Цитаты
279860
Но нет ничего на свете, чего бы наш человек не смог взломать, сломать или, на крайний случай, обматерить.
Питер обыденный и магический. Один мир живет, не зная о существовании другого. Обычная студентка Светлана отнюдь не желала быть посвященной в чародейские законы, но приговор коллегии волшебников обжалованию не подлежит. Ей приходится расстаться с мечтой и поступить в институт чародеек, где действуют совершенно неблагородные правила настоящего женского серпентария.
Сумеет ли в хитросплетении прошлого и будущего выжить юная чародейка?
Мужчины во все века останутся мужчинами. Спросить что-либо для них — значит расписаться в собственной несостоятельности.
Питер обыденный и магический. Один мир живет, не зная о существовании другого. Обычная студентка Светлана отнюдь не желала быть посвященной в чародейские законы, но приговор коллегии волшебников обжалованию не подлежит. Ей приходится расстаться с мечтой и поступить в институт чародеек, где действуют совершенно неблагородные правила настоящего женского серпентария.
Сумеет ли в хитросплетении прошлого и будущего выжить юная чародейка?
Чем легче взойти на гору, тем она меньше привлекает скалолаза.
Питер обыденный и магический. Один мир живет, не зная о существовании другого. Обычная студентка Светлана отнюдь не желала быть посвященной в чародейские законы, но приговор коллегии волшебников обжалованию не подлежит. Ей приходится расстаться с мечтой и поступить в институт чародеек, где действуют совершенно неблагородные правила настоящего женского серпентария.
Сумеет ли в хитросплетении прошлого и будущего выжить юная чародейка?
В аудиторию решительным шагом вошла ссохшаяся, но прямая как палка леди со столь желчным взглядом, что диагноз «язва» (и отнюдь не медицинский, а житейский) напрашивался сам собой.
Питер обыденный и магический. Один мир живет, не зная о существовании другого. Обычная студентка Светлана отнюдь не желала быть посвященной в чародейские законы, но приговор коллегии волшебников обжалованию не подлежит. Ей приходится расстаться с мечтой и поступить в институт чародеек, где действуют совершенно неблагородные правила настоящего женского серпентария.
Сумеет ли в хитросплетении прошлого и будущего выжить юная чародейка?
Самой природой задумано так, что сначала родители заботятся о детях, а позже – наоборот.
Один подлец лишил меня любимого дела и крыши над головой. Второй мерзавец угрожает семье. И выбор у меня невелик – стать любовницей одному или супругой другому. Но что делать, если меня тошнит от обоих? Обратиться за помощью к третьему.
Уж он-то не станет зажимать меня по углам и шантажировать здоровьем сестёр. Да и выставленный им счёт – ерунда. Один поцелуй. За каждый прожитый в замке день.
Марин.etc
добавила цитату
из книги
«Зачёт по демонологии, или пшёл из моей пентаграммы»
4 года назад
...быть чьей-то заменой - недостойная, грустная судьба: постоянно будешь ощущать привкус гнили и опасаться, что точно так же заменят тебя.
Над миром витают мрачные предсказания о скором приходе Зверя-разрушителя, но Деньке упорно не ставят зачёт в счёт грядущего конца света - вопиющая несправедливость и преподавательский беспредел! Но она не сдастся, не дождутся! Нужен им бес первого уровня - она призовёт его, и белена не расти! Вот сейчас, прямо сейчас, и... ой! В общем, что-то - конечно, не по её вине!! - идёт слегка не так, и вместо злобного беса появляется малохольный эльф-полукровка, дитя природы как оно есть. Но ей стоит...
Она на то и сказка ведь, чтобы её сказывать. В старину, говорят, сказки вообще пели. Вот вроде нашего Оливера, только лучше. А то от его песен не пойму, чего больше хочется, повеситься или певца повесить.
Один подлец лишил меня любимого дела и крыши над головой. Второй мерзавец угрожает семье. И выбор у меня невелик – стать любовницей одному или супругой другому. Но что делать, если меня тошнит от обоих? Обратиться за помощью к третьему.
Уж он-то не станет зажимать меня по углам и шантажировать здоровьем сестёр. Да и выставленный им счёт – ерунда. Один поцелуй. За каждый прожитый в замке день.
Ну и, само собой, Оливер Барк бренчал уже на своей неизменной лютне что-то о несчастных влюблённых, драконах и прочей белиберде. Менестрель недоделанный.
Каждый раз одно и то же. Сломают ему когда-нибудь ноги. И руки.
И всё остальное тоже оторвут. Может быть даже сегодня, потому что от ближайших домов, будто бабочки на огонь, слетались деревенские красавицы всех возрастов.
