Цитаты
285833
admin
добавил цитату
из книги
«Русский дневник»
7 лет назад
Кроме того, мы знали, что грузины очень серьезно относятся к своей литературе: их поэзия и музыка значительно обогатили мировую культуру, и притом поэзия их очень древняя. Стихи читают все, а не только отдельные люди. В местах захоронения на холме мы видели, что их поэты погребены наравне с царями, но во многих случаях поэта помнят, а царя забывают.
Датская пресса глубоко провинциальна, здесь на первых полосах не важнейшие события в мире, а проблемы со сбором средств на восстановление старинной церквушки в глубокой провинции, недостаточная яйценоскость кур в Ютландии, да жаркие дискуссии о небольших изменениях в школьной форме.
Это говорит в пользу датчан, вернее — о здоровой психике большинства населения, крепко стоящего на ногах и озабоченного прежде всего проблемами своей семьи, затем родного городка, провинции и страны. Патриотизм у них очень практичный, понятный абсолютно всем, ассоциирующийся с безопасностью, теплом, полным желудком и безмятежным будущим, и только потом (по желанию!) с величием страны.
Я не хотел перемен! Никаких! Но когда Судьба закинула меня в прошлое, я сцепил зубы и начал строить свою жизнь заново. Через "не хочу", "не могу" и депрессию, унаследованную от нового болезненного тела. Снова — сам. Без помощи семьи, и часто — вопреки всему! Я знаком с Цветаевой и Волошиным, тренируюсь у Гиляровского и тренирую братьев Старостиных, пока не легендарных. Мне уже обеспечены скупые строчки в учебнике истории для старших классов, и есть интересные перспективы, позволяющие войти в...
... прекратите пользоваться одеколоном вовсе. Женщин одеколон не привлекает. Если не верите мне, вот цитата из пресс-релиза чикагского Фонда исследований вкуса и запаха: «Мужские одеколоны, несомненно, понижают приток крови к влагалищу».
До середины XX века сексуальную психологию и физиологию практически не изучали, словно секс был постыдной тайной, а не обычным биологическим явлением. Состояние этой науки о сексе и поведение ученых определял страх — они боялись общественного мнения, религиозной нетерпимости, политического давления, фанатизма и предрассудков. Теперь, когда значение этой сферы в полной мере оценено обществом, трудно даже представить, с чем приходилось сталкиваться первопроходцам лабораторного секса. Впрочем,...
История человеческого познания - это ряд, имеющий в пределе бесконечность, а философия пытается до этого предела добраться одним прыжком, коротким замыканием, дающим уверенность в совершенном и непоколебимом знании. Тем временем наука движется мелким шагом, по-черепашьи, а то и вовсе, казалось бы, топчется на месте, но в конце концов добирается до последних рубежей, до окончательной границы разума, проведенной философами, и, не замечая никаких пограничных столбов, преспокойно идет себе дальше.Ну, разве могли философы не впасть в отчаяние? Одной из форм такого отчаяния был позитивизм с его весьма специфической агрессивностью: он выдавал себя за верного союзника науки, будучи, в сущности, ее ликвидатором. Надлежало подвергнуть примерному наказанию все то, что разъедало и подтачивало философию, обращая в ничто ее великие открытия, и позитивизм, этот мнимый поборник науки, не замедлил вынести ей приговор, заявив, что наука в действительности ничего не может открыть, ведь она всего лишь сокращенная запись опыта. Позитивизм попытался осадить науку, заставив ее признать свое бессилие во всем, что относится к области трансцендентного (что ему, впрочем, так и не удалось).История философии есть история последовательных отступлений. Сначала она стремилась открыть абсолютные категорий мироздания, потом - абсолютные категории разума, а тем временем, по мере накопления знаний, все яснее замечалась ее беспомощность. Ведь каждый философ поневоле объявлял себя самого абсолютным образцом человеческого рода "и даже всех возможных разумных существ. Напротив, наука - это как раз трансценденция опыта, сокрушающая в прах вчерашние категории мышления; вчера пало абсолютное пространство и время, сегодня рушится якобы вечная противоположность между аналитическими и синтетическими суждениями, между предопределенностью и случайностью. Но почему-то ни одному из философов не приходило в голову, что не слишком благоразумно выводить из правил собственного мышления законы, действительные для всех людей и всего человечества - от эолита до эпохи угасания солнц.