то странной статье. Не заплатили не только компенсацию, но и зарплату за несколько месяцев. На деньги, которые Людмила отложила на рождение внука, чтобы приобрести ему приданое и мебель, пришлось нанять адвоката…
Её видели на разных улицах. Эту странную экзотическую женщину. Ей, наверное, было много лет, но мало кто выглядел так значительно, артистично и естественно, как она. Очень полная, но не грузная, она шла лёгким шагом, одетая так, как будто сейчас раздвинется занавес и она войдёт в какую-то роль. На красивых полных ногах — облегающие белые ажурные сапоги, точнее, босоножки до колен. Выше — дизайнерская юбка из кусков разной ткани с произвольными воланами, застёжками, вставками кружев. Юбка туго...
Тот, кто рассчитал шкалу боли, наверное, был не совсем в курсе, что такое боль. Датчики и приборы не берут ту высоту, на которую способна забраться боль. Великие учёные, ссылаясь на уровни физической боли, ориентируются на приборы и свидетельства пациентов, которые её описывают. Самый высокий уровень — десять. Человек раздавлен болью, он в полубреду, а мозг продолжает её предательски фиксировать, и мученик способен потом, когда его участь облегчат, рассказать, как это было…
Стелла и Андрей пали жертвами мгновенной, непобедимой страсти с первого взгляда. Они перестали существовать как отдельные, самостоятельные личности. Вся гармония, радость и полнота мира заключалась для них теперь лишь в пределах их объятия. А снаружи осталось всё остальное: обычная жизнь и в ней стремление вернуться туда, где смыкаются руки, встречаются их тела…
Он был внучатым племянником известного классика. По линии его двоюродного брата. Был похож на важного седого льва. Царственное поведение, раскатистый голос, покровительственная усмешка в небольших светло-серых глазах. О таком внешнем величии его гениальный предок, наверное, даже не мечтал. Собственно, предку это и не требовалось. Были другие достоинства. А Валерий Игнатьевич, похоже, считал, что ему всегда светит звезда знаменитого предка. Он мог заниматься чем угодно, но неизменно оставался...
Иван Григорьевич Селивёрстов был человеком непонятного, усреднённого возраста, заурядной и тусклой внешности. Так может выглядеть бухгалтер, кассир или учитель черчения. Но Иван Григорьевич не имел отношения ни к какой службе. Его уделом было служение. За фасадом неказистой внешности, скованно-напряжённого поведения скрывался адский огонь и неукротимый апломб творца…
Стас Галецкий был сыном очень красивой женщины. Настолько красивой, что это мистическим образом определило его характер и судьбу. Общество двинулось с платформы равных возможностей к станции контрастов, преимуществ и незаслуженных наград. Очень сообразительный мальчик Стас с детства понял: для того, чтобы тебя заметили, уважали, выделяли, нужно что-то вроде печати исключительности. И с ней всё пойдёт особым образом, не так, как у всех. Он очень рано сформулировал для себя самое жалкое и...
На неё было приятно смотреть. Тело крупное, налитое здоровой, активной силой. Простое, грубоватое лицо, лишённое яркой, броской привлекательности, светилось искренностью, спокойствием и доброжелательностью. Если бы кому-то дали задание — найти в этом большом московском районе самого счастливого человека, если бы вручили совершенный прибор для измерения постоянной силы этого счастья, то датчики вычислили бы Любу. Вокруг сколько угодно людей, в том числе богатых, известных, красивых и удачливых. И...
Это любимая фотография. Двадцать шесть лет любимая. Она существует в одном экземпляре, её нет ни в галерее айфона, ни в фотоальбоме компьютера. Она даже не в рамке, потому что Элина часто крепит её то над кроватью, то на какую-то поверхность компьютерного стола. На фотографии дети четырёх-пяти лет, стоят и смотрят в объектив. Хороший был фотограф. Лица детей открыты, глаза распахнуты, они читаются, они звучат, как красивый аккорд. Схвачен кусочек света, радости, безграничного доверия к будущему...
Удачно они съездили. Надя выбрала самый красивый холодильник. Тёмно-серый, полукруглый и сверкающий, как зеркало. Собственно, он и был зеркалом, и Надя так хорошо отражалась в его зеркальной поверхности. Она долго и продуманно собиралась в магазин. Элегантно, в тон, скромно, но достаточно ярко оделась. Так умеет только она, чтобы скромно и ярко. Конечно, холодильник можно покупать и в джинсах с кедами. Просто это был тот самый случай, когда Наде предложил помощь её единственный в Москве...