Один подлец лишил меня любимого дела и крыши над головой. Второй мерзавец угрожает семье. И выбор у меня невелик – стать любовницей одному или супругой другому. Но что делать, если меня тошнит от обоих? Обратиться за помощью к третьему.
Уж он-то не станет зажимать меня по углам и шантажировать здоровьем сестёр. Да и выставленный им счёт – ерунда. Один поцелуй. За каждый прожитый в замке день.
– О чём задумался, мелкий? – окликнул меня Джери, взбираясь к старосте наверх и перехватывая у меня управление маг-тросами. – Мозоли натёр? У нас знаешь, как говорят? Лентяй за дело – мозоль за тело.
Один подлец лишил меня любимого дела и крыши над головой. Второй мерзавец угрожает семье. И выбор у меня невелик – стать любовницей одному или супругой другому. Но что делать, если меня тошнит от обоих? Обратиться за помощью к третьему.
Уж он-то не станет зажимать меня по углам и шантажировать здоровьем сестёр. Да и выставленный им счёт – ерунда. Один поцелуй. За каждый прожитый в замке день.
— Зачем мышь пытается скрыться от змеи? Ответ очевиден: мышь не хочет умирать.
Питер обыденный и магический. Один мир живет, не зная о существовании другого. Обычная студентка Светлана отнюдь не желала быть посвященной в чародейские законы, но приговор коллегии волшебников обжалованию не подлежит. Ей приходится расстаться с мечтой и поступить в институт чародеек, где действуют совершенно неблагородные правила настоящего женского серпентария.
Сумеет ли в хитросплетении прошлого и будущего выжить юная чародейка?
В хвост я вцепилась мертвой хваткой и тянула на себя, как антропо-зоологическая очередь приснопамятную репку. Причем намерения у меня были такие же, как и у сказочных героев: не отпускать то, что попало в руки, и по возможности выдрать со всеми корнями.
Питер обыденный и магический. Один мир живет, не зная о существовании другого. Обычная студентка Светлана отнюдь не желала быть посвященной в чародейские законы, но приговор коллегии волшебников обжалованию не подлежит. Ей приходится расстаться с мечтой и поступить в институт чародеек, где действуют совершенно неблагородные правила настоящего женского серпентария.
Сумеет ли в хитросплетении прошлого и будущего выжить юная чародейка?
Почему-то сразу возникло ощущение — аристократ. Причем в настолько энном поколении, что поневоле подумалось: даже сперматозоид, давший ему жизнь, был снобом и подплывал к яйцеклетке на оплодотворение не иначе как по нормам этикета.
Питер обыденный и магический. Один мир живет, не зная о существовании другого. Обычная студентка Светлана отнюдь не желала быть посвященной в чародейские законы, но приговор коллегии волшебников обжалованию не подлежит. Ей приходится расстаться с мечтой и поступить в институт чародеек, где действуют совершенно неблагородные правила настоящего женского серпентария.
Сумеет ли в хитросплетении прошлого и будущего выжить юная чародейка?
Лопатки сразу же ощутили все прелести матраса, чья толщина могла гордо носить приставку «нано».
Питер обыденный и магический. Один мир живет, не зная о существовании другого. Обычная студентка Светлана отнюдь не желала быть посвященной в чародейские законы, но приговор коллегии волшебников обжалованию не подлежит. Ей приходится расстаться с мечтой и поступить в институт чародеек, где действуют совершенно неблагородные правила настоящего женского серпентария.
Сумеет ли в хитросплетении прошлого и будущего выжить юная чародейка?
Лифчик — единственная вещь в женском гардеробе, которая приносит радость, когда становится мала.
Питер обыденный и магический. Один мир живет, не зная о существовании другого. Обычная студентка Светлана отнюдь не желала быть посвященной в чародейские законы, но приговор коллегии волшебников обжалованию не подлежит. Ей приходится расстаться с мечтой и поступить в институт чародеек, где действуют совершенно неблагородные правила настоящего женского серпентария.
Сумеет ли в хитросплетении прошлого и будущего выжить юная чародейка?
Давно известная истина: казалось бы, знаешь о себе все, но обязательно найдутся люди, знающие больше.
Что делать, если встретил девушку, не полюбить которую невозможно? Только завоевать ее. Что делать, если она слишком свободолюбива и независима? Постараться удержать ее рядом с собой.
