Жизнь Сашки предопределена, стезя кадета военное дело, но сам юноша думает иначе.
Страсть выпускника кадетского училища это писательство.
Алексей не разделяет увлечений сына, но любит и боится потерять, а потому даст шанс единственному ребёнку на исполнение мечты.
У Сашки месяц на то чтоб написать такую книгу, чтоб получить первое место в литературном конкурсе…
Какую историю напишет сын полковника? Сможет ли ухватить судьбу за хвост и одержать победу?
Хотела попасть на выпускной? Так вот, нужно быть осторожнее со своими желаниями. А то исполнятся частями и вообще шиворот-навыворот.
Погодите, КАКОЕ мне наказание?? Да ни за чтооо!
Эй, поставьте на место мои розовые мечты. И не будите во мне дракона...
Продолжаются приключения Клима Ардашева.
Очередное дело замешано на... договоре с нечистой силой.
Поможет ли логика в деле, попахивающим дьявольщиной?
Опять про любовь? Да. Про что еще человечество не может наговориться уже семь тысяч лет от сотворения мира? Притом у каждого ведь своя. И согласитесь, любопытно узнать, как было у него с ней или у нее с ним. Но чтобы не делать из сборника сплошную мелодраму, автор добавил еще пару историй про любовь неодушевленную, но такую одушевляющую. Читать или любить? Лучше вместе.
Сатирический рассказ о том, что было бы, если бы братья Стругацкие впервые принесли в издательство повесть «Трудно быть богом» в наше время.
Рассказы из жизни автора, знакомых ему людей и важных событий страны. Чем она отличается от других глав романа? Прежде всего краткостью своих рассказов. Только в отдельных из них содержится чуть больше тысячи слов. А в остальных гораздо меньше. Значительно меньше. Эти коротенькие повествования такими и задумывались изначально, а если в некоторых главах они начинали обрастать лишними словами или смыслами, автору приходилось их сокращать, чтобы они по-прежнему оставались короткими и ясными. ...
Вы никогда не задумывались, почему интеллектуалы разъезжают верхом? Это в наше то время высоких технологий? Нет, я не отрицаю, кони способны пройти там, где ни одна машина не проедет, но на двенадцатый этаж, где я живу, никаким лошадям по нашим лестницам не забраться. Впрочем, интеллектуальная полиция всегда арестовывает на улицах - это, знаете ли, правильно ориентирует и, к тому же, служит доказательством нашей открытости, так что вся эта болтовня о необходимости преследования преступников...
Легенда о мессире Дьяволе и графе Тибо, записана в 1399 году безымянным монахом Желлонского монастыря.
Средневековая легенда альтернативного мира.
Рассказ из истории альтернативного мира о том, как страх божий вселился в беззаконного барона Алибо.
Тут Игорь зло рассмеялся, медленно приблизившись ко мне. — А, я понял, ты собираешь свои манатки, чтобы уйти. Какая радостная новость. А я уже и не знал, как изжить тебя из своего дома. И знаешь, ты... — Да-да. Знаю-знаю. Я толстая, я тебя не возбуждаю и всё такое. Кстати, вместо того, чтобы как трус изживать меня, мог просто со мной поговорить. Без оскорблений, как взрослый и адекватный мужчина, а не кусок... понятно чего. — Дура! Ночью же будешь рыдать из-за меня в подушку. И куда ты...
Примечания автора:
Зарисовка о мирной жизни Ди и о рутине королевской семьи. Вне временных рамок, сюжетных арок и без серьезных тем, которые я затрагиваю в своих книгах.
Рассказ, Русская классическая проза, Путеводители, Современные российские издания, Сборники, альманахи, антологии
Петербург! Какой таинственной славой овеян этот город! На протяжении сотен лет он пленяет писателей своими туманами и ветрами, дворами-колодцами и гранитными берегами. «Город туманов и снов», место обитания призраков и теней, скрывающихся в арках, город неверных огней и тяжелого, пасмурного неба: странная и вдохновляющая северная столица. В сборник «Мистический Петербург» включены лучшие образцы рассказов о загадочном городе на Неве – от широко известных отечественному читателю до тех, что...
После длительного перерыва я вновь очутился на Марони, широкой реке, что трехкилометровым многоводным потоком течет между Гвианой Французской и Голландской.
Уже много часов мы плыли на пироге вниз по реке. Позади остался последний водопад Гермина, естественной плотиной преграждающий стремительные воды Марони.
Через два дня я надеялся прибыть в Сен-Лоран, одну из французских исправительных колоний...
Пирога плавно скользит по безымянному ручейку, впадающему в одну из самых больших рек Французской Гвианы.
Здешний животный и растительный мир своим богатством и разнообразием может свести с ума любого натуралиста, а яркостью красок повергнуть в отчаяние любого живописца...
Мы были знакомы с Тайроту чуть больше недели, но уже могли считаться добрыми друзьями. Достойнейший из краснокожих просто преклонялся перед «пиэ» — белым доктором. Я же с самого начала поддерживал эту дружбу испытанным на экваторе способом, а именно: одаривал его мелкими безделушками. Перламутровые ожерелья, стеклянные украшения, ножи за тринадцать су, куски материи — таковы были немаловажные элементы нашего товарищества. И так как я не только щедро одаривал индейца, но и позволял ему наливать...
Было еще только одиннадцать часов утра, а раскаленный душный воздух уже навис над территорией, где возвышались лишь хижины, приспособленные под продовольственные склады и жилье для рабочих.
Широкополая шляпа не спасала меня от обжигающих лучей солнца. При каждом движении я все больше обливался потом. Впечатление такое, будто попал в стекловарильный цех. И самое странное, что этот дьявол Казальс оставался, как всегда, бодр, свеж, чувствуя себя в нестерпимом пекле как саламандра...
Мы все глубже продвигаемся в сердце богатейшего и необыкновенно интересного для естествоиспытателя края тропических озер.
Здесь без труда можно удовлетворить и свой охотничий пыл, и склонность к наблюдениям за жизнью животных и птиц.
Попасть из одного озера в другое очень легко — они соединены целой сетью протоков. Мой индеец отлично разбирается в них и уверенно работает веслом...