Выражусь более резко: подставлять в умозаключения себя в качестве искомой общечеловеческой нормы - значит поступать безответственно. Стремление понять "все", на которое при этом ссылаются, имеет разве что психологическую ценность. Поэтому философия гораздо больше говорит о людских надеждах, страхах, влечениях, чем о тайнах абсолютно равнодушного к нам мироздания, которое лишь однодневкам кажется царством вечных и неизменных законов.Даже если мы познали такие законы, которых никакой прогресс не отменит, мы не можем отличить их от тех, которые будут заменены другими. Поэтому в философах я видел лишь людей, движимых любопытством, а не глашатаев истины. Разве, формулируя тезисы о категорических императивах или об отношении мышления к восприятию, они начинали добросовестно расспрашивать бесчисленных представителей человеческого рода? Да нет же - они спрашивали себя и только себя, раз за разом короновали собственную персону, выдавая ее за образец человека разумного. Именно это возмущало меня и мешало читать даже самые глубокие философские сочинения: не успев открыть книгу, я натыкался на вещи, очевидные для автора, но не для меня; с этой минуты он обращался только к себе самому, рассказывал лишь о себе, на себя самого ссылался, а значит, утрачивал право высказывать суждения, истинные для меня и тем более - для всех остальных двуногих, населяющих вашу планету.
Пустыня Невада – бесплодная земля, камни и песок. И подземный исследовательский центр – секретный проект Пентагона по расшифровке послания иной цивилизации. В команде специалистов, привлеченных к работе, выдающийся математик, профессор Хогарт, человек, призванный сдвинуть зависший проект с мертвой точки. Кто же они – те, что живут за сотни и тысячи световых лет от нас? Способны ли мы понять ПОСЛАНИЕ, ничего не зная об отправителях? И что принесет человечеству загадочная субстанция, созданная...
стр. 151Ну ты счастлив, когда доволен тем, что получаешь. В то же время - не боишься это потерять. Знаешь, что в любом случае у тебя останется главное - ты сам. А всё остальное, даже самое приятное, тебе дано во временное пользование. В этой мысли, конечно, - какое-то одиночество, но настоящее счастье всегда одиноко.чело
Кумуткан – это неопытный детёныш байкальской нерпы, которому отовсюду грозит опасность. И главный герой повести, тринадцатилетний Максим, похож на кумуткана, когда мама, оставив его, уезжает на буддийские учения. В то же время сводная сестра Аюна называет себя потомственной чёрной шаманкой, а родной дедушка, бывший полярник, судя по всему, нарочно ловит нерп для каких-то страшных опытов… Повесть Евгения Рудашевского насыщена контрастами, она рассказывает о жизни современных иркутских...
- Постойте! - воскликнул Ваня. - А разве это неправда, что Искусник Крэг был изгнан со своей планеты за доброту?
- Истинная правда, - ответил Рамкэг. - Наши деды изгнали его за совершенно исключительную и подлинно самоотверженную доброту к самому себе.
На берегу некогда студеного, а ныне и навеки теплого океана жили-были три закадычных друга: мастер, спортсмен и ученый. В память о знаменитых мушкетерах мы будем называть их Атосом, Портосом и Арамисом, потому что, во-первых, настоящие их имена большого значения не имеют, а во-вторых, их действительно так всегда и называли, ибо были они неразлучны, готовы были друг для друга на любые подвиги и дружбу свою ставили превыше всего… «Экспедиция в преисподнюю» – смешная и увлекательная «сольная»...
Маленьких бить нельзя, особенно маленьких дураков, особенно когда они ни в чем не виноваты, а виноват маленький дурацкий мир, в котором ты живешь.
Любой человек хоть раз в жизни задумывался: что было бы, если… Если бы получил другое образование, нашёл другую работу, встретил другого человека, принял бы другое решение. Что, если… «Что, если?..» – второе название кризиса среднего возраста. Главный герой нового романа Александра Староверова постоянно задаёт себе этот вопрос. Бизнесмен он или писатель? Счастлив или нет? А что было бы, если он – работяга, отправившийся воевать на Донбасс? Или чекист, защищающий Родину от происков Запада? Или...
