- Ваше имя Нигде не значится. - Я- богиня? - Вы неудачница.
В сшибке щитовых стен побеждают не разум и осмотрительность, но божественная одержимость и сокрушительный натиск.
Вы женщина, а значит, должны жить, как все женщины. То есть без страха.
Опять, как в нашей церкви, я услыхала, что женщины грешны и нечисты, – видно, все священники только об этом и думают.
– Ни одно серьезное занятие не бывает легким, – ответил Фрэнк. – Особенно поначалу. Но я не собираюсь сдаваться.
Все будет хорошо. Если буду повторять себе эту ложь, то поверю в нее... даже если это неправда.
Скажу вам как бывший разведчик, перевидавший немало немцев, они очень любили такие словечки: акция, операция, экзекуция. Для них порядок был символом закона, а во имя закона они могли спокойно убивать женщин, стариков и детей. Но если порядок нарушен, если дети, женщины и старики сопротивляются, то они ставят под сомнение справедливость этой меры. И Штальбе понимал, как важно добиться беспрекословного повиновения, добиться, чтобы люди безропотно легли в ров, легли с сознанием неотвратимости этой меры, – тем они сами подтвердят ее законность.
Допустим, у вас есть целых 24 часа на завершение какого-то проекта, но вы не знаете, с чего начать. Представьте, что у вас есть только 90 минут, и вам будет проще расставить приоритеты.
Любить – значит сойти с ума, и тогда то, что делают двое – до одури хорошо и приятно, и ещё красиво и очень правильно. Совершенно правильно – когда вместе и когда любишь.
В двадцать пять лет я был еще настолько мальчишкой, что не сумел найти себе развлечения умнее, чем дразнить дурака за то лишь, что он дурак. Но он-то вести себя умнее не мог, так что настоящим дураком в сущности был я.
Вероятно, стоит принять жизнь такой, какая она есть, и сдаться. Может, никакой это и не знак свыше, а наваждение...
чего еще ждать от обычной девчонки начала двадцать первого века? Я дитя своего времени. Ни больше ни меньше. Мое образование имеет смысл только в условиях рыночной экономики и повальной компьютеризации. Отключи электричество – и все, «профессионализм» кончился, потому что без калькулятора считать уже не умею, писать от руки тоже почти разучилась. А думать без вспомогательных компьютерных программ… ну, теоретически это возможно. Теоретически!
Всевышний знает, что Он создал французов по ошибке! И послал нас исправить оплошность!
Будущее состоит из надежд.
Кто же эти люди, что сетуют на день сегодняшний так, как будто у них был, есть и будет какой-нибудь другой?
«Когда бьешь кого-то, это значит только одно: тебе никогда не нужно извиняться. Пока не становится слишком поздно, конечно».
Я жестом позвала Алкесту и показала ей записку Леандра. Говорить ничего не стала, но мне самой было интересно.
– Утром приглaси Ждaновa, – прикaзывaет он медсестре, a дaльше поясняет уже мне: – Он нaш штaтный психолог… – предупреждaя мой протест, говорит грозно: – Это не обсуждaется, Нaдеждa. Его консультaция входит в курс и обязaтельнa для всех пaциентов центрa… Ритa, поторопитесь! – рявкaет, не отвлекaясь от меня
— Что вы делаете? — испуганно спросил нотариус.
— Пытаюсь вызвать у тебя чувство доверия, чтобы ты мне всё рассказал и показал, — ответил я, включая утюг в розетку.
Я не завидую артистам и блогерам – ведь они впадают в зависимость от своего образа, им приходится носить бренды, иногда даже паленые, чтобы соответствовать своему статусу. Но это их выбор. Мы его не осуждаем.
— Ты недостаточно улыбаешься.
— Я много улыбаюсь. С восьми вечера до часа ночи со вторника по воскресенье. Ты разве не знал? Это удваивает чаевые.
Кай тихо рассмеялся, оставив меня полностью безоружной. Его смех бархатистый, какой-то мрачный, но одновременно с этим пряный, как глинтвейн в тёмную морозную ночь.
В шесть часов Леночка срочно засобиралась прочь со старого места работы и, пожeлав мне "ни пуха, ни пера", наконец умчалась прочь. Я с чувством послала ее к черту, разумеется, только в силу традиций, хотя и на душе после этого стало намного светлее и радостней.
Спасателей нет. Не стоит ждать их. Лучше не доводить до ситуаций, из которых тебя необходимо спасать. Жаль, что это понимаешь, только когда уже хапнул дерьма по полной.
Любовь – это говорить и разговаривать, слушать и слышать. А если жить одними эмоциями, то они только отталкивают людей друг от друга. Я теперь буду поступать по-другому.