Если бы ты хоть разок свалила дерево так знала бы тот звук он скрипучая петля жизни перед тем как дверь захлопнется.
Не зря богомолихи откусывают головы богомолам. Богомолихи знают о жизни больше, чем женщины. Надо сжирать своих партнеров, потому что потом они могут стать занозой в заднице.
И все же мое сердце погребено вместе с тобой в диковинной земле смертного мира. Как оно было утоплено вместе с тобой в холодных водах Подводного мира.
Оно принадлежало тебе еще до того, как я смог признаться в этом себе самому. И оно останется твоим навсегда.
Кардан.
Мы таковы, какими себя делаем, несмотря ни на что.
Везение и я всегда ходим разными дорогами, нам не по пути.
Юмор в мужчинах - вещь редкая и ценная!
... бывших генералов не бывает. Они лишь меняют фронт.
В общем, вы не злопамятный, вы просто злой, и память у вас хорошая, верно?
– Перед тем как мы приступим к трапезе, – глуховатым голосом проговорил он, подведя донну к столу, – я должен попросить у тебя прощения…
Лиарена напряглась, не ожидая от такого заявления ничего хорошего, и попыталась перевести всё в шутку.
– Но если в ответ ты надеешься услышать мои оправдания, то лучше смолчи, – сообщила она с дерзким смешком. – Так как каяться я просто ненавижу.
– Я тоже, – довольно ухмыльнулся дорин и, посерьёзнев, добавил: – Но за этот раз просто обязан извиниться. В тот день я был очень зол и не сумел удержать себя в руках, напустился на тебя, хотя рассердила меня вовсе не ты… Впрочем, теперь это уже неважно. Просто прости… и знай, ты единственный человек в этом мире, которому я никогда не смогу причинить зла.
Что такое любовь? Без конца задаю себе вопрос.
Может всепрощение? Может принятие любой ситуации и проживание ее же? Может понимание? Или все вкупе?
Тысячи пар проживают измены или намек на них. Тысячи пар безвозвратно расходятся и ищут новых половин. Тысячи пытаются сойтись, а потом мстят друг другу.
Точно так же критика с позиций простого здравого смысла, которая одна только и применялась издавна и порой еще соблазняет иные умы, не могла увести далеко. В самом деле, что такое в большинстве случаев этот пресловутый здравый смысл? Всего лишь мешанина из необоснованных постулатов и поспешно обобщенных данных опыта. Возьмем мир физических явлений. Здравый смысл отрицал антиподов. Он отрицает эйнштейновскую вселенную. Он расценивал как басню рассказ Геродота о том, что, огибая Африку, мореплаватели в один прекрасный день увидели, как точка, в которой восходит солнце, перемещалась с правой стороны от них на левую. Когда же идет речь о делах человеческих, то хуже всего то, что наблюдения, возведенные в ранг вечных истин, неизбежно берутся из очень краткого периода, а именно — нашего. В этом — главный порок вольтеровской критики, впрочем, часто весьма проницательной. Не только индивидуальные странности встречаются во все времена, но и многие некогда обычные душевные состояния кажутся нам странными, потому что мы их уже не разделяем. «Здравый смысл» как будто должен отрицать, что император Оттон I мог подписать в пользу пап акт, содержавший неосуществимые территориальные уступки, поскольку он противоречил прежним актам Оттона I, а последующие с ним никак не согласовывались. И все же надо полагать, что ум у императора был устроен не совсем так, как у нас, — точнее, что в его время между тем, что пишется, и тем, что делается, допускали такую дистанцию, которая нас поражает: ведь пожалованная им привилегия бесспорно подлинная.
Демон заносит меня в номер, укладывает на постель.
— Ну совсем уж не наглей, — все же выражаю я вялый протест.
— Я сейчас сделаю вам массаж, моя госпожа. Нужно разогнать кровь. Вы почувствуете себя лучше.
О-о, массаж? Это я люблю.
Уже через минуту я поняла, что не люблю массаж.
— А-а! Что же ты делаешь, демон!
— Потерпите, госпожа.
— А-а! Ты издеваешься! Мстишь мне так, да?
— Нет, что вы. Вы моя любимая госпожа.
— А-а!.
Когда случается что-то плохое, кажется, что все ужасно, и просвета не будет, а в итоге оказывается, что это плохое — самое удачное, что с тобой могло произойти. Надо только посмотреть на ситуацию под другим углом.
«Не понимающий вашего молчания, вероятно, не поймет и ваших слов». Элберт Хаббард
Ты должна делать то, что намеревалась, даже тогда, когда у тебя проблемы. Ведь когда все в порядке, делать это может каждый.
Я - автор, ты - моя драма; если ты провалишься, освистан буду я.
-Аллера умираееет...
-С чего ты взял Тай?
-Аааа... Дятлы долго не живут. А Аллера на меня настучала.
Душа требовала отрыва, тело било в барабаны под крик: «Секса! Секса!». И микросхемы в голове плавились.
Женские слёзы – универсальное оружие, и мы, мужчины, так и не смогли выработать против них ни защиты, ни противоядия…
Ну и Александр, который хвостом ходил за ее матерью и определенно собирался стать ее отчимом. Аврора не возражала. Кто сказал, что родители не имеют права на счастье?!
Спустите штаны с таких детей и выдерите ремнем! И чем скорее — тем лучше. Ибо иначе эгоизм не лечится.
- Будь любезен, сейчас же отправляйся к ней и сделай ей официальное предложение. - Как, отец, той самой Мильфорд? - Надеюсь, ты знаешь ее… - Есть ли в нашем городе хоть один позорный столб, который бы о ней не знал?
Хочешь мира в семье? Не ссорь жену с ее лучшими подругами.
« Ты сам наделил меня правом выбора и всю жизнь вел меня к этим страданиям – потому что это мой выбор. О, да! Я все понял! Что бы я в жизни ни делал, я в конце концов оказался бы на том же самом мостике в то же самое время и отдал бы тот же самый приказ, правильный или неправильный. Но если бы я выбрался из подвала по поверженным, опустошенным телам, сделал бы из них ступеньки и сбежал от тебя, ты бы все равно мучил меня? »
Если малышам скорее нужна мама, то подросткам – отец.
— Вы нарушаете традицию, — отпарировала Фрэйя. — Людям не свойственно легко отказываться от того, к чему они привыкли за сто лет. — Даже в том случае, если речь идёт о собственном спасении? — спросил у неё Лэйрд Шарп. — 15