У них был нормальный коллектив для того, чтобы заслуженно пользоваться приличной репутацией. Новости, которым можно доверять, нетенденциозная подача, настоящие профессионалы своего дела. Впрочем, люди были разные. Были талантливые, были честные, порядочные, были конформисты и «служба заказов», были средние и среднее средних. Но откровенных позорников и таких, которые исключительно на продажу, не было. Холдинг: телеканал, газета и журнал «Проверка слуха». Работники холдинга относились друг к...
Лена блаженно потянулась в горячей ванне, потом согнула ноги в коленях, пару раз поднялась, опираясь на пятки: так она тренировала мышцы живота. Тут же стало лень. Лена устроилась поудобнее. Машинально подняла над шапкой пены правую коленку. Розовую, круглую коленку с маленькой, идеально круглой родинкой. Взглянула и долго не могла оторвать взгляд. Серые глаза потемнели, как в моменты волнения, тоски или гнева. Просто точка. И был период в жизни Лены, когда она со своим стопроцентным зрением...
В пятницу после работы Ирина вернулась домой раньше, чем обычно, и одна. Муж повёз сына на дачу. У него четыре свободных дня на майские праздники. И Ирина решила бросить себя на амбразуру быта. Чтобы к их возвращению всё было как у людей. Тем более так совпало, что её четырёхдневный перерыв между дежурствами попал на праздники. Она работала хирургической медсестрой…
Мать назвала его Алексеем. Защитником. Она была тихой, мирной и спокойной женщиной. Когда ей сказали, что у неё родился на удивление здоровый ребёнок, у которого сразу сильно и ровно застучало сердечко, не дрогнувшее при выходе в белый свет, она подумала, что родила защитника и себе, и всем слабым вокруг. Так бы оно и было. Но Алёша в школе переоценил силу и ловкость своих ног и рук…
Марина знала, что она человек непростой и не всем приятный, но почему-то у неё всегда были самые преданные подруги. Потом те же подруги с детских лет и самые преданные ученики. Марина, конечно, стала учительницей русского языка и литературы, как мама. У Насти подруг не было никогда. Нет и теперь. Горькая мысль иногда мучила Марину. Может, её жалеют? За косоглазие, за её вечную обиду, за красивую сестру? С Настей, возможно, всё проще. Ей завидуют. Она отвечает презрением. Такой характер. Упадёт,...
Его зовут Женя, но для всех здесь он — Джек. Все равно никто не сможет выговорить его настоящее имя. Он живет с матерью, ходит в школу, в меру хулиганит и покуривает травку, в общем, он — обычный мальчишка. Русский мальчишка в Дании. Он выучил новый язык, он привык, что учителей здесь называют по именам, потому что отчества нет. Но вот мама снова выходит замуж, и они переезжают в дом нового отчима. Красивый, большой и… скрывающий за запертой дверью мрачную тайну. От того, сможет ли Джек ее...
Книга вошла в «Длинный список» Национальный бестселлер-2020 1953 год, советская Эстония. Секретный «Комбинат № 7» обеспечивает бесперебойную поставку урана для реализации советского атомного проекта. Директор Гаков узнает о готовящейся диверсии на производстве. Одновременно с этим в городке начинают происходить загадочные убийства. Страна тем временем вступает в эпоху перемен — смерть Сталина меняет прежнее устройство жизни. Роман основан на воспоминаниях жителей закрытого города Силламяэ,...
Уважаемый читатель, Вы держите в руках мою тринадцатую книгу. В ней мне хотелось попробовать себя в жанре детектива, и я написала психологический детектив «Игроки». Все описанные события происходят в 19 веке, и должна сказать, что это всё плод моей фантазии. Мне хотелось передать не только сюжетную линию, но и особенности того времени. Всегда интересно перенести читателя в совершенно другое время и другой мир. Насколько мне это удалось, судить Вам. Две другие повести, «Алиса в стране чудес» и...
На что способен человек, чтобы победить в смертельной схватке за жизнь? На умышленное убийство. Неизбежный спутник этого – мечта об убийстве идеальном, о тихом торжестве безнаказанности. Но потенциальный убийца напрасно полагает, что сокровенная нить управления реальностью находится в его власти. И тогда – то ли Судьба смеется над ним, то ли Провидение оберегает от необратимого падения…