А затем я съел одну ложку и в тот же миг мой рот наполнился первозданным пламенем. Сознание моё внезапно стало чистым-чистым и ясным-ясным, я шумно выдохнул, по-рыбьи широко распахнув глаза и захрипел, потянувшись к стоявшему у моих ног бурдюку. Никогда в жизни тепловатая вода с привкусом кожи и железа ещё не была такой вкусной! Это была амброзия! Нектар!
Один подлец лишил меня любимого дела и крыши над головой. Второй мерзавец угрожает семье. И выбор у меня невелик – стать любовницей одному или супругой другому. Но что делать, если меня тошнит от обоих? Обратиться за помощью к третьему.
Уж он-то не станет зажимать меня по углам и шантажировать здоровьем сестёр. Да и выставленный им счёт – ерунда. Один поцелуй. За каждый прожитый в замке день.
...политики, они как дети. Если притихли, значит, что-то натворили или замышляют.
Что делать, если встретил девушку, не полюбить которую невозможно? Только завоевать ее. Что делать, если она слишком свободолюбива и независима? Постараться удержать ее рядом с собой.
— Удивительный человек наша бабуля, – шепнула мне в самое ухо Отэм. – С утра до ночи твердит, что совсем на старости лет ослепла и оглохла, а гляди-ка, за сто метров разглядела, что у какого-то мужика там пальцев не хватает.
— Я всё слышу!
Один подлец лишил меня любимого дела и крыши над головой. Второй мерзавец угрожает семье. И выбор у меня невелик – стать любовницей одному или супругой другому. Но что делать, если меня тошнит от обоих? Обратиться за помощью к третьему.
Уж он-то не станет зажимать меня по углам и шантажировать здоровьем сестёр. Да и выставленный им счёт – ерунда. Один поцелуй. За каждый прожитый в замке день.
— Что тебе говорит твое журналистское чутье?
— Что надо хорошо исследовать вопрос, чтобы не обвинить людей без должного основания.
— Мой тебе совет, думай о людях как можно хуже, и не ошибешься .
Что делать, если встретил девушку, не полюбить которую невозможно? Только завоевать ее. Что делать, если она слишком свободолюбива и независима? Постараться удержать ее рядом с собой.
— Раф, ну какой же ты дурачок. Как можно полюбить того, кого совсем не знаешь? Это все равно, как влюбиться в … черный ящик, вот!
Он освободил свои уши из цепкой хватки и вернул руки сестры на прежнее место:
— Так вы, девочки, обычно и влюбляетесь неизвестно в кого. Зато разлюбляете потом совершенно конкретных мужчин.
Что делать, если встретил девушку, не полюбить которую невозможно? Только завоевать ее. Что делать, если она слишком свободолюбива и независима? Постараться удержать ее рядом с собой.
Так когда жениться будем? — поинтересовалась я, вставая. — Мне бы поскорее. Храмы у вас по ночам открыты?
Осень началась с череды неприятностей. И главная из них — у сестры не вовремя проснулся убийственно опасный дар. Пришлось спасать. И понеслось, поехало. Путешествие к недружелюбным оборотням-пантерам. Жизнь под чужим именем. Досадные недоразумения с обаятельным, но подозрительным архимагом. Но я не планирую выдавать свои секреты. И, думаю, кое-кому следует узнать, что далеко не все ведьмы без ума от котиков. *** Моей личной Ведьме, без которой эта книга появилась бы минимум на пару лет...
не стоит недооценивать женщину, у которой есть цель.
Иногда приходится жить дальше, чтобы кто-то другой умирал (с) Ксения Татищева «Пыль и бисер — 3»
И мальчики эти золотые, вещающие о свободной любви с байроническими нотками в голосе. Здесь вы — инструменты для построения фамильных связей, а не самостоятельные игроки. Чтобы любить свободно, нужно сначала просто уметь любить, а не только играть в большую взрослую жизнь.
Иногда приходится жить дальше, чтобы кто-то другой умирал (с) Ксения Татищева «Пыль и бисер — 3»
— Что-то не так?
— Все в порядке. — и зависла мрачной горгульей рядом.
— Меня немного пугает, когда у Вас такой взгляд. — насторожился он.
— А разве Вы умеете бояться? — действительно, в любых ситуациях он проявляет самую сильную выдержку.
— Пока с Вами знакомство не свел, думал, что нет.
Иногда приходится жить дальше, чтобы кто-то другой умирал (с) Ксения Татищева «Пыль и бисер — 3»
слишком рискованно привязывать все существование только к одному человеку. Авторитетно могу заявить. Дело же ее вытянет при любой ситуации.
Иногда приходится жить дальше, чтобы кто-то другой умирал (с) Ксения Татищева «Пыль и бисер — 3»