Это была война не за демократию и не за коммунизм. Это была война за то, чтобы остаться в истории нацией со своим собственным выбором, иногда греховным, иногда правильным, неправильным, но самостоятельным.
Кто отвергает от себя праведное или неправедное обличение, тот отвергается своего спасения, а кто принимает оное со скорбью или без скорби, тот скоро получит прощение согрешений.
Знание всегда борется с верой, а вера нетерпима к знанию.
Только вот почему-то не сомневался я еще в одной вещи. Даже зная все это заранее, я бы все равно решился пойти сюда. С Веткой. Страшно было бы, да. Очень было бы страшно... Но, черт побери, есть на этом свете и кое-что посильнее страха.
Все предчувствия, правильные или нет, сохранявшие жизнь виду на саваннах плейстоцена, сейчас, по большей части, стали ошибочными. Ложноотрицательные и ложноположительные результаты, моральная алгебра толстяков, которых сталкивают на рельсы перед поездом. Назойливая эмоциональная вера, что дети приносят тебе счастье, хотя все данные указывают на обратное. Высокоамплитудная боязнь акул и чернокожих снайперов, которые вас не убьют, зато полное равнодушие к токсинам и пестицидам, хотя они-то как раз способны доставить немало проблем. Разум настолько сгнил от заблуждений, что в некоторых случаях его требовалось буквально повредить, прежде чем он мог принять по-настоящему рациональное решение. Но, если бы какая-то мать с опухолью в мозге оставила ребенка в горящем доме и при этом спасла из этого же дома двух незнакомцев, мир назвал бы ее монстром, а не восславил рациональность морали в кризисной ситуации. Черт побери, рациональность как таковая - благородная человеческая способность рассуждать - эволюционировала не для поиска истины, а лишь для победы в спорах, для установления контроля, чтобы подчинить других своей воле с помощью логики или софистики.
Правда никогда не входила в число первоочередных задачи. Если вера и ложь помогала генам размножаться, система верила этой лжи всем своим сердцем.
Ископаемые чувства. Без них лучше - стоит перерасти саванну и решить, что истина все-таки имеет значение. Но человечество определили не руки, ноги или прямохождение. Оно развивалось синапсами. а не только противостоящим большим пальцем. Ошибочные, интуитивные ощущения стали фундаментом для проклятой филогенетической ветви. Капуцины чувствовали эмпатию. У шимпанзе есть врожденное понятие честной игры. Можно посмотреть в глаза любой кошке или собаке и увидеть там связь, наследие общих подпрограмм и эмоций.
Я говорю о его манере "Отрицать то,что есть,и распространяться о том,чего не существует".
... каждый новый прожитый нами день - это уже изменения в судьбе. Это - новый вызов смерти, которая потерпела очередное поражение.
Столь многое утрачено, но стоит ли по нему тосковать? Купол все так же хранит нас, держит на месте. В печах зажигается огонь, начинает жариться и вариться еда. Дымы поднимаются прядями, основой на ткацком станке. Я вдыхаю все это – весь аромат, всю эту жизнь. Мою жизнь, уточной нитью вплетающуюся в ткань на станке.
Нет ничего плохого в том, чтобы принимать комплименты от мужчин, главное - знать меру.
Далее мне хотелось бы порекомендовать одно упражнение, которое поможет нам понять свои привязанности, а также важность как избавления от них, так и правильного понимания наших отношений, ролей и владений. Возьмите лист бумаги и выпишите все свои привязанности, которые считаете таковыми, чтобы их оценить. Когда вы это сделаете, представьте себе, как вы, лежа на смертном одре, оставляете их одну за другой. Начните с самых ранних привязанностей и постепенно переходите к более поздним, перечисляя их снизу верх. Вы можете обнаружить, что отказаться от первых нескольких привязанностей гораздо легче: хлеб с маслом, любимая книга, новая ваза в гостиной, ваш компьютер. Но по мере продолжения становится заметно, что этот процесс делается более трудным: любимая собака, ваша работа, закаты, ваше зрение, друзья, ваши дети, ваш партнер и ваша собственная жизнь.
Вы можете спросить: «Почему мы должны выполнять такое мучительное упражнение? Нам дана жизнь, чтобы жить, и у нас полно времени, чтобы, когда мы захотим, подумать о смерти». Может быть, это и так, а может быть, и нет. Разумеется, можно зациклиться на этой поглощенности танцем смерти, однако осознавание ее присутствия может раскрыть нас к пониманию ценности жизни и к тем измерениям, которые существуют за пределами нашей физической реальности.
