Лучше всего людям заходит гибрид правды и лжи. В соотношении примерно от одного к пяти до одного к десяти. То есть врем, но для достоверности прибавляем правды.
Я все о себе думаю, отравят – не отравят, убьют – не убьют, а у моего защитника своя драма. Никому он не нужен, увечный.
Ну, вот я и попалась на крючок всех русских женщин. Пожалела!
Замуж вот еще пойду.
Точно ведь влюблюсь, а потом сердечко по осколкам собирать.
– Мы договаривались! А договорённости необходимо выполнять всегда, иначе грош тебе цена!
В Русине звездюлин пока не было. И гей-парадов тоже. Так что писали бедные репортеры о войне. Врали, конечно, но не сильно. Когда война вокруг тебя, сильно и не соврешь. А когда критику наводят не через интернет и комментариями, а при личной встрече, да сапогом в зубы, тем более поосторожничаешь. Подумаешь, и что писать, и о ком писать.
Меня всегда до слез трогают елки на излете новогодних праздников, когда они уже не нужны. В них есть какая-то обреченность, будто елки чувствуют, что от них скоро избавятся. А от вида выброшенных елок я могу разрыдаться. Мне кажется, они похожи на увядших, постаревших женщин, с их печалью, воспоминаниями и тоской по невозможному.
– Всё в порядке, лер. Я их хорошо знаю. Дакрал и Керг – такие же мои друзья, как Бриер. Мастер Викран об этом знает и не возражает.
– Правда? – приятно удивился Керг.
– Обо ВСЁМ знает? – деликатно уточнил Дакрал.
– Да, – кивнула девушка. – Даже о том, чего вы боялись. Но он, как ни странно, не против. Даже наоборот сказал, что одобряет мой выбор.
Парни изумлённо переглянулись.
– Как одобряет? – осторожно озвучил общее мнение Бриер. – Айра, ты уверена?
– Абсолютно, – твёрдо ответила она. – Учитель разрешает нам продолжить в том же духе и даже отдаёт зал в наше полное распоряжение на всё время, что потребуется.
Вамп и виар обменялись озадаченными взглядами.
– Занятно... кажется, или этот мир сошёл с ума, или же... холки нам драть никто не будет?!
– А меня не проткнут на первом же занятии? – задумчиво потёр затылок Бриер. – И даже не испепелят на месте? Чудно.
... ведь, покa молчaл, тaкой приятный собеседник был.
красота не может быть обычной. Всё обычное скучно, а скучное априори некрасиво.
Хорошо еще, что он выходил без головы, а то не обошлось бы без серьезных осложнений.
Сильный всегда будет желать стать сильнее, за чей угодно счет.
«Как легко мужчине произвести неизгладимое впечатление на женщину: ему достаточно пару разочков спасти её жизнь, –
— Князь живет по христианским заповедям, стараясь прощать врагов своих.<
— Видимо, приходится прощать врагов, когда не имеешь достаточно сил, чтобы уничтожить их, — пожала плечами Ефросинья.
А это, наверное, такое счастье, когда для тебя кто-то огонь в окне зажигает.
Он подтвердил это и продолжал доказывать, что пределы вивисекции не ограничиваются простыми физическими изменениями. Можно научить чему угоднодаже свинью. Духовная область изучена наукой еще меньше физической. С помощью развивающегося в наши дни искусства гипнотизма мы заменяем старые наследственные инстинкты новыми внушениями, как бы делая прививки на почве наследственности. Многое из того, что мы называем нравственным воспитанием, есть только искусственное изменение и извращение природного инстинкта; воинственность превращается в мужественное самопожертвование, а подавленное половое влечение в религиозный экстаз.
Кое-чему мы выучились; быть может, в глазах людей сведущих это пустяки, но нам наши познания доставляют радость, и мы так же гордимся своими незначительными достижениями, как и те, кто знает гораздо больше, и точно так же любим их показывать.
– Разрешите мне поведать вам одно сказание?
– О чем же твое сказание, брат Ярви?
– Мой рассказ о крови и об обмане, о золоте и убийстве, о власти и об измене.
Мать Гундринг расхохоталась и снова глотнула из чашки.
– Вот такие предания мне по душе. А эльфы там будут? Драконы? Тролли?
Ярви покачал головой.
– Для воплощения в жизнь любого зла хватает и просто людей.
Обычно причиной страха становится невежество. Оно оставляет простор воображению, а с ним шутки плохи
Берт Хеллингер отмечал, что ведущий во время расстановки должен действовать из определенной, отрешенной позиции – у него не должно быть желания помочь, не должно быть страха.
За внимание столичной штучки сражались лучшие бюсты и талии школы.
Красота стеклянного утюга “Ла-Манш” (Silver Streak), разработанного корпорацией Pyrex/Corning Glass в 1945 году с целью сэкономить метал для военных нужд, может сравниться только с его абсолютной непрактичностью.
К сожалению, во всех мирах отдают бесплатно только то, чего нельзя увидеть и потрогать руками. И эти вещи самые драгоценные, которые далеко не каждый умеет ценить: дружба, любовь, счастье.
– Так, значит, из всех «мер безопасности» у вас только повязка?!
– Нет, у них еще полудохлая змеюка вашего рода, они ее в качестве кнута будут использовать, – ехидно вставил лорд Эллохар.
— А некромантам лейка зачем? — Знаешь, как из нее удобно кровь на ритуальный круг наливать?
«Если скажете вы, Что мой нос длинноват, В чем же я виноват — Ведь не я так считаю, а вы!»
– Ты моя женщина, а я твой мужчина. До того как ты появилась в моей жизни, она была безотрадной. Я существовал, но не жил. Теперь я живу, даже когда умираю, – произнес он, четко осознавая, что эти слова настолько близки к брачным клятвам, насколько возможно для него. Эшлин всегда будет принадлежать ему, а он – ей.