Горевать о том, что уже случилось, бессмысленно.
Каждый из нас стремится к счастью, только некоторые так давно сражаются со своими демонами внутри, что уже боятся поднять глаза к небу.
Каждый ответственен за свою жизнь. Если где-то что-то пошло не так, виноват всегда ты сам.
— А что? Демоны в туалет не вторгаются? – осведомился принц, едва не уронив монокль. – Или, говоря деликатно, тук-тук, я в домике?!! Неприятности, уйдите, я какаю?
Я могу пообещать сесть на диету с завтрашнего дня! Хотя нет. Убить кого-то проще!
— А теперь представь себе, как я нежно снимаю с тебя обязательства и раздвигаю твои аппетитные планы, чтобы плавно вставить в них свои коррективы.
«Шатал я твою невозмутимость!» - намекал тягучий взгляд демонических глаз, остановившийся почему-то на мне.
Мне казалось, что в этой очереди пройдет моя первая молодость. Следом за ней промелькнет вторая. А если мне удастся с кем-нибудь познакомиться, то в библиотеку я войду уже старенькой бабушкой. Ведя за ручку любопытных внуков.
Успеваемость у нас неуклонно падает, как содержимое штанов импотента.
— Ты пойдёшь за Дарси на край света? — казалось, Демьян не язвит, но Кирилл не собирался ему верить, поэтому ответил с улыбкой.
— Без промедлений!
— А ты за ним? — Демьян повернулся к Дарси.
— Да.
— На самый край?
— Да, на самый-самый.
Демьян достал бумажник, бросил на стол несколько купюр, потом поднялся и насмешливо покачал головой.
— А потом вы спрашиваете, почему я считаю вас идиотами! У меня для вас новость: земля круглая!
...будучи женщиной методического склада характера и хорошо зная, во сколько обошлось бы изготовление новых челюстей, миссис Флоуз вначале вынула зубы и положила их в стакан с водой, а уже потом стала скрипеть деснами
"Меньше знаешь - крепче стул"
Кстати, характерный анекдот тех лет. Так сказать, для описания климата Черногории того времени. Плакат на въезде в Черногорию: "Добро пожаловать к нам! Возможно, ваша машина уже здесь".
Он понял свою главную ошибку: с Айей нельзя вступать в открытое противоборство. Ты ей слово – она тебе десять. Ты ей два – она тебе двадцать. Гвоздем. На капоте.
– Прости…
Слишком просто, разве нет? «Прости» – и все улажено. Как удобно! Всю жизнь делаешь, что тебе вздумается, а потом:
«Прости!» – и готово. И бегом под ручку в закат.
— В крайнем случае получишь в глаз, — закончила она свое повествование. — Всего и делов-то.
— Ну ни фига себе! — возмутился тот. — Глаз, между прочим, профессиональное орудие телохранителя. Я не могу им рисковать.
— Ну, вообще-то тебя предупреждали, — вспомнила я, — она же ещё при первой встрече сказала, что ты будешь жить с ней в строгости. А ещё у вас, извращенцев, есть стоп-слова. Это даже я знаю.
Дима злобно на меня посмотрел.
— Я знаю про стоп-слова! Орал «Я в домике!» так, что соседи по батарее стучать начали. А знаешь, что она ответила?!
— Что?
Начальник, поднатужившись, выдал басом:
— «Здесь нет домиков, Дима!»
- Жанночка, - я пыталась говорить аргументированно и логично. С психами только так - нежно, и пытаясь не показать, что о них думаешь на самом деле, - иди в жо...
- Могу крапивы тебе завести ... отличное гомеопатическое средство. Детей на раз успокаивает.Проверено на собственной спине. Бабуля тем еще гомеопатом была. Я, после каникул в деревне, приезжала очень воспитанная. И здоровая, кстати.
В это чудесное и душистое июльское утро Блад шел среди яблоневых деревьев, склонившихся под тяжестью плодов, и думал, что человек, как он давно уже подозревал, - это не венец природы, а ее отвратительнейшее создание, и только идиот мог избрать себе профессию целителя этих созданий, которые заслуживали уничтожения
Если боги хотят кого-нибудь наказать, то прежде всего они лишают его разума.
-... что тебя удивляет?-
- Меня удивляет, что тебя это не удивляет. Или меня это уже не удивляет?.. -
Правда необязательно должна ранить. Ее можно принять за тяжелого удава, который обвивается вокруг горла и убивает тебя, а можно – за боа из перьев, роскошное и забавное дополнение к твоей жизни.
Он ненавидел... Себя - за слабость, за любовь к ней. Её - за то, что неиспытывает те же чувства. Еще раз себя - за ненависть к ней. Ненавидел...
Никто не смотрел на меня так, как смотрит он. В самое сердце. Никто не трогал так нежно, что я даже пугаюсь с непривычки. Ни с кем мне не хотелось быть самой собой и... просто быть.