Долгими, одинокими вечерами квартира согревала ей душу и будто бы говорила — ну вот зачем тебе мужик, Ань? То ли дело кошка! Вот кошка, Ань, для нас — самое то! А лучше две!
«Спешу сообщить вам, многоуважаемая Анна, что из дневника Его Величества, найденного нами после его смерти, было установлено, что двадцать два года назад он имел романтические отношения с вашей матушкой, Инной Сергеевной Арсентьевой, в следствии чего, спустя девять месяцев, на свет появились вы. Таким образом, Анна, вы являетесь Законным Бастардом Королевства Адлендор и призываетесь немедленно отбыть на родину вашего венценосного родителя. Для перемещения проследуйте, пожалуйста, по адресу на...
Поди, поживи под властью полусумасшедшего деда! Поневоле лишняя спесь улетучится
В Римате неспокойно? Спокойствие туда и не приходило. Зато приехал наконец наследный принц. Ему пора принимать корону и садиться на трон. И у всех свои планы на предстоящее торжество. Наследник планирует короноваться. Его родственники устроили заговор. Мединцы мечтают о возвращении демонессы. Работорговцы ловят добычу, в надежде на хороший улов. И только три подруги ничего не планируют. Они просто влюблены и собираются замуж. Им кто-то мешает? Ах, мединцы, заговор и работорговцы?...
мне
кажется, что единственный смысл жизни — это
сохранить себя. Когда нас пытаются убить,
заставить страдать, когда калечат и тело, и душу.
Не поддаться, не стать такими, как наши
мучители. Потому что всегда есть то, что
отличает нас от других. И неважно, в какую
грязь нас втаптывают. Пока то «я», что живет
внутри, живо — грязь к нам не пристанет.
Просто позвольте себе узнать его, ваше «я»... И
не надо искать кого-то, кто будет вас спасать. Вы
сами ваш спаситель.
В пришедшей в упадок стране Валлас, осколке некогда великой Империи, произошел государственный переворот. Его организаторы неизвестны. Казалось бы, все случается по воле колдуна Эрланда, вершащего свои дела руками чужестранки Эды, наемной убийцы с юга. Организация сопротивления сторонникам свергнутой династии возложена на командующего столичным гарнизоном графа Тариса Бена и бывшего гладиатора Варга, выпущенного на свободу. Каждый из них оказывается не тем, за кого себя выдает... Нет предела...
– Дочь моя, я прожил сто девять зим, и ни разу не видел, чтобы кому-нибудь повезло, – возразил отшельник. – Везенья нет, есть что-то иное. Я не знаю, что, но если надо, мне откроется и это.
Древние мифы, старинные предания и волшебные сказки, детские впечатления и взрослые размышления прекрасного английского писателя Клайва С. Льюиса легли в основу семи повестей эпопеи «Хроники Нарнии», ставшей одной из самых известных и любимых книг детей и взрослых во всем мире. Читая книгу, вы снова и снова будете открывать чарующий волшебный мир Нарнии – и попадете в страну, которую могут по-настоящему увидеть только дети и люди с чистой душой и открытым сердцем. В формате PDF A4 сохранен...
Насильничать, убивать, грабить - характерно для рабов, которым вдруг перестала грозить плётка. Рабы божьи в этом смысле не являются исключением. А человеку неверующему приходится быть человеком самому, без помощи божественных кар. Единственный его помощник - совесть, без которой вполне может обойтись благопристойный христианин.
Самый ценный капитал, который сколачивает человек за свою жизнь, – это память о себе. И не обязательно добрая, главное, чтобы долгая. А уж распорядиться этим капиталом можно по-разному, благо нихиль – потусторонний мир – предоставляет изобилие возможностей и альтернатив для удовлетворения самых фантастических желаний, о которых страшно было даже мечтать в земной жизни. Главное, чтобы в кошеле никогда не переводилась звонкая монета.
- Хорошо ли доехали?
- Благодарю, мона Нидария, вашими молитвами.
Осень на дворе! Кто же осенью по вашим дорогам хорошо доезжает? Вот если бы мои лошади умели летать... А так, где не рысью, там брасом.
