Один мой знакомый лесник про неё как-то сказал:
– Понимаешь, ведь нам, мужикам, только первое время нравится, что женщина смотрит на тебя глазами влюблённой коровы и слушает, открыв рот. А хочется же ещё и поговорить!
…крышу сняли, да и сами сейчас повалилися, потому что у мастеров в их тесной хороминке от безотдышной работы в воздухе такая потная спираль сделалась, что непривычному человеку с свежего поветрия и одного раза нельзя было продохнуть.
Своим постоянным присутствием дочка открыла мне дверь в совершенно новый мир. Мир куда более простой и понятный, чем тот, в котором я привык жить, и окрашенный только в солнечные цвета. В нем всегда царит радость.
в любви, как и на войне, все средства хороши.
-Это риторика, - со вздохом объявила Рыска другу. -Искусство дурить людям головы.
Да, мораль это такая вещь, которая не всем присуща.
Чтобы отравить атмосферу целого офиса, достаточно одного-двух «заражённых» сотрудников. И менеджеры, которые пытаются исправить ситуацию путём перетасовки кадров, должны понять, что золотое правило риелтора («место, место и ещё раз место!») здесь не работает! Куда бы они ни пошли, они потянут за собой шлейф негативной энергии.
Негативно настроенные сотрудники подобны урагану, крушащему всё на своём пути.
– Соседи – мои ровесники. Она получает в полтора раза больше него. Он – охранник, реально спит или сидит на работе, ничего более. Тем не менее всю работу по дому делает она, он еще ей втыки дает, что редко стала пироги печь. Это как откомментируете? – Это любовь.
Любовь не купишь за деньги. Зато можно купить большой сочный пельмень, а это почти то же самое!
Мои вчера исчезают, мои завтра неопределенны, так ради чего я живу? Я живу ради каждого дня. Я живу в данный момент. В один из дней, которые придут на смену сегодняшнему, я забуду о том, что стояла тут и произносила эту речь. Но то, что я забуду об этом завтра, не означает, что я не проживаю каждую секунду того, что происходит сегодня. Я забуду сегодняшний день, но это не означает, что этот день не имеет значения.
Сломанные крылья не мешают летать. Главное — с кем ты в небе.
Любовь – это игра, в которой оба блефуют: мужчина – чтобы выиграть, женщина – чтобы проиграть.
Можно проводить опросы, только никогда не знаешь, правду ли тебе отвечают.
У нас же не могут жить посередине. Обязательно нужно или на самое дно опуститься, или чуть ли не к солнцу взлететь. Внизу утонешь, вверху сгоришь.
... а под утро мне снилось что-то донельзя хорошее, то ли сад вишневый, то ли формула вечного двигателя, причем подробная и понятная.
Интересно, кстати, как я потом должна передать вирус киару? После того, как он изменится во мне. Может, укусить? Представила, как я подкрадываюсь, чтобы укусить синеглазого, а он поворачивается и говорит: «Мария Романова, когда я сказал, что весь Ваш, я имел в виду нечто другое!». Вышло забавно.
А корни страха, вопреки тому, что думают многие, тянутся в прошлое. Некоторые наставники-гуру из моей страны утверждают: «Когда идёшь вперёд, будешь бояться того, что встретишь». Но чего мне бояться, если я ещё не испробовал страдание, разлуку, мучение телесное и душевное?
В маленьких городках Делавэра весну никак нельзя назвать порой первых цветов и первой любви; скорее это неприглядный развод с зимой ради аппетитной красотки-лета.
Когда человек движется, он смотрит вперед, а не вниз, на свои ноги, потому что точно знает — они находятся там, где положено, и делают то, что нужно.
Если вы чувствуете свою правоту, если не сомневаетесь, что Вселенная на вашей стороне, что мир к вам добр и отзывчив, у вас все случается.
- Что значит быть неполным? Все говорили мне, что только ты можешь объяснить это, - сказал я.
- Это очень простая вещь, - сказала она. - полный человек - тот, кто никогда не имел детей.
Она сделала паузу, как бы давая время записать то, что она сказала. Я поднял глаза от своих записей. Она внимательно смотрела на меня, оценивая эффект своих слов.
- Я знаю, что Нагваль говорил тебе то же самое, что тебе только что сказала, - продолжала она. - ты не обратил никакого внимания на его слова, и ты, по-видимому, на мои слова тоже не обратил внимания.
Я громко прочел заметки и повторил то, что она сказала
Она хихикнула
- Нагваль сказал, что неполный человек - это человек который имел детей, - сказала она, как если бы диктовала мне.
Она изучающе смотрела на меня, по-видимому, ожидая вопроса или замечания. Я безмолвствовал.
- Теперь я сказала тебе все о том, что значит быть полным и неполным, - сказала она. - и я сказала тебе это точно так же, как Нагваль говорил мне. Это не имело никакого значения для меня тогда, и это не имеет никакого значения для тебя сейчас.
Я поневоле рассмеялся над тем, как она копирует дона Хуана.
- Неполный человек имеет дыру в своем животе, продолжала она. - маг может видеть ее так же ясно, как ты можешь видеть мою голову. Когда дыра находится левой стороне живота, ребенок, который произвел эту дыру имеет тот же самый пол. Если она находится с правой стороны ребенок имеет противоположный пол. Дыра на левой сторон черная, на правой - темно-коричневая.
Соловей не вспомнит песню, пока не запоёт.
Каждый постсоветский человек изменил Общепиту в свое время по-своему: кто на Бали, кто на бульваре Распай, кто на рыбном рынке в Токио. С поеданием продукта свободного рынка открывался вкус к пище. Идея бифштекса уступала место самому бифштексу. “В советское время мне было все равно что есть” – максима, под которой подписались бы многие.“Я впервые почувствовал вкус хлеба в Испании”, – признался мне известный советский переводчик испанской поэзии. У меня же измена Общепиту произошла зимнем вечером в Мюнхене на рынке, где в рыбном павильоне я впервые в жизни попробовал устриц. Блюдо с устрицами поставили на мраморную барную стойку, местный профессор славистики разлил по бокалам шабли, я выдавил на устрицу лимон, съел ее. Запил вином.И потерял гастрономическую невинность.
Первые пять минут я была занята тем, что лежала в объятиях Себастьяно и ревела. Сизиф тоже подвывал из солидарности, это звучало как зловещий дуэт.
... жизнь настолько странная штука, что никогда не знаешь, где тебя догонит счастье.