Я не лезу в политику и не люблю, когда она лезет ко мне.
— Леди, вы крайне несговорчивы.
— Да, мне уже говорили об этом.
И вот сегодня утром я чувствовала, что все – сдулась и мне срочно нужен хотя бы один день растительного образа жизни. Спать, есть, лежать, читать что-то легкое и ненагружающее мозг или слушать музыку, загорать и плавать в море. И вообще, хотя бы на несколько часов почувствовать себя амебой или инфузорией-туфелькой, не обремененной ни мозгами, ни проблемами.
Лучше общаться с приличной нечистью, чем с неприличной… эм… честью.
... да здравствует моя паранойя, тщательно взращиваемая и лелеемая средствами массовой информации двадцать первого века.
Хуже планов, рушащихся с самого начала, были только планы, гладко идущие почти до самого конца.
Шах еще не означает мата, главное, продолжать партию, а не швырять доской в противника.
– Ты сказал: «Следи за ними», – укоризненно напомнил Дэн, стряхивая на блюдо последний блинчик, большой и кляксообразный. – А не: «Следи, чтобы они не пригорели»!
– Я думал, ты это понимаешь!
– Теперь понимаю.
Вот уж чего киборги точно не делали – так это не мешали людям заблуждаться.
– Бежим! – гаркнул Станислав. Уставное «отступаем!» никогда ему не нравилось: оптимизма в нем было больше, но и слогов – тоже.
– А если по-честному, какой у тебя стаж навигатора?
Киборг оценивающе покосился на пилота:
– Тот месяц, что я с вами на Степянку летал, считать?
– Считай, – разрешил Тед.
– Тогда месяц.
Кефир сначала стеснялся и цеплялся за стенки, даже когда бутылку перевернули вверх дном, но потом набрался храбрости и выскочил сразу весь, с горкой наполнив стакан и растёкшись по столу.
Вадим сдался раньше, тяжело обвиснув на друге и чуть не утянув его за собой.
– Брось меня… – простонал он в лучших традициях драматических фильмов.
– Брошу, – охотно пообещал Станислав. – Как только кто-нибудь на меня кинется – сразу в него и брошу.
Все самое лучшее случается неожиданно, иногда стоит отпустить контроль и плыть по течению. Но перед этим обязательно убедитесь, что течение безопасно и его направление совпадает с нужными вам координатами.
Сила иной раз чувствуется и без оружия, достаточно нести ее в себе.
Не удивляйтесь, если, играя с чужими чувствами, вы изрядно обтреплете свои.
Кобелизм — по ходу, неискоренимая интернациональная, да что уж, в свете его убеждений, межрасовая черта.
Говори прямее и ближе к сути, а то собеседник уснет, пока тебя дослушает.
– Жизнь – это не главное. Главное – это прилагательное, – истинно в духе некромантов ответил Гыргырницкий.
Осень не плакала. Она всего лишь заваривала крепкий чай из желтых листьев. Накрывала всех и каждого пледом тихой печали, стучала в окна дождем в ритме протяжного блюза.
Назвался рыцарем – иди убей дракона!
НА ВОПРОС «СКОЛЬКО БУКВ В САМОМ ДЛИННОМ СЛОВЕ РУССКОГО ЯЗЫКА?» МОЖНО ОТВЕТИТЬ – БЕСКОНЕЧНОСТЬ. И это не философия! У нас нет ограничений на число приставок «пра» для обозначения предков и потомков, то есть может быть прадедушка, прапрапрапрапраправнучка, а еще и бесконечно длинное слово – прапрапрапрапрапрапра… ПО ТОМУ ЖЕ…
Какой она была, та девушка?
Я задумываюсь, словно этот вопрос и правда очень важен, и ответить на него нужно максимально верно.
— Сначала она казалась идеальной… — девушка ждёт, и я продолжаю. — А потом сумасшедшей.
Мы замолчали и дом молчит, слушает, ждёт. Кот распушил шерсть на хвосте, напрягся, словно готовясь одним броском взметнуть в сторону свое тело, скрыться, сбежать.
— А я?
— А ты сначала кажешься сумасшедшей.
— А потом?
— А потом ещё не наступило…
Не думай о том, что говорят или думают другие. Никто никогда не окажется на твоём месте, в твоей шкуре. Живи собственными чувствами и желаниями. Жизнь - одна. Чистовика не будет.
Если мужчина не привлекает, сколько бы он вас не целовал - эффекта будет ноль.