Взгляд принцессы не соответствовал её деловому тону. Он словно ласкал моё лицо, иногда обегая тело, с несомненным восхищением. Я бы даже сказал, что Недотрога поедала меня взглядом, как любимое пирожное. Мысль мне понравилась. – Согласен с вами. – Я настаиваю, чтобы все обсуждения, которые имеют отношение к этому делу, велись только в моём присутствии. Нет, такое откровенное внимание, несомненно, приятно, но и капелька сопротивления бы не повредила. Для разогрева. – И вы, в свою очередь,...
Люди, с которыми можно помолчать, не испытывая неловкости, называются близкими. Только становятся они таковыми лишь спустя время.
Красавец-муж ушел? Скатертью дорога!
Из любимого офиса попросили?.. А вот это уже хуже.
Но в жизни с чистого листа есть и свои плюсы.
Всего одна чашка кофе в компании с последним офисным клиентом, и жизнь перевернется с ног на голову.
Но прошлое не дремлет, и развестись не так-то просто. Да и как теперь доверить свою судьбу сильной половине снова и дольше, чем на одну ночь?
Разве что сильная половина окажется настойчивой и терпеливой, как настоящий гусар!
Я знаю, что красивая, но иногда услышать подтверждение этого очень приятно.
В моей жизни много плюсов: непоколебимая стабильность, многолетняя работа школьным психологом, отсутствие ворчливого мужа… Но и минусов в ней хватает: непоколебимая стабильность, многолетняя работа школьным психологом, отсутствие ворчливого мужа… Я и предположить не могла, что одно-единственное неучтенное сообщение в Ватсапе разрушит всю математику привычного уклада, а случайно завязавшаяся переписка заставит меня здорово пораскинуть мозгами. Почему? Потому что я уверена, что неизвестный, с...
- Кого же ты ждёшь? Принца на белой скотине?
Брунхильда: О-о-о! Хочу его! Ах, он не оценил? Ну, ничего! Мы из рода Ржавый Молоток, не сдаёмся! Этот эльф будет моим!
Самандриэль: Это ещё кто? Эй! Куда ты прёшь?! Нет. Да ты... Да я! О нет!.. О... Да?! О Боги!
Однотомник! Не очень длинная, но насыщенная полная юмора и неожиданных поворотов история... Внимание! Словосочетания "нефритовый стержень", "толстенная дубина", "могучая палка", "священная секира" и другой бред тут будут встречаться обязательно! Смиритесь...))
– Девушка, у вас колготки порвались. – Шепнула мне прохожая на светофоре.
– Правда? Спасибо. – Улыбнулась я.
Оказывается, солидарность еще осталась.
Жизнь преуспевающей журналистки Кати Морозовой в один миг превращается в катастрофу: жених предал, из модного глянца со скандалом уволили, а тут еще и пожар в гостиничном номере, который уничтожил почти все ее личные вещи. Любая другая точно отчаялась бы. Но только не остроумная, находчивая и сильная духом Катерина: она ставит себе цель вернуть контроль над собственной жизнью, добиться успеха в карьере и непременно встретить, наконец, того, кто сделает ее счастливой. Кем окажется тот...
– Поверь, когда мужчина заинтересован, он может быть очень изобретательным. Но мы без конца тешим себя иллюзиями, что ему мешают обстоятельства. Ты смеешься, а на самом деле это межнациональный женский спорт! Называется «придумай оправдание тому, кто тебя не хочет».
Однажды в дублинском кафе, где работает Скай Полански, появляется загадочная незнакомка по имени Лилит, которая предлагает Скай работу секретарем в своей клинике в Бостоне. Скай не из тех, кто готов к переменам, но, устав от неудач в личной жизни, она соглашается. Вскоре выясняется, что под прикрытием клиники скрывается весьма изощренный бизнес, который способен дать все: красивую жизнь, роскошь и адреналин. Но праздник длится недолго: дьявол уже приготовил для Скай свои страшные дары.
Сытый мужчина-довольный мужчина! Главное, не спрашивать кем он сегодня питался!
Чтобы спасти любимого от смерти, я вынуждена отправиться за помощью к самому опасному человеку города. Я заключила сделку с Владом Дагервудом, пообещав стать его собственностью на целый год. Вот только я не ожидала, что мой хозяин совсем не тот, кем кажется. Что он даже не человек. Но и он еще не знает, что сделка со мной может изменить его жизнь.
