Время — это обманщик и лжец. Когда его в избытке — оно просачивается сквозь пальцы, исчезая в суете и мелочах. Когда же его не хватает — оно встаёт намертво, раздувается намокшей раной и давит, давит, давит изнутри.
Не смій називати мене ледащом. Я придумала б якусь в'їдливу відповідь, але щось мені бракує мотивації.
Ничто так не убеждает нас, как глубокая вера другого человека. Она влияет даже на людей неверующих.
Мальчик, суеверия опасны, они внушают лживые надежды.
Но даже у лучших из нас есть слабости.
Лицемерные речи, как правило, льются легко, зато идущее от сердца высказать всегда труднее.
Каким же загадочным все-таки был феномен времени. Прошлое, настоящее, будущее… Рядом с черной дырой их границы теряли свое значение.
Театр - это террариум единомышленников, райский такой террариум... И в этом мнимом раю больше змей, чем яблок и ангелов...
жизнь – довольно бессмысленная штука. Но она становится весьма забавной, если начать от нее тащиться.
Да, в этом мире аристократки носили на себе тонны лишней ткани и металла, чтобы выглядеть, как квадратно-гнездовая невеста… ну, они же здесь все были крупные, я о своими габаритами как-то терялась на их фоне. И вот это великолепие запихивали в платье, до края которого дама была не в состоянии дотянуться сама. Я одну такую встретила. Она застряла в двери какой-то лавки, и ее теперь тянули наружу, как репку. Кучер за служанку, служанка за даму, тянут-потянут, вытянуть не могут. И позвал кучер Ваську…
А в борьбе нет друзей. Там есть те, кто идет рядом с тобой, и те, кто идет против тебя. Причем время от времени первые становятся вторыми, но вторые, как правило, никогда не переходят в разряд первых.
"Усадив Милену на стул, тьер Мортенс дал ей ложку и открыл горшочек. За обедом по просьбе начальника отделения скорой целительской помощи сбегал один из санитаров, но прихватить у орка-трактирщика миски посыльный забыл. Как, впрочем, и вилки.
— Будем есть ложками прямо из горшка, совсем как дикие люди! — объявил Мортенс.
— Здорово! И облизывать пальцы?
— Ну нет, мы не настолько дикие. Мы так, слегка одичавшие без няни люди.
— Мне нравится ходить на работу! Может, ну её, эту няню? Здесь весело! Тереза подарила мне бинты, Марта почитала сказку, а Найт показал, как делать голубя из бумаги.<...> Милена свернулась на стуле калачиком и зевнула.
— Дикие люди обычно сдвигают несколько стульев, чтобы поспать, - сказал Дарен и устроил дочери примитивную кровать, бросив на стулья висевший в шкафу плащ. Милена обняла медвежонка, уютно примостила на нём голову и вскоре задремала."
Впрочем, Кот очень не любит эти «давай сделаем все все сладеньким» перья. Жизнь нужно прожить, а не просмотреть во сне.
Ни один из двух суперкораблей до Пограничных Миров не добрался.Первый, «Панипат» , при повторном взлете поднялся на двадцать метров и вдруг пошел резко вниз – отказали два драйва Юкавы. Только искусство пилотов спасло корабль от непоправимых разрушений. При тщательном осмотре выяснилось, что не просто два драйва Юкавы вышли из строя – все эти драйвы в будущем грозили выйти из строя. Заодно выяснилось, что основной двигатель, работающий на АМ-2, способен давать лишь 50% проектной мощности.Никаких объяснений этому не нашли – кроме того, что строили в лихорадочной спешке, заменяя многие стратегически важные материалы тем, что было проще достать. В результате технических и технологических компромиссов корабль нужно было ставить на доработку.У второго суперкорабля, «Горги» , никаких проблем со взлетом не возникло. Выйдя за пределы хизской атмосферы в сопровождении четырех кораблей эскорта, командир приказал включить основной двигатель. Произошла какая-то странная ошибка. «Горга» врезался в один из кораблей эскорта. На бесконечных просторах космоса случайные столкновения – дело небывалое. Однако немыслимое – произошло.Оба корабля взорвались, экипажи погибли полностью.
Серийные убийцы — это мы, ваши сыновья, ваши мужья, мы — повсюду. И завтра умрет еще больше ваших детей.
Почему вообще есть какая-то фатальная необходимость в женщине? Мужчина заканчивается там, откуда он появился, и становится зависимым от этой пропасти, которая его выбрасывает, а затем снова поглощает.
Все плохое, что происходит в нашей жизни, зарождается и развивается в какой то другой плоскости, и мы не можем заранее это почувствовать или предугадать. А потом в один прекрасный день это плохое просто происходит с нами, и все. И предотвратить уже ничего нельзя.
Жить только разумом, одним разумом - надежный путь к полной пустоте.
От Новой Трёшки осталось одно название: разрушившиеся дома поросли грибком и молодой крапивой. Скорее всего, в разгар лета в зарослях крапивы и других трав вообще невозможно будет обнаружить, что здесь когда-то была деревня. Как будто бы природа ускоренными темпами разрушала ненужное новообразование на своем теле и зализывала раны огромным зеленым языком.
Если у кого-то нет клыков, это еще не значит, что он тебя не может убить.
«Я смотрела на школьную лестницу, и что-то потихоньку стало раскачиваться во мне. Вдоль лестницы, на каждой ступеньке, стояли маленькие люди в серых костюмчиках и коричневых платьицах, нет, назвать их малышами не поворачивается язык: это были печальные и усталые маленькие люди»
Еще повыше, в тяжелом, песочного цвета доме с пилястрами, тоже на бульваре, инструктор по физкультуре, бывший студист одной из столичных студий, встал в позу, закурил и задумался:«Три года! А сколько перелюбил, сколько переузнал, сколько перелюбопытствовал, сколько высосал женщин! Красные виноградные листья, бокалы, канделябры… Теперь я на пороге карьеры. Жена тонкая, чуткая, голубая; и дочь Ирен, 11 месяцев… А первая сцена „Каменного гостя“, некому показать. А кажется, достиг многого».
— Человек в любом возрасте вправе выбирать друзей по своему усмотрению.
Не Бог ли виноват, сотворив людей слабыми и не дав им сил для борьбы с грехом?
— Самоубийство есть самый великий грех человеческий, — ответил он, вздохнув, — но судья тут — един лишь господь, ибо ему лишь известно все, всякий предел и всякая мера. Нам же беспременно надо молиться о таковом грешнике. Каждый раз, как услышишь о таковом грехе, то, отходя ко сну, помолись за сего грешника умиленно; хотя бы только воздохни о нем к богу; даже хотя бы ты и не знал его вовсе, — тем доходнее твоя молитва будет о нем.
— А поможет ему молитва моя, коли он уже осужден?
— А почем ты знаешь? Многие, ох многие не веруют и оглушают сим людей несведущих; ты же не слушай, ибо сами не знают, куда бредут. Молитва за осужденного от живущего еще человека воистину доходит. Так каково же тому, за кого совсем некому помолиться? Потому, когда станешь на молитву, ко сну отходя, то по окончании и прибавь: «Помилуй, господи Иисусе, и всех тех, за кого некому помолиться». Вельми доходна молитва сия и приятна. Тоже и о всех грешниках, еще живущих: «Господи, ими же сам веси судьбами спаси всех нераскаянных», — это тоже молитва хорошая.