Нет ничего эфемерней, чем чувства. Особенно, любовь. Она появляется внезапно. Но уходит еще быстрее. И неправда, что любовь между мужчиной и женщиной простит всё. О нет! Люди - эгоисты по своей сути. И взаимоотношения между полами яркое тому подтверждение. Каждый тянет одеяло на себя. Когда же понимает, что у него не то, что нет половины, ему остался совсем маленький кусочек, под которым он мерзнет, тогда и начинается самое интересное.
Не всегда измена становится приговором для семьи. Иногда она как лакмусовая бумажка выявляет глубокие проблемы, а дальше каждый решает сам: гордо уйти и упиваться своей обидой всю жизнь, или попытаться что-то исправить. Конечно, это возможно только в случае, если есть фундамент, если оба готовы меняться, прислушиваясь друг к другу.
Но рядом со ЗЛОм быть слабой мне приятно… большую часть времени. Потому что несмотря на его едкие замечания, он заботится обо мне и носит на руках. Как и своих дочек. Не в каждого мужчину эта опция заложена, поэтому я пользую ею по максимуму. Сложно от такого не поплыть.
Люди стараются поскорее выбросить из памяти то, что им неприятно. А что может быть неприятнее для добропорядочного «жильца», чем рожа грязного бездомного бродяги. Ее забывают сразу. Собственно, ее никто и никогда толком не рассматривает. Люди живут слишком мало, а потому вечно спешат. Им недосуг сопереживать бродягам и наблюдать за жизнью изгоев. Более того: они инстинктивно сторонятся неудачников. Девяносто девять человек из ста не будут проникаться чувством сострадания к тому, кто опустился на дно. Да и сотый не станет надолго этим заморачиваться. Просто потому, что у него в итоге найдутся дела поважнее. Бомжей предпочитают не замечать, не видеть и не запоминать. Вот ты, например, можешь вспомнить лицо хотя бы одного бродяги?
- Я сильнее, чем кажусь, - упрямлюсь я.
- Сильнее? Сильнее - это не достижение, это безысходность. Привилегия - иметь возможность быть слабой.
Если бы все проблемы решались вот так, деньгами, то это были бы не проблемы , а расходы.
Говорят, учительницей она была строгой, а потому и охрипшей. Все сопутствующие профессиональные заболевания были на лицо. Дергающийся глаз, легкий нервный тик и прогрессирующий маразм.
Новая голова знала, что многое ушло без возврата, как уходит морская волна. Она знала, что страдание приемлемо и переносимо, если быть терпеливым, как терпелив мужчина к язвящим уколам терниев,
Лечиться даром — даром лечиться
На чужой жизни камаринского сплясать ничего не стоит.
— Сначала я придерживался того же мнения, что и все остальные, но в последнее время стал сомневаться. Понимаете, всем очень хочется верить, что там, внизу, лежит что-то удивительное. Мои ученые просто грезят наяву, воображая себе новые горизонты знаний. Эти пугала армейские слюну пускают, предвкушая, как можно будет поставить новые технологии на вооружение. Но откуда нам знать, что там такое? Найденные нами предметы — словно дорожка из хлебных крошек, которая намекает на то, что где-то есть вещи повкуснее. Но пока мы не разгадали их сообщения, мы не можем знать, что именно ждет нас там внизу.
«И если часто повторять удары, хоть мал топор, но дуб могучий срубит.» Шекспир
Он ее отец. Он насильник. Он царь. Он убийца. Он мудр и справедлив. Он жесток и безжалостен. Он божий избранник, всемогущий, богоподобный, а она — всего лишь его подданная, раба его прихотей.
Иногда они бежали в парк, и мне оставалось только гнаться за ними. В итоге я стал сильнее и выносливее и уже не несся за ними, а бежал с ними ноздря в ноздрю. Вместе с ними я начал плавать в океане. Я понял вот что: не важно, что происходит в твоей жизни, — чтобы быть счастливым, достаточно просто прыгнуть в воду. Такое простое и правильное отношение к жизни. И всякий раз, когда я открывал ворота, они учили меня безусловной любви. А я в ней, надо сказать, очень нуждался.
Надо смеяться над тем, что тебя мучит, иначе не сохранишь равновесия, иначе мир сведёт тебя с ума.
"Папе нравилось, что сирень лучше всего цветёт после суровой зимы. Просто чудо, что вся эта красота появляется после таких испытаний." (с)
Штат Айдахо наконец-то выдал мне отсроченное свидетельство о рождении. Помню тот день, когда его прислали по почте. Я почувствовала себя очень странно, держа в руках первое официальное подтверждение своего существования: до этого момента мне и в голову не приходило, что это нужно подтверждать
Ты представляешь каково это — помнить всё?
- Я вообще молчала. - Ты очень громко думала.
Не верю, хотел воскликнуть он, разрушив иллюзию пророчества, но язык заледенел. К глубочайшему его сожалению, он верил гадалке, верил всей душой, как зритель верит бесприданнице, умирающей на палубе парохода от меткой пули ревнивца-жениха, верит, несмотря на картон, мешковину и подсказки суфлера, плачет горькими слезами, хотя и знает, что после занавеса актриса встанет и выйдет на поклон.
Садик Кадфаэля окружала живая изгородь из кустов боярышника, усыпанных белоснежными цветами, и орешника, на которых покачивались серебристые сережки. из травы выглядывали анемоны, поднимали плотные, тугие головки ирисы. Даже розы, судя по набухшим бутонам, вот-вот должны были распуститься, а круглые коробочки пионов, полные пахучих семян, которые брат Кадфаэль использовал при приготовлении целебных снадобий, а повар аббата брат Петр — в качестве пряной приправы, чуть не лопались.
Самое ужасное чувство – это собственная беспомощность
– В гости не зови, мы не придем.
Стремитесь к регулярным упражнениям любого вида, даже если у вашего тела есть иное мнение. В конце концов, вы упражняетесь не потому, что хотите расшевелить тело, а потому, что хотите расшевелить свой мозг.
Кроме того, я не верю в прощение. Тебя что-то либо беспокоит, либо нет. Прощение нужно для того, чтобы тот кто был к тебе жесток, почувствовал себя лучше.