Содержит нецензурную брань.
"Как странно, - огорченно думала мама, - как странно, что становишься грустным и злым оттого, что тебе хорошо".
Однажды в августе Муми-папа понял, что больше всего хочет жить не в долине, а на островке с маяком, среди бушующего моря. Когда лодка с семейством муми-троллей приплыла на остров, оказалось, что там их никто не ждет, маяк закрыт, из соседей только угрюмый Рыбак и вообще более скучного места не сыскать. Но скоро выяснилось, что остров хранит столько тайн, загадок и неожиданностей, что приключений действительно хватит на целый год.
Но чего Глухой боялся больше всего – так это благих намерений добродушных людей, самых больших идиотов во всем мире.
Роман является четвертым (из шести)во внутреннем цикле, где фигурирует гениальный преступник по кличке "Глухой". Данный преступник по мнению критиков у Эда МакБейна играет роль конандойлевского профессора Мориарти. Обнажая проблемы работы американской полицейской машины, раз за разом Глухой планирует свои преступления, основываясь на арифметических расчетах вероятности, но в каждом новом деле всё, как правило, решает случай…
Горожане коротали времечко, то и дело закусывая или перекусывая. Что и понятно: движение челюстей, как ничто, разгоняет скуку.
Отставного сыщика петербургской полиции Родиона Ванзарова попросили вернуться на службу — дело настолько сложное, что лишь одному ему оно под силу. И в первый же день расследования Ванзаров… убивает жертву преступления! Или все-таки жертва и до этого была мертва?.. Ответить на данный вопрос не смогла полиция города Павловска, по улицам которого бродила мертво-живая девушка. Загадку произошедшего не сумел разгадать и великий криминалист Лебедев: что-то важное все время ускользало из поля зрения....
..Рано или поздно, добро отплатит добром. Да, это может занять много времени, а может и нет. Судьба знает, что и когда, отведено каждому человеку. Просто нужно набраться сил и терпения. И тогда всё у вас получится...
Я старалась не выделяться среди сливок общества и спокойно стояла в сторонке. Но моё спокойствие потревожил сам мистер Гилл. Он протянул мне бокал шампанского со словами: — Мисс Хейг, нельзя отказывать себе в удовольствии пить шикарное дорогое шампанское, — говорил он грубоватым баритоном, который до сих пор меня вводит в оцепенение. — Простите, мистер Гилл. Я не пью на любых мероприятиях. Не хочу оказаться в чужой постели утром, — ответила я, мысленно ударив себя по губам. — Даже так. Тогда...
Можете за меня порадоваться — адаптировался к параллельному миру почти полностью. Сегодня вот довелось отрубить голову симпатичной девушке, и даже не проблевался при этом. А ведь в первые дни меня наизнанку выворачивало при виде дохлой мухи.
Крепну на глазах — сам собой горжусь.
Это девятая попытка, и он начал понимать, почему предшественникам не везло. Необитаемый остров, море, лес — без разницы: везде лишь смерть. Знания, поспешно вбитые в голову, и сомнительные навыки, усвоенные за несколько тренировок, здесь никого не впечатляют, и пользы от них гораздо меньше, чем от прибившейся местной птицы. И еще люди: могут убить; могут спасти. И дорога для самоубийц, на финише которой караулит все та же костлявая старуха с косой… или кое-кто похуже.
Мне говорили – «на просторах нашей необъятной», и я понимала: вселенной. Любовь к своей вселенной, жалость к своей вселенной. О, да. Гордость. Гордость? Ну, чем же тут гордиться? Тем, что ты – песчинка в этой вселенной? А в той?
Героиня этой книги могла быть любовью Чарльза Буковски и Генри Миллера. В знак протеста против абсурдных войн она объявляет голодовку и превращается в мутанта со стеклянными кишками. Спасает самоубийц и разговаривает на одном языке с аутистами. Читает чужие мысли. Делится на два «Я». Разыскивает подпольный «бойцовский клуб» и проваливается в бездны. Она – лишь жертва, которая осмеливается сшивать куски разорванного города, разрезанного мира. Жертва играет с насилием в шахматы. Начинает белыми....