Мы слишком многое друг о друге знаем, и нам обоим есит что терять, поэтому выдать другого - слишком большой риск.
Путешествия – удивительная, целительная сила. Когда вокруг столько нового и интересного, что хочется увидеть, узнать, прочувствовать, уже просто не остаётся ни времени, ни сил на то, чтобы думать о прошлом, тосковать о былом.
Мы рабы обстоятельств, своих желаний, своих страхов. Мы рабы жизни. Но только от нас зависит, как мы встречаем трудности и соблазны, как ведем себя в опасности и в радости. Только от нас зависит, какую жизнь мы проживем. Всецело и полностью от нас.
У тебя есть муж, и ты узнаешь, что он тебе изменяет, – это значит изучить одну вещь. У тебя есть муж, и ты узнаешь, что он тебе изменяет с твоей сестрой, – это значит выучить две вещи сразу. У тебя есть муж, и ты узнаешь, что он тебе изменяет с твоим братом, – это значит выучить три или даже четыре вещи одновременно.
Любовь слишком драгоценный дар, чтобы ее потерять.
Горючие и отчаянные слёзы смывали лишнее, давая увидеть не только осколки и обломки сервиза, но и хрупкие, позвякивающие под ногами останки иллюзий…
Женщины влюбляются в то , что слышат . Мужчины в то , что видят. Поэтому женщины красятся , а мужчины врут.
После сорока лет Игорь пришел для себя к выводу — ни одну из своих жён он не любил. Лишь пользовался их любовью и страстно желал быть ими любимым. Как только слова любви заменяли претензии — Игорь спешно искал огонь страсти в другой.
По-моему, если раз сошлись, то надо жить до самой смерти.
– У всех мужчин в личности обязательно имеются чисто женские черты характера. У некоторых более половины. Такие как сострадание, жалость, нежность… поверь, это далеко не худшие человеческие качества. И это вовсе не мешает им всю жизнь оставаться настоящими мужчинами.
Люди стали бы гораздо счастливее, если б могли остановиться на мгновение, задуматься - и оглянуться назад, отдать дань уважения прожитым дням, а не только смотреть на дорогу, что лежит впереди.
Замкнутый круг существует, потому что его невыносимо больно разорвать. Требуется астрономическое количество боли и смелости, чтобы изменить привычный шаблон. Порой кажется, что легче просто двигаться по знакомому кругу, а не прыгнуть в сторону без гарантии приземлиться на ноги.
Что имеем не храним, потерявши – плачем.
Да, признаю, когда то меня привлекали мысли о мировом господстве, но кто из нас в глубине души не лелеял мечты стереть человечество с лица земли и заселить планету равными себе?
Костер бросaл кровaвые блики нa его простодушное мaльчишеское лицо. В небе сверкaли звезды, a в кустaх словно зaведенные трещaли сверчки. Примерно тaк же, кaк трещaл по мaгическим швaм зaщитный купол, нaкинутый Брaссом нa встaвший нa ночлег кaрaвaн.
Сон вообще хорошая штука, особенно когда нужно увернуться от увесистых оплеух памяти, вздумавшей поиграть в «угадай, где прячется кролик»
«Хорошее знакомство порой порождает немного пренебрежительное отношение».
Я, бывает, разговариваю сама с собой. И даю себе очень хорошие советы. Иногда даже я им следую.
Отдать жизнь не жаль, если это красиво смотрится.
«Симпатяга? Откуда мне знать, симпатяга он или нет. Англичан поди разбери.»
...Это личное дело каждого, что он думает о боге.
Они дошли до муниципалитета и остановились попрощаться у крыльца, по бокам которого восседали два насупленных каменных льва в сером налете пепла. Джулия одного потрепала и рассмеялась.
– Ужасно хочется на него залезть. Как думаете, что на это скажет мисс Чисхолм?
– Полагаю, будет сердечный приступ.
<...> великие открытия, будь то шёлк или сила земного притяжения, всегда сваливаются с неба, и делают их люди, бездельничающие под деревьями.
«Людская жизнь – тайга тайгой, в иных местах еще гущу все сплетено – перепутано.»
Уже кончался день, а они двое всё шли, всё говорили и не замечали ни времени, ни дороги.