Но нельзя, чтоб тебя тошнило в гостиной, надо держаться — даже когда никто не видит, как ты стараешься держаться!..
«.. Это же твоё время, тебе решать, на что его тратить; это твоя жизнь, тебе выбирать, какие твои иллюзии - любви, таланта или успеха - однажды рухнут и швырнут тебя на землю, поранив своими обломками».
Не дай Бог телепатию откроют, хана всей нашей прекрасной цивилизации. Сейчас мы друг перед другом беленькие, а то увидим не просто чёрненькими...а такое увидим, такое... что не хочу о таком даже думать!
Этнические чувства бывают столь неоднозначны, что можно одновременно испытывать гордость за свой народ и стыд за него же.
Настало время перейти от вопроса «Почему я?» к вопросу «Почему бы и нет?».
Воображение отказывалось представить, сколько стоили самые шикарные.
«Иногда мне кажется, что мы тоже звезды какого-то удивительного созвездия и наши души так же сияют кому-то в темноте, указывая путь и давая понять, что он не один в этой огромной Вселенной.» Отрывок из книги Космическая одиссея Инессы Журавлевой Юлия Цыпленкова
-...перед тем, кого ненавидишь, не притворяешься.
— Или перед тем, на кого плевать
Лошадь на 7-ми метровой цепи есть яблоко, которое в 8 метрах от неё. Как ей это удаётся?
Мы всегда получаем то, что хотим. Но обычно не вовремя.
Я іноді думаю, що ми - своєрідна чума, що має вичистити планету. Ми знищуємо так добре, що мені іноді здається: може, це і є наша функція?
Твой страх - моя надежда! Твои опасения - мои друзья! Пополняй их! Помни обо всём страшном, что случилось с тобой там, внизу! Вспоминай об этом как можно чаще!
«Одиннадцать лет спустя я до сих пор ощущаю острую боль от его предательства в том месте, где она засела. Она преследует меня с каждым вздохом, как бы часто я ни лгала себе, что живу дальше»
...мы всегда делаем выбор исключительно сами, и это право никто в целом мире не смеет у нас отнять.
Время иногда играет с нами нечестно. Оно не лечит, а лишь даёт возможность спрятать воспоминания подальше и наслаивает поверх новые. Было бы замечательно иметь возможность стирать себе память, но, увы, нам этого не дано.
— Сиди здесь и молчи, — коротко бросил он и указал на чемодан. — Я остальное осмотрю, нужно, чтобы никто не мешал.
Если после первой половины фразы Нелла возмущенно вскинулась, то после второй половины просто села на чемодан и подперла подбородок руками. Взгляд ее от этого добрее не стал, поэтому Федерико счел нужным улыбнуться и сказать:
— Спасибо за понимание.
Да, жена — не подчиненный и не свидетель, с ней мягче надо.
...когда говорят про свободу слова, имеют в виду право хранить молчание
Палмеру не нужны свидания, я не помню, чтобы он заискивал хоть перед одной девчонкой — они сами ищут его внимания и назначают встречи. Влюбиться в такого, все равно, что сбежать с крутой горы без остановки, а у подножья удариться о стену. Будет больно, вышибет дух, и не сразу получится очнуться.
Я все это понимаю, но от мыслей никуда не деться.
Все мы – рабы своих недостатков. Кого-то легко сломать жадностью, кого-то завистью, кого-то болью или ненавистью…
Чтобы тебе было не холодно, я оставлю тебе своё сердце. Пусть оно согреет твою грудь. Мое сердце будет биться ради тебя. Чувствовать ради тебя. И когда появится человек, достойный твоей любви, мое сердце будет любить его ради тебя, любить что есть силы. Так же сильно, как сейчас оно любит тебя.
Как странно умирать, как странно чувствовать, что жизнь уходит. Хотя что тут странного? На задворках сознания давно поселилась простая истина: «Мы живем для того, чтобы умереть».
Женщины, как бы хороши они ни были, имеют один недостаток – они отвлекают наш мозг от пищи.
Сделав три глубоких вдоха и выдоха, я распахнула глаза и решительно двинулась вперед. Не сдамся! Ни за что! Не знаю пока, что делать дальше, подумаю об этом чуть позднее, но не сдамся! И я шла, внимательно рассматривая покосившиеся обшарпанные дома по сторонам улицы. В какой-то момент остановилась, услышав бряканье цепи и тихий собачий гавк. Похоже, у кого-то из жителей этого неблагополучного района возле дома на цепи сидит дворовый пес.
И вместо того чтобы думать о прошлом, я должна была взять под контроль свое будущее.
— А как же "Огненная страсть"? Ведь у Октатриэда и Луфильды была как раз такая же ситуация!
— Сказала тоже! Это же книги, выдумка!
— Великий Перемежайтис не будет писать ерунду!
— Конечно, — усмехнулся Порк. — Он знает, как зацепить сердца. А ты — фантазерка. Учись различать фантазию и реальность, а то когда-нибудь рухнешь с небес на землю, больно будет.