Во многих духовных практиках размышление о встрече со смертью считается главным упражнением, необходимым для преображения.
— Мы тут не в прятки играем, Гарри, — тихий, холодный голос Волан-де-Морта звучал совсем рядом. Раздался очередной взрыв смеха Пожирателей смерти. — От меня не спрячешься. Может, ты устал от нашей дуэли? Может, ты хочешь, чтобы я закончил ее сейчас, Гарри? Тогда выходи, Гарри... выходи и поиграй... это будет быстро... и может быть даже не больно... я не знаю... я никогда не умирал...
Мудрость не изливается с небес, но прорастает из земли, с трудом пробивая себе путь.
Она рада была бы помочь, но стеснялась вмешиваться в частную жизнь.
«... Неизвестно, какой монстр может скрываться в милом, внешне беззащитном существе...»
Возможно, кровь и гуще воды, но доброта на сто процентов гуще крови.
Злодеи наговорят нам что угодно , и их ложь еще долго будет преследовать наши мысли.
Смерть - эффективный учитель, и она быстро учит осторожности.
Спасать мир было бы намного легче, если бы спасаемые хоть на минуту перестали убивать друг друга.
Мужчину, вовлеченного в незаконную любовную связь, считают романтиком; к женщине же относятся как к продажной. Если о ее тайне узнают все, то общество от нее отвернется.
- ... Вот и получается, что мы, испанцы, унылый народ. Почему же так происходит, спрашиваю я себя? У нас же все есть: жаркое солце, отличное вино, красивые женщины, добрые люди...
Адмирал смотрит на спутника с некоторым сарказмом:
- Почему вы зовете их добрыми?
- Не знаю, - пожимает плечами тот. - Трудно сказать, злые они или добрые... Мне всего лишь хочется думать, что...
- Люди по сути своей не добрые и не злые. Они всего лишь то, что с ними делают.
Каждое решение не столь безобидно, как это может показаться с первого взгляда. Множество людей имеют представление или даже хорошо знают разные практики, способствующие улучшению качества жизни, но только немногие из них приступают к реальным действиям… Не так-то просто сдержать свои обещания. Лень, усталость, упадок духа и множество других врагов подстерегают людей на этом пути. Держитесь! Игра стоит свеч.
"Будь сама собой", - сказала мне однажды Виолетта, когда я тщетно пыталась расположить к себе отца. Это расхожая фраза. Все часто ее говорят, ничего под ней не подразумевая. На самом деле, никто не хочет, чтобы ты была сама собой. Все хотят, чтобы ты была такой, какой нравишься им.
Из воронова яйца голубка не вылупится.
Она осмотрелась в последний раз, не испытывая никаких эмоций. Затем пробралась сквозь узкие затворы в посадочный модуль, к которому была приписана. Залезла в свой костюм, почувствовав, как это часто случалось, когда доходил до настоящего дела, будто она просто собиралась пройти очередную симуляцию. Она подумала: покинет ли ее когда-нибудь это чувство, заставит ли его уйти пребывание на Марсе? Если да, то ее полет этим себя оправдает: она хоть раз почувствует, что все происходит по-настоящему!
Поэтому, прежде всего, никогда не подавляйте. Что бы это ни было, это есть. Примите его, и пусть оно приходит – пусть встанет перед вами. Но просто сказать «Не подавляйте» недостаточно. С вашего позволения я бы сказал: «Подружитесь с ним». Вам грустно? Подружитесь с грустью, почувствуйте к ней сострадание. У грусти тоже есть суть. Примите ее, обнимите, посидите с ней, подержите ее за руку. Будьте дружелюбны. Любите ее. Грусть прекрасна. В ней нет ничего плохого. Кто сказал вам, что грустить – это плохо? На самом деле лишь грусть дарит глубину. Смех поверхностен, счастье не проникает глубже вашей кожи. Грусть доходит до самых костей, до мозга костей. Ничто не проникает так же глубоко, как грусть.
Поэтому не переживайте. Останьтесь с грустью, и она приведет вас к вашему сокровенному центру. Вы можете прокатиться на ней и узнать нечто новое о своем существе, то, чего никогда не знали. Это может открыться только в состоянии грусти, оно никогда не откроется в состоянии счастья. Темнота так же хороша, темнота так же имеет божественную природу. Не только день принадлежит Богу, но и ночь.